Вучетич не допускал отсебятины

Скульптор Евгений Вучетич и инженер Николай Никитин. Имена создателей одного из самых знаменитых символов России – монумента «Родина-мать зовет!» – известны во всем мире. А Марии Матвеевне Ивановой выпала честь создать для легендарного мемориала зеленый наряд. В период строительства и на момент открытия комплекса в октябре 1967-го она возглавляла в Волгограде трест зеленого хозяйства.

– Вы возглавили трест всего шесть лет спустя после окончания вуза. Как это произошло?

– Родом я из Урюпинска. Сталинградская битва мимо нас не прошла – школьные годы прошли под бомбежкой, госпиталей у нас много находилось. В 44-м по инициативе Сталина в нашем городе создали сельхозинститут и дали задание восстановить Поволжье. В 1946-м я переехала в Сталинград. Город разрушен был полностью, восстанавливали все, кто мог. Мы, полуголодные, ночью учились, а днем работали. Помню, под оркестр шли восстанавливать драмтеатр, завод Петрова. Энтузиазма у всех хватало. После окончания вуза оставили меня в городе, а в 56-м назначили управляющей трестом зеленого хозяйства. Когда более-менее город привели в порядок, остро встал вопрос его озеленения. Делалось очень много – парковые зоны, зеленые кольца. Именно за эту работу нас наградили дипломом ВДНХ, признали, что Сталинград лучший город по озеленению. Поэтому Евгений Викторович (Вучетич) и выбрал нас для осуществления своих замыслов. С ним ведь на Мамаевом кургане многие хотели работать. Мы с ним согласовывали каждый шаг.

– Каким он видел зеленое обрамление кургана?

– Он все продумал до мельчайших деталей. Скажем, аллея тополей. Мне Евгений Викторович сказал: Машенька, подбери тополя один в один, одной толщины, одного роста. Имей в виду, что эти пирамидальные тополя – почетный караул. Поднимаемся, несем венки, а он нас встречает. Тут даже пионеры первые годы в почетном карауле стояли. Площадь Героев. Там по его замыслу посадили березы. Несколько лет назад была на Мамаевом кургане, одна корреспондентка радио меня спросила – как вы смогли вырастить в таких условиях березы? Я заплакала и ответила: они выросли тут на крови и на костях. Здесь же столько народа полегло! Площадь Скорбящей матери – тут должна быть только плакучая ива. Как-то рядом с ивой мои зеленщики посадили куст скумпии. Она цветет шарами, а осенью становится багряной – вид красивейший. Нам нравилось. Но стоим однажды с Вучетичем, причем далеко от того места а он вдруг говорит: "Машенька, а что там у тебя красное?" – "Скумпия". – "Какая скумпия?! Никаких красных листьев". Сразу убрали.

– Ни на шаг от замысла, так получается?

– Он не допускал отсебятины. Что касается кургана, всегда подчеркивал – он может быть только одернован. Ездили по балкам, даже в Воронежскую область, чтобы найти эту дернину. Это сейчас ее пластами возят, и нет проблем, а тогда где взять? А откос такой, что не дай бог размоет. Там же и могилы есть. Мы с главным инженером треста Иваном Васильевичем Пятиным пошли на риск: посеяли газон. То, что вы сегодня видите, это посевной газон. А как мы за ним ухаживали?! У нас был обычный водопровод без всякой автоматики. Все вручную. Слесарь Иван Степанович Черный, который, кстати, и воевал здесь, дежурил круглые сутки, включая и выключая воду буквально на пару минут. Подождет, пока вода впитается, переключается на следующий объект. И тогда и теперь то и дело предлагают высадить на кургане какие-нибудь цветочки, но это уже будет искажение замысла Вучетича. Он категорически возражал. В Трептов-парке в Берлине, где стоит другое его знаменитое творение «Воин-освободитель», все сделано по такому же принципу. Там гектары зеленых газонов, а у скульптуры – только венки. Поэтому в приближении юбилея Победы нужно полностью вернуться к замыслу Вучетича. Недавно, кстати, прозвучали предложения установить лавочки, чтоб было где передохнуть. Ни в коем разе. В крайнем случае – за стеной, чтоб не видно было, только там скромные лавочки уместны.

Каким запомнился день торжественного открытия мемориала?

– В его создание безвозмездно вложили свой труд многие тысячи волгоградцев, студенты, солдаты… Все с нетерпением ждали этот день, народу море было. Монумент цветами и венками завалили. Венок от Брежнева был такой огромный, что его на грузовике привезли. Погода выдалась чудесной, солнечной. В этот день я в последний раз встретилась с Евгением Викторовичем. Подошел, пожал мне руку:«Машенька, ты, твой коллектив претворили мой замысел, так как я думал». У меня есть ордена, медали, грамоты, благодарности. А слова Евгения Викторовича для меня такая же награда.

DNG