Юлия Артюхович: «Стесняюсь называться поэтессой»

Доктор философских наук, профессор, член Союза писателей России, лауреат Международных поэтических конкурсов «Союзники-8» и «Поэзия без границ», XIV Православного конкурса-фестиваля «Святая Русь» – все это она, Верба. Нет, это не имя, а творческий псевдоним. О личности, которая за ним скрывается, о творческом пути автора, жизненных принципах и ориентирах этой необычной поэтессы узнала наш обозреватель Юлия Гречухина.

Выбрала Волгоград

– Юлия Васильевна, как случилось, что вы, окончив филфак, шагнули в сферу философии?

– Случайно! Во время чеченской войны наша семья случайно выжила. Мы случайно выбрались из Грозного – без жилья, работы и денег.

– Тогда на Кавказе было неспокойно…

– Неспокойно – слишком мягкое определение. На Кавказе в это время была война – жестокая и страшная. Наверное, еще страшнее было безвременье, которое этой войне предшествовало: так называемая «чеченская революция», предрешившая исход русскоязычного населения. Об этом – мои стихи из циклов «Пояс шахида», «Гудермесский базар», «В мертвом городе», повесть «Кошкин дом».

– Уехав с Кавказа, вы ведь преподавали?

– Да, я стала работать в ставропольском колледже, преподавала литературу и культурологию. Потом стала вести еще и «Основы философии», поскольку других желающих разрабатывать новый курс не оказалось. Через год случайно забрела в Северо-Кавказский технический университет, где работали земляки-грозненцы. На кафедре философии была вакансия – опять случайность…

– Кандидатская диссертация, наверное, тоже легко получилась?

– Да, именно так, написала ее очень быстро и неожиданно, за полтора года. Работа после защиты была представлена на какую-то выборочную проверку в Москве, в результате сразу дали рекомендацию для поступления в целевую докторантуру. Потом защитила докторскую и вскоре уехала с мужем во Вьетнам на несколько лет. Возвращаясь в Россию, из разных вариантов выбрали Волгоград. И ни разу не пожалели. Сейчас работаю в должности профессора в двух волгоградских вузах. Но путь сюда, в этот город, был долгим и тернистым. Пролегал он через кочевую военную жизнь между Грозным и другими населенными пунктами (туда-обратно); через Ставрополь и Вунг Тау, центр провинции Ба Риа в Южном Вьетнаме.

«Стесняюсь называться поэтессой»

– Вы много работаете, занимаетесь наукой, преподаете. Когда и как рождаются стихи?

– Поэзия – такая же естественная и неотъемлемая часть моей жизни, как работа, отдых, общение. Что касается науки… У меня более 200 научных публикаций, в том числе – 10 монографий. Но писать художественные книги гораздо интереснее! Кроме стихотворных и прозаических циклов, у меня вышло 5 книг стихов и прозы. Я их периодически перечитываю с разными чувствами, а к своим научным монографиям и статьям возвращаюсь по необходимости. А стихи рождаются, как правило, неожиданно и в самое неподходящее время: в транспорте, на заседании кафедры. Точнее, рождаются не сразу, я долго пребываю в состоянии «поэтической беременности». Потом, когда все слова в стихотворении становятся на свое место, распечатываю текст, переделываю его и оставляю в покое. На время.

– Потом к нему возвращаетесь?

– И не раз! Порой стихи обретают «другое лицо». Но тем не менее это МОЕ лицо, мои и только мои мысли и чувства. А в научных публикациях следует учитывать чужие мнения – ссылки неизбежны.

– Помните свое первое публичное выступление со стихами?

– Впервые я читала со сцены свои стихи еще в школе, в 7-м классе. Страшно не было. Может быть, потому, что часто выступала, играла в школьном (а потом и в студенческом) театре. Скорее всего, я тогда не относилась к своим стихам всерьез. И сейчас не отношусь всерьез, немного стесняюсь называть себя поэтессой (хотя стала членом Союза писателей России). А выступая перед читателями, волнуюсь. Но это не страх. Скорее, радостное предвкушение интересного общения.

– Кто ваши первые слушатели и критики, кто вдохновляет и поддерживает?

– Семья и друзья. Хотя муж и сын читают мои книги избирательно: «чеченские» стихи и прозу не читают вообще.

– Что считаете своим самым главным успехом на этом поприще?

– Главный успех для писателя – это понимание и сопереживание читателей. После творческого вечера во Вьетнаме (презентации книги стихов «Я выбираю любовь!») меня очень оригинально поздравили с успехом: «Было замечательно! Все плакали!»

– Важна ли для вас идеально точная рифма?

– Я испытываю почти физическую боль от корявых строк. Наверное, сказывается тяжкое наследие «краснодипломного» филфаковского прошлого (со специализацией «Литературная критика и редактирование») и последующая редакторская практика.

«Я точно не фиалка!»

– Что вы больше всего цените в женщинах? А в мужчинах?

– И в женщинах, и в мужчинах – умение любить.

– Почему вас волнуют проблемы сбережения природы?

– В Волгоград я приехала 10 лет назад непосредственно из Южного Вьетнама, где мы жили после войны длительное время. Город на жительство выбирали с учетом «нефтяной» профессии мужа. Значимым фактором в Волгограде явилось наличие традиционных российских «реки и березок». При ближайшем рассмотрении оказалось, что река не отличается чистотой, а березок катастрофически мало. Решила по мере сил восполнить этот пробел. Поэтому я – председатель правления регионального отделения общероссийской общественной организации «Российская экологическая независимая экспертиза».

– Поездка за город может стать стимулом для рождения новых стихов? Ваши любимые птица, дерево и цветок?

– Стимулом для рождения новых стихов может стать любое событие, даже самое незначительное. А из всех поездок «за город» больше всего меня вдохновляет посещение жарких стран в холодную зимнюю пору. Любимая птица – голубь, нежно воркующий и немного косолапый. Любимые цветы – гиацинты, их мне дарили в Грозном. Странный сладковатый запах напоминает о прошлом. Дерево – верба: не случайно Верба – мой творческий псевдоним, так я подписываю свои книги.

– А почему выбрали именно вербу?

– Не знаю, просто в поисках псевдонима для своего первого поэтического сборника «Я выбираю любовь!» я хотела найти какой-то «женский» символ из растительного мира. Но в то же время очень четко осознавала, что я не роза и тем более не нежная фиалка на залитом солнцем склоне.

Терпеть, прощать, любить…

– Какой смысл вы вкладываете в понятие «Святая Русь»? Есть ли у вас любимое изречение святых отцов, особенно близкая вам заповедь? Кто ваш духовный авторитет?

– «Святая Русь» – это бережная и благодарная память об истоках, деятельное соучастие в судьбе и жизни своей страны. Духовный авторитет – воин-мученик Евгений Родионов: 19-летний русский солдат, отказавшийся снять нательный крестик и обезглавленный в чеченском плену. Особенно мне близки слова из молитвы оптинских старцев, которую я читаю каждое утро: «Господи, дай мне силу перенести утомление наступающего дня и все события в течение дня. Руководи моею волею и научи меня молиться, верить, надеяться, терпеть, прощать и любить».

– Ваше любимое место на земле?

– Родного города у меня уже нет (новый красивый Грозный мне явно не родной), и родного дома тоже нет (он разрушен в войну). Поэтому мое любимое место на земле – это дом, где я живу здесь и сейчас.

– Богемность и чудачества часто были свойственны поэтам. А вот Илье Резнику приписывают такие слова: «Поэт должен быть примером и стиля, и культуры… И образ его должен быть светлый… И чистенько одеваться должен». Вы согласны?

– Внешний облик – не главное. У поэта теплая душа. Этим он отличается от многих из наших современников с душами холодными (или замерзшими, остывшими – по разным причинам). Поэт любит и знает жизнь, находит слова для того, чтобы передать это знание окружающим.

– Давайте завершим интервью вашим пожеланием читателям или строками ваших стихотворений.

– Пусть замерзшие души согреет своим теплым дыханьем любовь!

Добавить комментарий