Виктор Фетисов: «Востребованности хочу…»

Виктор Фетисов: «Востребованности хочу…»
«Я – чудом уцелевшее дитя войны, – говорит Виктор Георгиевич о себе. – Просто большая авиабомба, угодившая в сорок втором в наш двор, недалеко от нынешнего Волгоградского аграрного университета, не взорвалась. Мы потихоньку ее засыпали потом, пока не засыпали полностью. На этой бомбе мы и жили, пока в городе не стали строить Вторую продольную магистраль, и дом наш решили сносить. Саперы обезвреживали эту бомбу с величайшими предосторожностями…»

На изломе судьбы

В пору учебы в школе Виктор Фетисов много занимался спортом. Подавал очень серьезные надежды в легкой атлетике и в шахматах, но оставил все это со временем ради художественного творчества.

В кружок изобразительного искусства при городском Дворце пионеров он начал ходить в пятом классе, занимался там под руководством педагога Григория Руднева.

– Он мне и привил любовь к искусству, – вспоминает Виктор Георгиевич. – Мои художественные работы Руднев отослал на VII всесоюзную выставку детского творчества. Там они были включены в число лучших, и их затем направили в Японию, на выставку международную, где они также были особо отмечены.

Добившись этого успеха, Виктор поехал поступать в Пензенское художественное училище, где, проучившись всего лишь полгода, был переведен на второй курс. Учился затем в Ленинграде. Народный художник СССР, Герой Социалистического Труда, лауреат Ленинской премии, академик Михаил Аникушин, посмотрев его работы, сказал тогда о Викторе Фетисове: «Если таких ребят не брать к себе, то зачем и кому мы нужны?».

– Но в свою мастерскую, – рассказывает Фетисов, – он меня не смог принять – условия не позволяли. Я занимался в мастерской у Михаила Керзина, заслуженного деятеля искусств БССР. И я об этом не жалею.

В1962 году, будучи дипломником, Виктор участвовал в создании памятника-ансамбля на Мамаевом кургане, работал там под руководством скульптора Евгения Вучетича. Произведение его осталось увековечено на одной из стен-руин.

– Можно было далее пойти в аспирантуру, стать преподавателем, – делится размышлениями Фетисов. – Но я отказался от этого – бросил все и уехал трудиться в родной Сталинград.

Всё было впервые

Там молодого скульптора ждала очень серьезная работа: всего за полтора месяца ему предстояло создать пятиметровый памятник Ленину для Капустина Яра – вместо стоявшего там памятника Сталину. Никто из волгоградских мэтров-скульпторов за эту работу не взялся.

– Возможно, – полагает Фетисов, – что эту работу мне и поручили специально для того, чтобы я не справился, обжегся. А я тогда в цеху поставил раскладушку, жил в нем, практически не выходя из цеха это время. Но успел, и худсовет мою работу принял.

– В семидесятые годы, – продолжает Виктор Георгиевич, – сразу семь моих работ были направлены на всесоюзную выставку, организуемую раз в четыре года. Тогда как даже у Вучетича и Томского обычно на такие выставки брали по три-пять работ, не более.

В Волгограде все, связанное с Виктором Фетисовым, было как для него, так и для города впервые. Впервые семь произведений одного художника были взяты на всесоюзную выставку. Первым среди коренных волгоградцев Виктор Георгиевич стал народным художником России. Впервые житель города в его лице стал лауреатом правительственной премии. Он также первым из художников стал почетным гражданином города-героя Волгограда.

– Но ни к чему этому, – поясняет Фетисов, – я не стремился специально. Просто мне хотелось быть востребованным родным городом и делать для него свои скульптурные работы, чтобы он стал еще красивее, чем есть. И мне даже несколько странно бывает, когда меня называют знаменитым скульптором. Мне хочется в подобных случаях сказать: «Да вы посмотрите – что Микеланджело делал, и что делаю я. Разве это сравнимо?..»

У скульптора должна быть муза

Говорят, что за каждым успешным мужчиной стоит женщина. С семейной жизнью Виктору Георгиевичу повезло – в молодости судьба свела его с подругой Галей, которая поддерживала его затем во всем, в любых делах и начинаниях. Тогда она ему сказала: «Виктор, я очень хочу, чтобы меня любили. Но еще больше хочется, чтобы любила я. Ну, а меня чтобы хотя бы просто уважали…»

Почти полвека они вместе прожили. Зимой Галина Константиновна ушла из жизни, не дотянув двух лет до золотой их с Виктором Георгиевичем свадьбы.

– Нам вместе было нужно, – говорит Фетисов, – чтобы я творил, а она совершенствовалась в понимания семейной жизни. И она ее прекрасно понимала. Благодарю Бога за это – ведь это именно Галина сделала меня тем, кто я есть сейчас. Когда я получал в Кремле государственную награду, помнится, предложил ей: «Пойдем, я сфотографирую тебя у кабинета президента». Она ответила: «Виктор, зачем мне президент? Мне нужен только ты…»

Красота, которая понятна

– Виктор Георгиевич, а вы могли бы сформулировать – какие принципы исповедуете в искусстве?

– Придерживаюсь только классики. Я проповедую ту красоту, которая понятна людям. «Черноквадратники», как я их называю, никогда не будут приняты людьми. То, что движет в жизни человечеством, – лишь только это можно называть искусством. А все остальное – шарлатанство.

– Могли бы вы назвать ваши работы, вызывающие у вас чувство гордости?

– Я горжусь тем, что красиво сделал памятник Павлу Серебрякову. Он давно готов, надеюсь, что он будет установлен перед зданием Волгоградского муниципального института искусств и культуры, носящим имя Павла Алексеевича.

Горжусь я памятником сталинградским детям, установленным, увы, не в Волгограде, а на станции Лычково Новгородской области как памятник погибшим детям Ленинграда. Волгограду он оказался не нужен, а за него я получил правительственную премию. Горжусь и мемориальным комплексом в честь летчиков-испытателей, установленным в Ахтубинске, – лучшего символа для них в мире, считаю, никто не придумал.

– Виктор Георгиевич, а что еще вы хотели бы сделать как скульптор?

– Хотелось бы увековечить в Волгограде память летчика-испытателя Александра Федотова – нашего земляка, лучшего летчика эпохи реактивной авиации. Хочется мне создать фонтан «Семья», изумительно мной скомпонованный пластически. Но Волгограду также он, оказывается, не нужен, и, возможно, что он уйдет в другой город – я уже выставил его на конкурс, проходящий в Екатеринбурге. Хотелось бы восстановить памятник танцующим детям, находившийся на Привокзальной площади в войну – он пережил Сталинградскую битву и уже после нее был разрушен окончательно.

И потому мне еще очень хочется работать. Востребованности я хочу…

Врезка 1

Народный художник СССР Михаил Аникушин сказал о Викторе Фетисове: «Если таких ребят не брать к себе, то зачем и кому мы нужны?»

Врезка 2

В1962 году Виктор Фетисов участвовал в создании памятника-ансамбля на Мамаевом кургане, работал под руководством Евгения Вучетича

Поделиться в соцсетях