Цена человеческой жизни

На днях вступило в законную силу решение Ворошиловского районного суда Волгограда, в котором были частично удовлетворены исковые требования матери и отца Александра Соколец, погибшего в ДТП при исполнении обязанностей военной службы, о компенсации морального вреда и материального ущерба. Руководство воинской части на суде пыталось предстать в роли не причастных к трагедии и свалить всю ответственность за случившееся на виновника ДТП.

Процесс, как пытка

В марте прошлого года в Калач-на-Дону из Самарской области было доставлено тело 21-летнего солдата-срочника. Родителям Саши Соколец представитель воинской части вместе с «грузом- 200» передал письмо-соболезнование от своего руководства, в котором говорится о том, что ценой собственной жизни Александр защитил своих сослуживцев. Но последующие события и отношение военного руководства к родственникам погибшего героя наглядно продемонстрировали, как в действительности военачальники оценивают жизни подопечных. Несколько месяцев родителям, потерявшим молодого здорового сына, пришлось унижаться, выпрашивать, выбивать справки от руководства воинской части, по которым они смогли получить гарантированные по закону выплаты и пособия. Отца и мать Александра Соколец бездушие, а порой и откровенное хамство со стороны тех, кому они доверили самое дорогое – сына, побудило обратиться в суд с иском к воинской части и Федеральному бюджетному учреждению «Управление финансового обеспечения Министерства обороны РФ по Самарской области» о компенсации морального вреда и возмещении материального ущерба.

Сергей Анатольевич и Наталия Валириевна Соколец до сих пор не могут прийти в себя от жгучей боли утраты. Врачи настоятельно рекомендовали им не ходить на суд и не бередить душевную рану. В процессе их интересы представлял юрист Сергей Семушин, который уверен, что присутствие в зале суда родителей стало бы для них невыносимым испытанием.

– Юрисконсульт воинской части пыталась доказать, что вины воинской части в гибели военнослужащего нет, – рассказывает Сергей Александрович. – «Установлен виновник ДТП с него и спрашивайте, а все положенные выплаты семья Соколец уже получила». Пришлось напомнить, как и сколько раз отфутболивало руководство части родителей и не выдавало им необходимые для получения пособий справки. Правозащитная организация «Материнское право» от имени отчаявшихся получить документы родителей вынуждена было обратиться в военную прокуратуру, причем неоднократно. И только после этого военачальники, получив несколько прокурорских представлений и постановление о привлечении командира воинской части к административной ответственности за игнорирование и неисполнение предписаний, сподобились наконец-то оформить документы.

Как рассказал Сергей Семушин, в прениях юрисконсульт, подчеркнула, что сама является мамой, что она хорошо понимает душевное состояние родителей и искренне им сочувствует. После чего свое повествование из личной жизни подвела к мысли о том, что сына все равно уже не вернешь, а требовать денег в такой ситуации… просто кощунственно.

Кстати, подобная аргументация ответчиков в погонах не отличается оригинальностью. Судебная практика участия в подобных процессах «Материнского права» показывает, что попытки представителей воинских частей обвинить родителей, потерявших в армии сыновей, в «желании нажиться на собственном горе» далеко не редкость. Зачастую эти намеки в адрес родителей даже не камуфлируются деликатными фразами.

От армии не бегал

Саша Соколец погиб за полтора месяца до окончания срока службы. Он практически закончил оформление своего дембельского альбома, в него осталось только вклеить прощальные фотографии с сослуживцами. Домой парень писал трогательные письма, в которых планировал устроиться на работу и обещал стать надежной опорой для близких. Последнее послание сына родители получили уже после его похорон.

– Мой мальчик (я до сих пор не могу произнести слово «был») очень трудолюбивым рос. По окончании 9-го класса всем его одноклассникам в зависимости от талантов выдавались медали. Саше вручили «Мастер – золотые руки». Он действительно легко и очень ответственно выполнял все задания, – рассказывает мама Наталия Валериевна. – До армии успел окончить училище, освоил профессию сварщика.

От армии Саша не бегал. В его семье к службе относятся с особым чувством. Армейская жизнь для парня не была диковинкой. Отец (ныне военнослужащий в отставке) часто брал его «на свою работу». Вместе с солдатами Саша ездил на полевые учения, часто проводил время в казармах. За все месяцы службы у него не было проблем с «дедами», он успешно осваивал военную специальность гранатометчика, и казалось, ничто не предвещало беды.

Несчастье случилось приблизительно в 9 часов вечера (во всех документах указано разное время) 27 февраля 2010 года. Как было описано в письме командира воинской части родителям, взвод военнослужащих возвращался с работ. Соколец был замыкающим в пешей колонне, которая следовала по проезжей части. Он был назначен «флажковым» – в хвосте колонны шел в светоотражающем жилете с флажком в руке. Саша увидел, что прямо на колонну несется легковой автомобиль. Успел дать команду ребятам-сослуживцам: «принять вправо». Но сам спастись не успел, в следующее мгновение он оказался под колесами «семерки» и погиб на месте. Еще двое солдат пострадали в этом ДТП, но они остались живы. Если бы Саша не успел вовремя скомандовать и предупредить солдат, жертв было бы гораздо больше – «Жигули» буквально шли на таран пеших мальчишек с лопатами.

Казалось бы, при таком количестве свидетелей воспроизвести точную картину трагедии было бы несложно. Но, как ни странно, в деле очень много белых пятен, которым родители Саши не могут найти объяснения. Они убеждены, что руководство воинской части делает все возможное для того, чтобы они не смогли узнать истину.

– О том, что Саша погиб, нам сообщили только через трое суток после трагедии, телеграмму прислали, – рассказывает Наталия Валериевна. – К тому времени мы уже знали о том, что нашу семью постигло горе. Сами это выяснили. Моя коллега по работе знала, что сын служит в Самарской области и просто спросила: «С Сашей все в порядке, а то говорили, что там в одной из частей ЧП – мальчик погиб». Стали звонить Саше: «Абонент не доступен». Подняли родственников в Самарской области. Они задействовали все свои знакомства и связи и выяснили страшную правду. Мы и сами звонили в часть, но с нами даже разговаривать не пожелали. Мы убеждены, что руководство части не случайно столько дней хранило молчание. У нас есть основания полагать, что это время они использовали для того, чтобы спасти честь мундира, на котором была кровь нашего сына.

Молчание – золото?

Как рассказала Наталия Валериевна, сослуживцы Саши, которые доставили тело погибшего в родной Калач-на-Дону, сообщили, что за рулем «Жигулей» сидел человек в военной форме, который был настолько пьян, что буквально вывалился из салона автомобиля. Водитель-убийца первым делом достал сотовый телефон и стал кому-то названивать, он даже не подошел к сбитым им мальчишкам. Сотрудники ГИБДД в своих отчетах также зафиксировали, что виновник ДТП Михаил Апаницын в качестве документа, удостоверяющего его личность, предъявил военный билет. Но вскоре вдруг выяснилось, что Апаницын за 10 дней до инцидента был уволен за нарушение условий контракта, следовательно, является гражданским лицом. В отчетах самарских сотрудников ГИБДД указано, что Апаницын ввел в заблуждение сотрудника правоохранительных органов, полагая, что материалы дела будут направлены в часть, «где удастся замять возникшее происшествие».

Дело опального контрактника как гражданского лица было передано в Волжское районное ОВД Самарской области. Уголовное дело следователями было возбуждено, но вскоре расследование было приостановлено в связи с тем, что подозреваемый Апаницын пустился в бега.

– Нас об этом уведомить даже не посчитали нужным, – говорит Наталия Валериевна. – Вокруг нас образовался вакуум равнодушия. Командир воинской части не желает с нами разговаривать, а замполит, который однажды снизошел-таки до разговора с нами, просто нахамил. Они считают, что сделали все для того, чтобы снять с себя подозрения в случившемся. Сослуживцы Саши, которые знают и могли бы рассказать правду, молчат, только один разоткровенничался: «Нам приказано ничего вам не говорить». Мы сомневаемся, что расследование будет проведено тщательно. У нас есть сведения о том, что в материалах уголовного дела фигурирует не пешая колонна военнослужащих, а три пешехода в военной форме невесть откуда взявшихся в поздний час на проезжей части дороги. Я не верю, что сложно установить не уволен ли Апаницын из армии задним числом и верен ли слух о его близких родственных связях с одним из высокопоставленных военачальников. Но создается впечатление, что это нужно только нам, никто расследованием дела заниматься не хочет.

Наталия Валериевна долгое время обивала пороги военкомата, названивала в часть в Самарскую область, чтобы добиться необходимых документов для получения пособий. Только после обращений в приемную Президента России и правозащитникам «Материнского права» командование части оформило документы. И через 9 месяцев просьб и унижений родители стали получать пособие и скупые весточки от правоохранительных органов о ходе расследования.

Разорвать замкнутый круг

– Позиция воинской части такова: виновник ДТП Апаницын – гражданское лицо, его дело расследуется в ОВД, ждите, когда его найдут, осудят и тогда с него требуйте возмещение компенсации морального вреда, – говорит Сергей Семушин. – Но мы считаем, что у родителей Александра Соколец сейчас, до вынесения приговора Апаницыну, есть веские основания требовать с Министерства обороны компенсацию за причиненные страдания. В результате проверки военной прокуратуры было установлено, что безопасность военнослужащего не была обеспечена должным образом (помимо светоотражающего жилета, у него в руках должен был обязательно быть фонарик). Виновность командования части в гибели военнослужащего установлена и нашла свое отражение в прокурорских представлениях. Поэтому родители Саши подали иск в суд. И мы считаем решение суда, который поддержал наши требования, законным и справедливым.

Ответчики не стали оспаривать решение. Более того, как признался Сергей Семушин, из ФБУ «Управление финансового обеспечения Министерства обороны РФ по Самарской области» вскоре после суда пришло письмо, в котором подробно указывается, что нужно сделать родителям, какие документы представить и куда, чтобы без задержек получить компенсацию.

– За мою десятилетнюю юридическую практику впервые получаю такое письмо, где подробно начальником управления расписан алгоритм получения компенсации – признался Сергей Александрович. – Для нас это своего рода признание справедливости вынесенного судом решения.

Как рассказала председатель правозащитной организации «Материнское право» Нина Пономарева, им нередко приходится отстаивать в судах права родителей погибших военнослужащих на компенсацию морального вреда.

– Такие суды – страшное испытание для родителей, они никогда не оправятся от постигшего их горя, – говорит Нина Анатольевна. – Каким бы ни был размер компенсации, это всего лишь слабое утешение родителям, потерявшим ребенка. Они отдали бы в десятки раз больше за возможность вернуть сыновей. Ужасно и безнравственно, что свои страдания люди должны доказывать в суде. Мы не раз на всех уровнях поднимали вопрос о том, что необходимо изменить порядок исчисления страховых выплат и пособий родителям погибших военнослужащих. Сегодня за основу берется средний заработок контрактника, это очень скромная сумма. Почему пособия и выплаты рассчитываются не из той суммы, которую он получал до службы в армии или получал бы в соответствии с той профессией, которую получил до призыва на срочную службу? Мы неоднократно предлагали выплачивать всем родителям погибших военнослужащих компенсацию морального вреда, как это делает государство при крушении самолетов, пароходов и других трагедий. Недавно мы получили известие о том, что Министерство обороны РФ готовит предложения о выплате компенсаций морального вреда в размере 2,5 млн рублей. Ждем, что это предложение станет реальностью. А пока надеемся, что солидные иски заставят наконец-то командиров воинских частей заботиться о своих подчиненных должным образом и беречь их жизни.

Поделиться в соцсетях