Мы ничегошеньки не знаем о своих предках

Волгоградский краевед написал очередную книгу о камышинских казаках и об их прародителяхКто ваши предки? Знаете ли вы историю своего рода? По большому счету именно об этом новая книга волгоградского краеведа Виктора Гомулова. Это второй его труд, посвященный камышинскому казачеству.

Книга нестандартная, издана на средства спонсоров. В ней собраны списки и описи, декреты, приказы, протоколы и другие архивные документы с комментариями составителя, с фотографиями и генеалогическими схемами.

– Сейчас модно рассуждать о преемственности поколений. К сожалению, у наших современников историческая память ограничивается знанием имен и фамилий отцов и дедов, редко – прадедов, – сетует автор. – Хроники 20-30-х годов двадцатого века для многих зачастую сплошное «белое пятно». Надеюсь, моя книга «Камышинское казачество через века и бури» послужит расширению горизонтов исторического знания через конкретные судьбы людей.

– И «…через века и бури»?

– Меня восхищает величие нашего народа, его жизнестойкость, самопожертвование, духовная сила. Многие страницы моей книги связаны с трагическими событиями в Камышинском уезде. Камышане претерпели и голод, и гражданскую войну, и раскулачивание. Но выжили и выстояли. Отсюда жизнеутверждающая интонация, мой «исторический оптимизм».

В книге я ставлю вопросы, почему потерпело поражение восстание против советской власти в январе 1918 года в Астрахани. Как происходила принудительная мобилизация гражданского населения в ряды белой и Красной армий? В чем причины массового дезертирства с фронтов Гражданской войны? Или вот – почему более 70 лет архивные фонды, содержащие материалы о голоде 1921-1922 годов в Поволжье, оставались засекреченными. Тема долгое время была закрытой. Об этом было запрещено упоминать.

Перечисленные мной вопросы практически не тронуты исследователями, за исключением трагедии астраханского казачьего войска. Но и об этом я пишу по-своему. А о голоде 1921-1922 годов я раскопал страшные факты. Привожу документальные свидетельства времени. Обнаружил и документы, кого, куда направляли при раскулачивании – конкретно и пофамильно.

Гражданская война, политика военного коммунизма, экономическая разруха, чрезвычайные налоги, трехлетние постоянные конфискации продовольствия у местного населения тогда окончательно истощили запасы хлеба в стране. Усугубила продовольственный кризис мародерская и бандитская деятельность продотрядов, вооруженных поселенцев заводов и фабрик, городских профсоюзов и объединений, чоновцев и т. д. К началу 1921 года крестьянство России оказалось разграбленным, без хлеба и семенного фонда, скота для пропитания и проведения сельхозработ, физически истощенным и ослабевшим от недоедания, психологически надломленным. Одна из моих целей – восстановить реальную картину голодающего населения Камышинского уезда, выявить хотя бы в первом исчислении истинные статистические данные, число умерших от голода по волостям и селам, хуторам и деревням.

– Когда планируется презентация книги?

– В конце августа – сентябре. Часть тиража безвозмездно передаю библиотекам.

– После первой вашей книги о камышинских казаках было много отзывов. Было ли, что читатели нашли по ней своих предков?

– Да, можно и так сказать. Я публиковал подробные выписки, в частности, из церковных метрических книг, ревизских сказок (переписей). И вот, например, разыскал меня 85-летний читатель Дмитрий Михайлович Калуженин, обнаруживший упоминание своей фамилии. Он-то считал, что ее носили выходцы из Калуги, но это не совсем так – фамилия встречается в старинных описях донских казаков. Мы сформулировали иную версию, опираясь на то, что среди 50 камышинских казаков, зачисленных в 1801 г. в астраханский казачий полк, был некий Михаил Калуженин. В новом издании я привожу это родословие в числе прочих.

– А в родословии Минаевых вы добираетесь до 16-го века. Такое разве возможно?

– Это предположительно. Когда войска Ивана Грозного захватили Астраханское ханство, то там оставался отряд из 130 донских казаков для охраны и защиты ханов, угодных Ивану Грозному. Конечно, никаких списков этих воинов не сохранилось. Но меня спрашивают современные Минаевы: а мои предки там могли быть? Могли. Потому что в свидетельствах об астраханском бунте 1705-1706 годов упоминается Петр Минаев. В изучении родословия необходимо вести кропотливые поиски, проводить сопоставления. Это утомительно, даже нудно. Каждый документ надо проштудировать. Почерки разные. В одной метрической книге ничего, а в другой дьякон как курица лапой намарал, не разберешь.

Мной составлено около 30 родословий камышинских и донских казаков, мещан, крестьян. Как правило, их потомки или вообще не имеют семейных архивов, либо присутствует скудный архив. Семья Масловых долгие годы собирала и систематизировала жизнь и деятельность своих предков. Поэтому генеалогическая схема Масловых, которую я привожу, дополнена многими семейными фотографиями, биографическими данными и документами личного характера.

– Знаю, вы нашли и забавные факты.

– Весна 1918 года. В стране хаос и разруха. И в этих условиях Совет Народных Комиссаров издает совершенно необязательный, никоим образом не связанный с социально-политиче­ской и военной обстановкой декрет о праве граждан свободно изменять свои фамилии и родовые прозвища. Видимо, он был обусловлен двойственным положением и двусмысленной ситуацией многих членов ЦК и губернских начальников при оформлении граж­данства и получении паспортов. Незначительная часть представителей высших органов Советской власти сохра­нила свои родовые фамилии. Большая же часть после Ок­тябрьской революции имела двойные фа­милии и прозвища: Ульянов (Ленин); Троцкий (Бронштейн); Зиновьев (Радомыльский), Киров (Костриков), Каменев (Розенфельд) и т. д. Какая-то часть рядовых граждан посчи­тала свои родовые фамилии неблагозвуч­ными, унижающими их достоинство, не со­ответствующими революционной ситуации и т. п. Подобные изменения фамилий можно проиллюстрировать на примере Камышинского отдела загса за 1920-1921 годы. Некий Третья­ков менял свою «купеческую» фамилию на «красивую» заграничную Амстронг; Котяховы желали зваться Добролюбовыми, Дураковы придумали себе фамилию Каменские, некто Евреихинов хотел стать гражданином Балтийским. Но уже в 1924 году такой порядок был отменен, изменить фамилию столь легко и негласно стало невозможно. И об этом я тоже рассказываю.