Почему донская рыба вкуснее волжской

Главный ихтиолог Нижневолжского бассейнового управления по рыболовству и сохранению водных биологических ресурсов Сергей Яковлев рассказал, почему донская рыба вкуснее волжской, какие уловы сегодня «добывают» подводные охотники, к чему может привести отсутствие нормы на дневной вылов, а также что сегодня можно считать рыбным символом региона.

– Сергей Валентинович, ежегодно Волгоградский осетровый рыбоводный завод выпускает в Волгу три миллиона мальков осетровых. Это капля в море?

– Если это сравнивать с былыми запасами, это немного. Но сейчас наша задача сохранить популяцию осетровых, чтобы было в дальнейшем чему развиваться. Вернуться к тому, что было раньше, мы уже никогда не сможем по тем причинам, что нарушена экологическая составляющая Волго-Каспийского бассейна. Если раньше Волга вместе с Камой и другими притоками и Каспийским морем составляли единую экологическую систему, где проходные рыбы – осетровые, сельдевые, каспийская минога, каспийский лосось – нагуливались в море и весной поднимались по Волге, Каме до самых верховьев. Там они нерестились, а затем молодь постепенно скатывалась вниз в Каспийское море. Сейчас нет единой системы, а есть каскад водохранилищ, разграниченный плотинами, где своя жизнь, свои правила и законы. И нерестилищ для этих проходных рыб почти не осталось. Только на маленьком кусочке от Волгограда до Астрахани, но на этом участке самое большое браконьерство.

– «Своих» мальков осетра, выпущенных в большую воду, можете отследить? Сколько из них вырастают, дают потомство?

– Перед нами государством не ставятся такие задачи, но научные организации в свое время проводили подобные работы. В среднем от той молоди, которую мы выпускаем, до половозрелого состояния доживает 1%. Это очень много. Учитывая, что севрюга первый раз созревает в возрасте 8-9 лет, осетр – 10-12, белуга – 16-19 лет, это очень хороший выход. В природных условиях выживает одна тысячная процента.

– Какую рыбу можно назвать главным символом региона? Осетр смещен с пьедестала?

– Я бы не стал торопиться смещать осетра, но в то же время ценно то, что в нашем регионе много брендовых рыб. Это и стерлядь, и сом, и вырезуб, и рыбец, и азово-черноморская шемая.

– Сергей Валентинович, объясните, почему рыба, выловленная в Дону, ценится больше, чем из Волги?

– Если говорить об осетровых, которые нагуливаются в море, и только для нереста заходят в реки, то вкус у донского и волжского осетра одинаковый. Что касается частиковой рыбы – сазана, леща, густеры, судака и других, то действительно вкус донской и волжской рыбы отличается. В Дону очень богатая кормовая база, река более мелководная, даже не сам Дон, а Цимлянское водохранилище. Оно мелководное, хорошо прогревается, нет перепадов глубины, к тому же водой были залиты очень плодородные земли. Это все позволяет развиваться в большом количестве кормовой базе. Рыба хорошо нагулянная, жирная, поэтому она вкуснее волжской.

– То, что рыбы в водоемах стало меньше – ясно всем, но при этом прилавки ломятся от сушеной, копченой, соленой, замороженной рыбы…

– Сейчас много привозной рыбы – морской или выращенной в искусственных условиях – садках, бассейнах, прудах. Это не только карп, толстолобик, белый амур, но и лососевые. Та же ситуация и с осетровыми. Мы можем увидеть на прилавках бестера, осетра, веслоноса. Раньше нашей пресноводной рыбы добывалось в два раза больше, чем сейчас, но на прилавках мы ее видели меньше. Не было такого разнообразия. Сейчас рыбы много, она разнообразная, но и цена на нее кусается.

– Между тем, промысловики жалуются, что рыбзаводы в путину принимают у них рыбу за копейки. Чуть ли не по 10 рублей за килограмм?

– Дешевым может быть только карась, когда он весной в массовом количестве подходит к берегу и рыбаки за раз вытаскивают неводом тонн десять, а то и больше. Что с ним делать? Для промышленной переработки он достаточно сложен. Рыбзаводы его берут неохотно. Вялят его очень мало, коптить получается только крупных особей. Карась хорошо идет свежий, но в большом количестве его не покупают. Чтобы компенсировать расходы, рыбаки сдают карася за копейки. Но остальная рыба всегда идет по хорошей цене.

– Квоты на промысловый вылов рыбы с каждым годом становятся меньше. В этом году они снова сократились. С чем это связано?

– Квота уменьшается из-за сокращения естественных запасов. С одной стороны, причиной этого процесса являются экологические проблемы водоемов, а с другой – браконьерство. В нашем регионе два основных рыбопромысловых водоема – Волгоградское и Цимлянское водохранилища. Оба они созданы искусственно, одному за 60 лет, другому под 60 лет. Водоемы находятся в стадии больших экологических преобразований – в них накоплены загрязнения, потому что любое водохранилище – это отстойник. В нем постепенно накапливается и оседает вся грязь, что попадает со сточными водами, смывается с полей. Уменьшается объем воды, идет процесс размытия берегов, заиливается не только основное русло, но и участки нерестилищ.

– Браконьеры тоже делают свое дело. Есть данные, какой объем рыбы вылавливается ими?

– Примерно 30% от промыслового вылова добывается неофициально.

– Это те же промысловики добывают рыбу в обход квоте, или это другие люди?

– Частично и промысловики не показывают рыбу в официальной статистике, и есть те, кто, не имея квот, ведет незаконный промысел. В последние годы много стало подводных охотников, и они наносят значительный урон рыбным запасам. Подводники выбирают те места, где концентрируется крупная рыба, и выбивают самых крупных производителей. Здесь им помогают недостатки нашего законодательства. Если раньше в правилах рыболовства имелось ограничение на суточный объем вылова, то сегодня эта норма отсутствует. И поэтому рыбаки могут поймать сколько захотят.

– Но подводникам нужно еще и выследить, догнать, попасть…

– Там свои особенности лова. Человек под водой с ластами не вызывает опасения у рыбы. И она его подпускает на расстояние вытянутой руки. Особенно большой ущерб наносят те ныряльщики, которые охотятся на зимовальных ямах. Многие виды рыб на зиму впадают в спячку в глубоких местах водоемов. И подводники там, по сути, как на прилавке, выбирают те экземпляры, которые им нравятся. Десятками, сотнями килограммов стреляют рыбу. Мы совместно с милицией, рыбоохраной обследуем эти уловы, в некоторых случаях их размер превышает 150 кг. Мы уже несколько лет предлагаем ввести нормы, ограничивающие суточный вылов рыбаками-любителями, но наши пожелания так и не стали законом. Я считаю, что максимальный улов на одного человека в сутки должен составлять не более 10 кг, кстати, в советское время норма была 5 кг на человека.

– В чьей компетенции решение этого вопроса?

– Это федеральные полномочия, но на местном уровне можно внести такие ограничения на внутренних водоемах.