Нам выпала честь разромить врага

  • Нам выпала честь разромить врага
  • Нам выпала честь разромить врага
Воспоминания Гамлета Даллакяна, подполковника в отставке, участника Сталинградской битвы о событиях ноября 1942 года.

 19 ноября 1942 года начался наступательный период Сталинградского сражения, закончившийся окружением и уничтожением врага. Хочу рассказать об участии в этих боях нашего 407-го ордена Александра Невского отдельного линейного батальона связи, в котором я был командиром взвода.

В начале ноября наш батальон стоял в небольшом лесу, чуть южнее Сталинграда, рядом с деревушкой Татьянка. 12 ноября по нашим землянкам прошел слух, что на командном пункте 57-й армии генерал-майора Ф. И. Толбухина состоится совещание с участием представителей ста­вки Верховного Главнокомандования генерала армии Г. Жукова и генерал-полковника А. Василевского, командующего Сталинградским фронтом гене­рал-полковника А. Еременко, командующих армиями. Но что там будет обсуж­даться? Об окружении врага мы не могли даже думать. Теперь-то мы знаем, что там окончательно утверждался план "Уран" по окружению сталинградской группировки врага.

Командир нашего батальона майор Юрий Безгласный и комиссар Сергей Заболотный собрали командный состав, приказали дополучить зимнее обмундирование, пополнить за­пасы продуктов питания, закончить ремонт автотранспорта, гужевой тяги, подковать лошадей, погрузить на машины и подводы бухты про­волоки, катушки кабаля, шесты, инструмент. Провели партсобрание, а потом и комсомольское.

19 ноября рано утром получили приказ выдвинуться на передовую. Наша рота заняла участок возле станции Тундутово (ныне Заканальная).

Вечером приехал комиссар батальона Заболотный. Он привез приказ Военного совета фронта о наступлении, назначенном на 20 ноября. Два листа па­пиросной бумаги с отпечатанным на машинке текстом. Выстроили pоту. Два бойца держали самодельную лампу – сплюснутую артиллерийскую гильзу с фитилем, четверо растянули над майором плащ-палат­ку, чтобы не было видно сверху. А со стороны противника нас прикры­вала насыпь железной дороги.

Читал майор громко, медленно, торжественно. "Товарищи красноармейцы, командиры и политработники! – говорилось в приказе. – Настал час грозной и справедливой расплаты с подлым врагом – немецко-фашистскими оккупантами...» Последние слова приказа – «смерть немецким оккупантам!» – майор произнес, оторвавшись от бумаги. Разда­лись аплодисменты.

– Хочу сообщить вам, – продолжал майор, – что сегодня, утром 19 ноября, с севера перешли в наступление войска Юго-Западного фронта и Дон­ского фронта. Наш Сталинградский фронт наступает с юга тремя армиями. Справа от нас – знакомая нам по Сталинграду 64-я армия генера­ла Шумилова, слева – 51-я армия генерала Труфанова, а в центре 57-я армия генерала Толбухина. Наша задача обеспечивать бесперебой­ной связью части 57-й армии. Конкретные задачи будем получать в хо­де наступления.

Майор Заболотный остался у нас, и мы долго говорили о завтраш­нем наступлении. Всю ночь не спали. Разве заснешь в такую ночь... А тут еще беспрерывно грохотали танки, занимавшие исходные по­зиции. Утро выдалось туманным. Все овраги и даже равнина перед нами, долина реки Червленой, словно запиты молоком. Как и накануне, шел мокрый снег. Не отменят ли наступление? – спрашивали мы друг у друга.

Настало время наступления – 8.00, а канонады нет. Майор тоже за­беспокоился. То и дело смотрел на часы, прикладывая к уху. Томительное ожидание длилось два часа. Все это время мы стояли под мокрым снегом в ожидании артподготовки. В том, что она последует, за ней бомбежка позиций противника, и только потом пойдут танки и за ними – пехота, это мы знали. Так же поступали и немцы – под Киевом, под Харьковом, здесь – на подступах к Сталинграду.

Стрелки часов подползали к цифре 10. Артиллеристы зарядили пушки, взялись за шкуры. Танки завели моторы – разогревать. Но это они делали каждые полчаса, а сигнала к наступлению не было. Но ровно в 10 часов недалеко от нас в районе озера Цаца зашипели "катюши". Это было командой начать артподготовку. Секунда – и мощный шк­вал артиллерийского огня обрушился на позиции врага. Били пушки всех калибров, и получился такой грохот, что мы не слышали друг друга, ес­ли даже кричали в ухо. Артиллеристы вместо команды "Огонь!" рубили воздух правой рукой. Земля содрогалась, как во время землетрясения, дрожал воздух.

Туман начал рассеиваться. Теперь было видно, как по всему переднему краю противника вихрились красно-серые султаны мощных взрывов. Такой канонады мы еще не видели. Примерно через час опять зашипели "катюши", пошли танки, за ними – пехота. Мы даже не подозревали, что неподалеку от нас ждали своего часа так много танков, артиллерии, пехоты...

Какое это было грандиозное наступление! За два с половиной дня мы с боями прошли село Ивановка, Калмыцкую деревню, казачьи станицы Верхне-Царицынская, Рубежное, Бузиновка, Средне-Царицынская.

23 ноября в 16 часов в районе железнодорожной станции Советская (бывшая Кривомузга), недалеко от Калача-на-Дону, соедини­лись 4-й механизированный корпус генерала В. Вольского Сталинград­ского фронта с 4-м танковым корпусом генерала А. Кравченко Юго-Западного фронта, наступавшего с севера. Завершилось окружение немецких войск – 6-й полевой армии генерал-полковника Паулюса и части 4-й танковой армии генерал-полковника Гота. В окружение по­пали 22 дивизии и 160 отдельных частей – всего около 300 тысяч человек. Вокруг кольца плотно расположились войска Донско­го фронта под командованием генерал-лейтенанта К. К. Рокоссовского, куда был переведен и наш батальон вместе с 57-й армией. Все эти дни связисты нашего батальона работали, не зная отдыха и сна, ели – что, где и как придется, но нигде не опаздывали. Взяли у врага кусок территории – наши провода тут как тут.

Как ни сопротивлялись в дальнейшем немцы, а сложить оружие пришлось. За­ставили! 26 января окруженные части были рассечены на две группы. 31 января сдалась южная группа во главе с Паулюсом, а 2 февраля – северная группа во главе с командиром 11-го армейского корпуса генерал-полковником Штреккером.

Завершилось великое Сталинградское сражение, длившееся двести дней и ночей. Наш батальон покинул Сталинград 4 февраля, по­сле митинга на Площади павших борцов, отправился эшелоном под Кур­ск, где нас ждали не менее кровопролитные бои.

… 70 лет миновало с тех дней, когда в Сталинграде решалась судьба нашей страны, судьба всего мира. Для меня очень важно, что и сегодня значимость той великой Победы осознается в полной мере. Радует, что губернатор Волгоградской области и правительство региона помогают решать многие проблемы участников Великой Отечественной войны. И эта поддержка, и уважительное отношение к ветеранам большинства волгоградцев показывают: нас, участников великого сражения на Волге, помнят и ценят. Поэтому, как бы ни было трудно, я всегда откликаюсь на приглашение участвовать в заседаниях ученого совета музея – заповедника «Сталинградская битва», на просьбы встретиться с подрастающим поколением. Молодежь должна знать, какой ценой досталась нам эта победа.

Поделиться в соцсетях