Белой акации гроздья душистые

Белая ночь и гитара семиструнная, заветный амулет, беседка в соловьином саду, любовная записка – без всего этого немыслим старый добрый романс. Жемчужины жанра прозвучали в минувший выходной в Волгоградской областной филармонии в рамках специального проекта «Звезды русского романса».

Центральный концертный зал был полон и горячо встречал хорошо знакомую волгоградцам солистку ансамбля «Вишневый сад», заслуженную артистку России Татьяну Шереметеву. А также московских гостей – хрупкую, маленькую, с глубоким большим голосом Инну Разумихину и заслуженного артиста России, признанного мастера лирической песни Леонида Серебренникова.
Выпускница «Гнесинки», впервые Инна Разумихина вышла на сцену в 10 лет, а в 12 освоила гитару. Ее юношеский дебют на конкурсе «Ялта-91» был отмечен призом зрительских симпатий. Сейчас Разумихина на взлете своей карьеры.
В мини-спектакль превратил второе отделение концерта Леонид Серебренников.
– Этот жанр никогда не умрет, он делает жизнь добрее, – уверен исполнитель, доверительно говоривший с аудиторией и «Волгоградской правдой».
Семья Леонида Серебренникова прямого отношения к искусству не имела. Но у родителей были прекрасные голоса. Любовь к песне передалась и их сыну. Леонид с детства мечтал стать актером. После школы трижды штурмовал Щепкинское училище. В перерывах между вступительными экзаменами работал токарем, чертежником, и наконец был зачислен на курс народного артиста СССР профессора Анненкова.
– Однажды на 2-м курсе мы репетировали отрывок из пьесы «Коллеги», – вспоминает Леонид. – По ходу действия я пел под гитару шульженковские «Руки». Едва отзвучал последний аккорд, как раздался голос Анненкова: «Еще раз!» Повторили. И снова на том же месте: «Еще раз!». Мы никак не могли понять, что же именно не получается. Николай Александрович вдруг пророкотал: «Не надо весь отрывок, просто спой еще разок». А потом сказал: «Тебе петь надо, ты в пении раскрываешься!»
Эти слова оказались пророческими.
Актерский дар и природная музыкальность привели Серебренникова в кино и на телевидение, где его голосом поют персонажи в 70 фильмах. Актерская школа часто спасала в цейтнотах.
Песня Волшебника из картины «Обыкновенное чудо», сразу полюбившаяся за необычную выразительность, была записана после единственной репетиции у рояля с композитором Геннадием Гладковым.
– Он объяснил суть образа Волшебника, рассказал о картине, а уже через час я стоял у микрофона в студии. Позже Гладков и Марк Захаров пригласили меня к себе снова. Я было забеспокоился, подумав, что запись не понравилась. Но они, наоборот, предложили записать еще одну песню. И мы с Ларисой Долиной лихо исполнили дуэт, который в кадре комично изображают Юрий Соломин и Екатерина Васильева.
Серебренникова приглашали в самые популярные советские картины. Одно перечисление этой фильмографии вызвало в зале аплодисменты.
– К романсу я пришел не сразу, – комментирует артист. – Публика заставила. На концертах меня часто просили исполнить старинный русский или городской романс.
– Это трудный или легкий жанр?
– И да, и нет. Там все открыто. Нет подтекста, второго плана. Страсти, встречи, расставания, ревность, страдания... Все просто. Главное – чувствовать. И в этом сложность. Без искренности романс – просто вокальное упражнение. Мне рассказали, как во время моего юбилейного вечера в концертном зале «Россия» две дамы в партере обменивались впечатлениями. Такие, знаете, в перчатках, вуалетках, перьях, обсуждали мою трактовку романса «Не уходи, побудь со мною...». Одна другой говорит: «Слушай, я никогда не думала, что это такая сексуальная вещь». На мой взгляд, «тебя я лаской огневою и обожгу, и утомлю» невозможно петь с ровной академической интонацией, как это иногда делают. Извините, «обожгу» – это одно, а «утомлю» – совсем другое. Ну а если серьезно, русский романс – это своеобразный, драматически насыщенный монолог.
Артист рассказал необыкновенную историю известного романса из кинофильма «Дни Турбиных» – «Белой акации гроздья душистые». Существует несколько «исходных» версий произведения, которое любило русское офицерство. Вариант, созданный в начале 20-го века, пели в окопах Первой мировой войны, переделывая слова. Текст о весенней любви переиначили в грозное: «Слыхали, деды, война началася». В революцию и Гражданскую войну романс снова оказался на фронте, причем и с той, и с другой воюющих сторон. Только в белой гвардии запевали: «Вот показались красные цепи/С ними мы будем драться до смерти» и заканчивали призывом умереть «за Русь святую». А у красноармейцев на то отвечали: «Вот и окопы/Трещат пулеметы/Но их не боятся/Красные роты», а темп ускорялся до маршевого. В припеве появилось широко известное «Смело мы в бой пойдем», а умирать предлагалось уже «за власть Советов».
В 1975 году режиссер Владимир Басов, конечно, не мог взять «двусмысленный» романс в фильм по пьесе Михаила Булгакова «Дни Турбиных». И музыкальная тема «Белой акации» там прозвучала иначе, лишь отдаленным воспоминанием, намеком, отзвуком былого. Но все варианты «Акации» красивы и задушевны.
Волгоградская областная филармония продолжит свои романсовые программы с участием «звезд» жанра.

Поделиться в соцсетях