Генерал, командир, дядя Саша…

В сентябре 1942 года в центре пылающего Сталинграда высадилась, переправившись через Волгу, 13-я гвардейская дивизия Александра Родимцева. Многие годы поэтому 13 и 14 сентября традиционно были в городе-герое днями встреч ветеранов дивизии. Время неумолимо – вот уже почти полтора десятилетия, как эти встречи не проводятся. Но есть в Волгограде люди, которые хорошо помнят генерала Родимцева. С одним из них, секретарем Совета ветеранов 13-й гвардейской дивизии Татьяной КРИВЕНКО, беседует наш обозреватель Александр ЛИТВИНОВ

Звездочка от легендарного комдива

Татьяна Михайловна – дочь друга Александра Родимцева, заслуженного работника НКВД СССР генерала Михаила Кривенко, с которым они вместе служили когда-то в конвойных войсках, учились в военной академии им. Фрунзе. В своих воспоминаниях она и сейчас нередко называет Александра Родимцева дядей Сашей – так же, как называла его в детстве.

– Когда мне было восемь лет, – воспоминает Татьяна Михайловна, – генерал Родимцев принимал меня в октябрята. Лично приколол он мне тогда на школьную форму красную октябрятскую звездочку – металлических тогда еще не было, ее мама специально вырезала из красного сукна, из которого шили когда-то лампасы отцу на его генеральский мундир. Принимали в октябрята нас в бывшем музее обороны Царицына – Сталинграда. После торжественной части Родимцев пригласил нас к себе, в гостиницу «Интурист». Там он вручил мне два больших кулька с конфетами и апельсинами. Выйдя из гостиницы, спросила маму – кто же этот такой добрый дядя? Она ответила: «Это друг твоего отца, он герой Сталинградской битвы».

С тех пор Александр Ильич приглашал меня на все мероприятия ветеранов 13-й гвардейской дивизии. В последний раз мы с ними виделись в 2002 году. Приезжали тогда в Волгоград 60 человек со всего бывшего Советского Союза – в дивизии ведь воевали представители двенадцати национальностей.

Родимцев, пользуясь своим авторитетом, часто помогла ветеранам дивизии – кому с работой, кому-то документы надо было выправить. У кого-то еще немцы в войну сожгли жилье, и Александр Ильич хлопотал о выделении квартиры для боевого товарища…

К вечеру 2 Февраля в здании драмтеатра в те годы проходил обычно слет пионеров, а после него проводился концерт. Я тоже однажды на нем выступала, читала стихотворение о Родимцеве. Александр Ильич после концерта со слезами на глазах расцеловал меня…

Любимое блюдо Родимцева

– В 1958 году, – продолжает рассказ Татьяна Михайловна, – дядя Саша взял меня с собой впервые к зданию на улице Чуйкова, 53 – тогда это была улица Краснопитерская. Сейчас там колледж олимпийского резерва, а в то время была школа-интернат № 1, в 1985 году постановлением Совмина РСФСР ей было присвоено имя Родимцева. В боях за одно только это здание в 1942-м полег целый взвод 13-й гвардейской. После встреч с волгоградцами в школе-интернате ветераны дивизии вместе с Родимцевым обычно по крутой тропиночке спускались к Волге. Там дядя Саша, сев на корточки, долго глядел на места былых своих сражений…

Отец мой рано из жизни ушел. Родимцев знал, что у его друга остались двое несовершеннолетних детей¸ и помогал нам всем, чем мог. При каждой возможности приходил к нам домой вместе и с маршалом Василием Чуйковым, и с поэтом Евгением Долматовским, посвятившим, кстати, моей маме, Юлии Васильевне, также ветерану войны, одно из своих стихотворений. Жили мы тогда в доме № 1 по бывшей Краснопитерской. Родимцев часто выходил на наш балкон и прямо с него показывал, где занимали позиции бойцы его дивизии, державшей оборону на участке от реки Пионерки и до «Красного Октября». Рассказывал он также и про переправу через Волгу в сентябре 1942-го. Мама моя к этим встречам всегда накрывала столы. Угощала гостей украинским борщом, который она замечательно готовила, и который очень нравился Родимцеву.

В здании нынешнего областного краеведческого музея располагался в то время городской Дом пионеров. Родимцев, будучи депутатом Верховного Совета СССР и РСФСР, часто заходил туда, спрашивал: «Ребята, что вам привезти?» Те же просили у него карандаши, бумагу, краски. И Александр Ильич, несмотря ни на какую занятость, всегда выполнял эти просьбы.

Имя на мишени

Жил Александр Ильич в Волгограде всегда в «Интуристе». Когда мы с моим старшим братом Юрием провожали его до гостиницы, со всех сторон на улицах только и слышно было: «Родимцев»! Родимцев!» Люди подходили к нему, обступали. Те, кто не могли пробиться сквозь возникшую толпу, руками тянулись к Родимцеву, чтобы хотя бы до плеча его коснуться…

По пути в «Интурист» дядя Саша всегда подходил к Вечному огню, что на площади Павших Борцов, отдавал погибшим воинскую честь и стоял, приложив руку к козырьку фуражки или же к папахе.

Сохранилось немало и других воспоминаний об Александре Родимцеве, который, кроме того, что был выдающимся военачальником, был также человеком необыкновенным. Например, в Заволжье, в Николаевском районе, есть небольшой музей Родимцева. В сельской избе, которую он занимает, Александр Ильич останавливался в 1942-м, перед последним броском своей дивизии на Сталинград, он там ее укомплектовывал. Там он встречался с Михаилом Шолоховым, бывшим в ту пору военным корреспондентом. В память об этой их встрече Шолохов написал в своем романе «Они сражались за Родину» о Родимцеве как о человеке, который выбивал из пулемета на мишени свои имя и фамилию.

«Благослови меня, мать!»

Там же, в Николаевке, хранится ставшая реликвией в семье местных жителей икона «Господь-Вседержитель». Когда Родимцев был там на постое, хозяйка хотела поначалу снять икону со стены – ведь Александр Ильич был все-таки советским генералом! Но Родимцев попросил икону не снимать. А когда пришел приказ его дивизии срочно прибыть в Сталинград, он обратился к той женщине: «Благослови меня, мать!» Она его с этой иконой и благословила…

А в разгар сражения за Сталинград в 13-й гвардейской даже свадьбу справили! Пожениться решили дивизионный хирург Владимир Баранчеев и медсестра Надежда. Родимцев лично их и поженил – прямо на берегу Волги, где теперь колледж олимпийского резерва. У него своя печать была, он ею заверил их брак. Устроили тогда для молодых и небольшой сабантуй с «фронтовыми» 100 граммами. Родимцев же вручил молодоженам свой подарок, завернутый в газетную бумагу. Как оказалось, это был кусочек мыла. Во фронтовом Сталинграде подобный подарок был в ту пору дороже любой бриллиантовой диадемы…

В апреле 1977 года Александр Родимцев умер и был похоронен на Новодевичьем кладбище.

– А в Волгоград к нам теперь, – завершает Татьяна Кривенко рассказ, – приезжают дети дяди Саши, и теперь мы дружим с ними…

Поделиться в соцсетях