"Алло, барышня, соедините меня с товарищем Сталиным…"

Удивительное, как известно, подчас бывает рядом с нами. Вот и в Волгограде можно увидеть немало интересного.

В чем убедился лишний раз журналист "Сталинградки", побывав в Народном музее волгоградских железнодорожников, который является филиалом музея истории Приволжской железной дороги. Казалось бы, что можно увидеть в "ведомственном" музее? Оказалось, многое.

"Шарманка", что не играет

Необычное название вот этого черного ящика - шарманка.

- Предназначался он для личных вещей, которые члены паровозных бригад брали с собой в дорогу, - рассказывает директор музея Владимир Бударин. - Почему он получил такое название? Стоял в дороге такой ящик где?нибудь в кабине паровоза и при движении покачивался, а при этом содержимое и сам ящик издавали звуки. Да и когда шел по улице машинист, обязательно что?нибудь в его ящике "давало о себе знать". Отсюда и пошло название - шарманка.

В конце XIX столетия машинисты паровозов сами изготавливали для себя такие ящики из жести. Они были более легкие и более практичные, чем деревянные. Брали их с собой в дорогу до тех пор, пока ездили по нашим железным дорогам паровозы. Но ушли в прошлое паровозы, а вместе с ними и шарманки машинистов.

Аппарат Морзе к работе готов

Телеграфные аппараты Морзе верой и правдой работали на станциях отечественных железных дорог, как говорят, до середины прошлого столетия. Выпускал их государственный союзный Лосино­островский электротехнический завод имени Ф. Дзержинского.

Номинальный линейный ток приемника аппарата Морзе, обеспечивающий четкую работу печатающего устройства, может быть в пределах от 10 до 25 мА. Напряжение батарей для питания аппарата - от 40 до 120 Вольт, в зависимости от длины линии. Цепь рабочего тока включает в себя ключ, два электромагнита по 600 Ом (на каждой стороне), два провода линии и одну батарею.

При передаче телеграммы одновременно работают на прием оба соединенных между собой аппарата, чтобы и на передающей стороне можно было бы при желании иметь "твердую" копию передаваемых сообщений.

- При максимальном напряжении телеграфной батареи 120 вольт и минимальном рабочем токе 10 миллиампер дальность связи по двухпроводной линии может достигать 1200 километров. То есть можно было передавать сообщения без особенных проблем прямо из Волгограда в Москву, - объясняет Владимир Бударин. - Конечно, можно было бы связаться со столицей прямо из зала музея. Музейный аппарат Морзе хоть и экспонат, но готов к работе. Но нет на линии в столице второго подключенного аппарата…

Из красного дерева, но без герба

"Алло, барышня, соедините меня с товарищем Сталиным…" Наверняка в трубку настенного телефонного аппарата, что сейчас находится в музее, мог кто?то говорить так в 1918 году. Скорее всего, это образец знаменитой шведской фирмы L. M. Ericsson 1910 года. Правда, на корпусах из красного дерева таких аппаратов обычно находился фирменный знак в виде герба. Но советские железнодорожники, наверное, не стали терпеть старорежимного напоминания и герб затерли.

У аппарата есть индукторный вызов для телефонной станции и батарейный ящик для питания микрофона. Аппарат для своего времени весьма продвинутый и сейчас находится в прекрасном состоянии.

- В начале прошлого века Ericsson был лидером рынка телефонных станций. Тех самых, на которых барышни-телеграфистки вручную соединяли абонентов, втыкая провода со штекерами в гнезда на бескрайних панелях ручных коммутаторов, - говорит Владимир Бударин. - В Царицыне такая телефонная станция начала работать одной из первых в России - после, конечно, столиц.