Учиться здесь признавалось за честь

К истории первой гимназии Царицына. Для публикации исторического очерка, посвященного 25-летию Царицынской Александровской гимназии в 1900 году, потребовалось одобрение цензуры. А зарождалось сие учебное заведение 140 лет назад.

«До сведения господ родителей и воспитателей»

В 1874 году Царицынская городская дума ходатайствовала перед правительством об учреждении в городе четырехклассной мужской прогимназии. Заявив при этом о готовности местных властей жертвовать 8000 рублей ежегодно на содержание учебного заведения. И только после обсуждения в Государственном Совете признали возможным удовлетворить ходатайство.

Кандидатуры будущих сотрудников и преподавателей – от инспекторов до учителя правописания – подверглись тщательному обсуждению. После чего в газетах появилось объявление следующего содержания:

Инспектор Царицынской четырехклассной прогимназии доводит до сведения господ родителей и воспитателей, что принимаются прошения от желающих отдать своих детей или родственников для обучения в Царицынскую прогимназию. К прошению должно быть приложено метрическое свидетельство и свидетельство о звании (для дворян свидетельство депутатского собрания или указ герольдии об утверждении в дворянстве; для детей чиновников и духовных лиц послужные списки отцов, а для детей из податных сословий засвидетельствованную копию с того вида, по которому живут родители». (Податные сословия – крестьяне и мещане, платившие подушную подать, подвергавшиеся телесным наказаниям, выполнявшие рекрутскую и другие натуральные повинности).

При этом подчеркивалось: «родители не могут думать, что если они отдали своих детей в прогимназию, то вся уже забота о нравственном воспитании этих детей перешла всецело на учебное заведение; напротив, тут-то и нужно их разумное отношение».

В числе предметов – латынь и древнегреческий, французский и немецкий языки, география, история, чистописание, рисование, русский язык, арифметика и, конечно, Закон Божий. Классные наставники, равно как и прочие преподаватели, заботились, чтобы все уроки по возможности заучивались в классное время, дома же только повторялись и окончательно затверживались. „Домашние занятия учеников не должны продолжаться более двух часов в сутки».

В роли физической культуры была так называемая военная гимнастика. Уже на следующий год после открытия учебного заведения решено было поставить во дворе столбы для гимнастических приборов, а затем обратиться к Царицынскому воинскому начальнику с просьбой рекомендовать в качестве руководителя кого-либо из подведомственных ему лиц. Классным наставникам вменялось в обязанность следить как за умственным, так и за нравственным развитием учеников, рекомендовалось навещать их на дому, чтобы лучше ознакомиться с домашней обстановкой и гигиеническими условиями.

Этот страшный кондуит

Поведение подопечных прогимназии в рассматриваемый период было признано вполне удовлетворительным. Меры взыскания за некоторые проступки заключались (кроме внушения) или в приказе виновному стоять у стены во время урока, или в лишении его права в большую перемену принимать участие в играх товарищей. Очень строгая мера – оставить на два часа после окончания занятий в учебном заведении для лучшего освоения учебного материала.

Проступки, которые повлекли бы за собой запись в кондуитную книгу, а тем более в штрафную, были крайне редки. Какие последствия могло это повлечь для детей, к сожалению, в очерке не упоминается.

Общая удовлетворительность поведения воспитанников прогимназии зависела отчасти от того, что «прогимназия, как в их собственных глазах, так и в глазах их родителей считалась заведением, поставленным высоко, и учиться в нем вместе и с детьми лучших граждан города признавалось за честь, лишиться которой для них было бы больно».

Важную роль в деле нравственного воспитания играли религиозные обязанности. Каждый день перед началом уроков учениками читалась утренняя молитва. Затем классный наставник или кто-либо из учеников прочитывал главу из Евангелия. Кроме этого, воспитанникам предложено было по табельным (будничным) дням посещать соборный храм, а в воскресные и праздничные – приходскую церковь Покрова Божией Матери. Учителя и инспектора обращали внимание учеников на великие политические события, происходящие в мире, уделяя особое внимание миссии русской армии, освобождавшей братскую православную Болгарию от турецкого владычества. Не раз учителя прогимназии добровольно жертвовали различные суммы на благо русского воинства.

Отопление, ремонт, санитария в помещениях прогимназии регулярно становились темой заседаний педагогического совета. Он считал, в частности, крайне необходимым в гигиеническом отношении развести на прогимназическом дворе сад, в котором «воспитанники в междуурочное время весною и осенью могли бы освежаться, занимаясь тут же и гимнастикой… вообще ощущалась необходимость в нем ввиду чрезвычайной сухости воздуха и совершенного отсутствия зелени в Царицыне».

Добро на использование средств и обустройство сада было получено только после того, как здание прогимназии было передано Царицынской городской думой в собственность Министерства народного просвещения. В 1882 году на обустройство сада ассигновали 400 рублей, но их оказалось недостаточно. «Вследствие бездождья и сильных жаров в Царицыне, доходивших до 48 градусов, пришлось производить усиленную поливку деревьев в саду, а потому ходатайствуем о выделении еще 100 р.».

Умягчение нравов

В 1882 году, исходя из ряда соображений, и, прежде всего, ввиду дефицита полных гимназий в низовьях Волги (таковые находились только в Саратове и Астрахани), было принято решение преобразовать Александровскую прогимназию в полную гимназию.

Теперь полный перечень предметов выглядел следующим образом: Закон Божий, русский язык с церковно-славянским и логикой, языки: латинский, немецкий, греческий, французский, математика, физика, история, география, чистописание и рисование. Классы – от приготовительного до восьмого, продолжительность урока 55 минут.

Министерский указ потребовался для решения проблемы обучения детей евреев. Их разрешили принимать в гимназию только в 1887 году, причем в количестве не более пяти процентов от всего числа учеников. При этом только тех, «родители которых представят достаточное ручательство в правильном за ними домашнем надзоре».

В 1890 году по распоряжению Министерства народного просвещения введено преподавание лютеранского Закона Божьего воспитанникам гимназии лютеранам. А в следующем, 1891 году состоялось разрешение ввести в гимназии обучение музыке. При этом «к игре на духовых инструментах допускаются только те из воспитанников, для которых после тщательного врачебного осмотра игра на духовых инструментах признана безвредною». С 1894 года вводятся литературные беседы, в ходе которых ученики старших классов обсуждают преимущественно произведения классиков русской литературы. Начинались занятия в гимназии 16-17 августа и продолжались с перерывами на каникулы до конца мая.

Впечатляют многочисленные таблицы, составлявшиеся в гимназии ежегодно и дающие представление, сколь ответственно относился весь персонал гимназии к своим обязанностям. Есть статистика пропусков, заболеваемости учащихся, данные об их телосложении, состоянии органов слуха и зрения, зубов… Примечательно, что даже во время холерной эпидемии в стенах гимназии не было отмечено ни одного заболевания этой смертельно опасной тогда болезни.

Разнообразные инструкции и наставления для учителей, тщательная, порой жесткая регламентация их служебных обязанностей, налагались на достаточно строгие правила для их подопечных. Но все это происходило на фоне всемерной, всесторонней заботы о воспитанниках гимназии. За уши никого к высшему образованию не подтаскивали, а процент успеваемости не висел дамокловым мечом над головами преподавателей и директоров.

Здесь хотели гордиться своими выпускниками, следили за их судьбами. Врачи, юристы, прокуроры, общественные деятели… Перед воспитанниками Александровской гимназии открывалось много дорог. И они шагали по ним уверенно.