Берет, который сохранила Родина

Есть в России люди, для которых Родина – не только Отчизна, но еще и фамилия! Мария Феопеновна РОДИНА, читательница «Волгоградской правды» из Фролово (ныне Матяшова по мужу. – Прим. ред.) под своей девичьей фамилией прошла войну. Была связисткой, освобождала со своей воинской частью несколько европейских стран. И пронесла через все сражения свой фронтовой берет. Об этой памятной вещи, связанной с Великой Отечественной, наша читательница написала очерк. И прислала нам его в редакцию. Прочтя этот откровенный военный монолог, мы не могли его не напечатать. Потому что в нем – и правда, и память, и чувства...

« Здраве, братушки

...Фронтовые береты нам выдали в 1944 году, после освобождения Одессы. А до этого мы носили пилотки. Этот берет свой цвета хаки я пронесла по многим фронтовым дорогам. Первый раз мы с ним форсировали Дунай при переходе на территорию Румынии, у города Измаил. В Болгарии нас с ним встречали радушно, как братьев -освободителей.

В городе Добриче было фотоателье, мы поспешили с тобою туда, мой берет. Щелкает затвор фотоаппарата, и вот мы с тобой, мой друг-берет, на снимке.

Из Добрича путь наш с тобой лежал дальше, в Сербию, где шли тогда ожесточенные бои. Помнишь, берет, как мы с тобой там тянули связь и вдруг попали под обстрел? Пули, к счастью, просвистели мимо, не задели нас. И я тогда уверовала, что ТЫ – мой спаситель!

Освободили мы Белград, похоронили погибших и встали на отдых. В городе Нови-Сад я спустилась к реке и постирала тебя – без мыла, без порошка, просто в речной воде – ведь ты запылился за время боев. Через день мы уже во второй раз форсировали Дунай, с его правого берега на левый.

В Венгрии мы с тобой участвовали в боях за Будапешт. Была зима. Нам уже выдали шапки-ушанки, а ты лежал у меня в вещмешке.

С войны – на третий курс

Наш с тобой боевой путь завершился под Веной, в австрийском Айзенштадте. Весна там в 45-м наступила рано. Снято было зимнее обмундирование, сдана на склад шапка -ушанка, и ты, мой любимый берет, вновь оказался на своем законном месте.

Отгремели в Европе бои. Наши войска возвращались на Родину. Ждал своей очереди и наш с тобой 303-й армейский зенитно-артиллерийский полк резерва Главного командования. Начальник связи полка капитан Лемеш трофейным фотоаппаратом фотографирует нас, молодых связисток, в цветущем саду.

…С войны на Родину мы с тобой возвращались, мой спутник - берет, и на поезде, и на попутных машинах. Добрались до моего родного хутора Ендовского, что в Серафимовичском районе. Радостно нас встречали сестры и отец, сбежались родственники, хуторяне.

Первое время, вернувшись домой, я носила военную форму – переодеться не во что было. Пришла пора подумать и о дальнейшей учебе. На войну я ушла из десятого класса, но обратно в него не пойду: ведь были пропущены три уже учебных года. Попробую пойти в Михайловское педучилище.

В школе я всегда была отличницей, и это возымело действие: меня приняли сразу на третий курс. Звездочку с берета и погоны младшего сержанта бережно заворачиваю я в платочек и кладу в наш семейный сундук. Живу на квартире у стариков, за жилье плачу им 100 рублей, и от стипендии остается только 20 – это на хлеб, на бумагу, чернила…

Живу впроголодь. Педучилище не отапливается – замерзают чернила, озябшие пальцы с трудом удерживают ручку. Опять простываю, опять я болею, но все же заканчиваю 1945–1946 учебный год. На руках у меня – аттестат об окончании Михайловского педучилища, где сказано, что я учитель начальных классов. (Пединститут я окончу позже, заочно.)

Помнишь, товарищ…

В Михайловку за мной приезжает майор Матяшов и увозит меня к месту службы. И ты, мой берет, уезжаешь со мной. И вот уже долгие годы мы вместе, ты свидетель моих радостей и горестей. Помнишь, как в Сербии, у города Ниш, где наш полк охранял аэродром, американские «лайтинги» начали бомбить колонну советских войск, двигавшуюся к Белграду?

Погиб командир корпуса. Наши зенитчики открыли огонь, сбили четыре американских самолета. На допросе их летчики объяснили, что думали, будто бы это немецкие войска отходят из Греции.

Нам с тобой, дорогой берет, не забыть, как в Венгрии мадьярский «партизан» резал в лесу по ночам наш провод, и мы , девчонки, по двое шли исправлять связь с нашей первой батареей. В темноте, ползком, на ощупь искали место обрыва на проводе, а мадьяр при этом открывал по нам огонь. Потом наши ребята поймали его.

Ты не забыл, мой дорогой берет, как я салютовала из своего карабина, когда закончилась война? Салютовали в честь Победы и зенитные батареи нашего полка, эхо их залпов слышалось в предгорьях Альп.

Ну что же? Был ты на войне моим спасителем, и все послевоенные годы ты был для меня словно ангел-хранитель. Полежи же еще здесь, на полке, пока я жива.

Кладу свой фронтовой берет на место и тихо закрываю дверцу шкафа…

Мария Матяшова - Родина,

г . Фролово Волгоградской области,

2017 год.