23 марта исполнилось бы 102 года легендарному снайперу Василию Зайцеву

Сталинградская битва прославила Василия Зайцева на весь мир
Свыше 220 гитлеровских солдат и офицеров за неполные полтора месяца участия в сражении на Волге уничтожил Василий Григорьевич. В том числе специально присланного для борьбы с ним из Берлина в Сталинград начальника немецкой школы снайперов штандартенфюрера СС Хайнца Торвальда. Фашистский ас тогда попался на хитрую уловку Зайцева – на куклу-манекен, которую тот часто применял в ходе боев.

В январе 1943 года снайпер Зайцев был серьезно ранен взрывом мины. Он ослеп и только после неоднократных операций у профессора Филатова смог восстановить зрение. В конце февраля 1943 года Василию Григорьевичу было присвоено звание Героя Советского Союза. Есть в Волгограде люди, которые были знакомы с Зайцевым.

– Во время Сталинградской битвы, – рассказал нам один из них, Геннадий Сиволобов, – мы с бабушкой жили неподалеку от Мамаева кургана. В кухне у нас стояла на посту группа снайперов, семь человек. Был среди них невысокий один, коренастый, прямоносый, полноватый мужичок. Он носил, как и все, гимнастерку, фуфайку. Звали его Василием, так я его и называл. Лишь много позже узнал, что это был тот самый знаменитый снайпер Зайцев…

Рано утром снайперы из этой группы обычно уходили «на охоту», как они это называли. А одного оставляли дежурить – готовить еду и воды принести. Но воду им обычно я носил, они мне хлеба за это давали.

Вода была в то время в Сталинграде дороже золота, поскольку очень многим приходилось жизнью за нее платить. Пробраться к Волге под сплошным огнем было чрезвычайно трудно и опасно. Бывало, наши же на берегу меня задерживали: «Куда воду? Немцам несешь?!»

– Если один из снайперов не возвращался к вечеру, – вспоминает Сиволобов, – то хлеб, положенный ему, должен был еще двое суток лежать – вдруг человек еще придет? И такие случаи бывали.

А в декабре 42-го года эта группа снайперов ушла от нас – место, должно быть, получше нашли…

– Внешне Василий Зайцев был могучий, крепкий, словно дуб, – вспоминает народный художник России Виктор Фетисов, работавший в свое время над скульптурным портретом снайпера. – Это был твердый телом и духом человек, пунктуальный до мелочей. По характеру он был спокойный, добрый, терпеливый и душевный. Помню, как мы однажды с ним полдня искали в Волгограде букет цветов на день рождения моей теще. Позировал он мне в мастерской с удовольствием. Сядет напротив меня и дремлет, а я его портрет тем временем леплю…

Рассказывать много о войне Зайцев не любил, он был скуповат на слова. Но иногда вспоминал о том, как группа снайперов под его руководством отбила под Мамаевым курганом атаку гитлеровских автоматчиков – всех их до одного метким прицельным огнем перебили.

До конца своих дней Василий Зайцев не мог выносить немецкую речь. В Германию погостить немцы после войны приглашали его много раз, но он отказывался от подобных приглашений наотрез.

Он постоянно беспокоился, чтобы кто ненароком не коснулся его груди – у него не было ребра в районе сердца, в пору войны там немецкий штык прошелся. Так он, чтобы себя как-то защитить, брал самую большую из советских газет того времени – «Литературную газету», свертывал ее в несколько раз, клал во внутренний карман пиджака и прикрывал так ею это место на груди…

Мечта у Василия Григорьевича была в пору войны – приспособить цейсовский прицел с немецкой снайперской винтовки на наши противотанковые ружья, чтобы с его помощью бить фашистские танки. Но до конца войны она так и не осуществилась. А что касается другой его мечты… В послевоенное время жил Василий Григорьевич в Киеве, писал там статьи о войне, а супруга его, Зинаида Сергеевна, их переводила на украинский язык. Сам этот город он, однако, не любил, его всегда тянуло в Сталинград. И он хотел быть похороненным на той земле, на которой воевал.

Так и получилось: в 2006 году Василий Григорьевич был торжественно перезахоронен на Мамаевом кургане…

DNG

Поделиться в соцсетях