Фотокорреспондент Геннадий Колодкин делится воспоминаниями о своих экстремальных походах

  • Геннадий Колодкин на плато Устюрт.
  • В Большой Баскунчакской пещере
  • Во время велосипедного похода по Туркмении (1980-е годы)
  • На велосипеде Геннадий исколесил всю область.
Волгоградец Геннадий Колодкин известен в нашей области как автор фотоиллюстраций, печатавшихся на страницах чуть ли не всех ее изданий. Но немногие знают, что главное увлечение Геннадия – экстремальный туризм. Через него-то и пришел он в свое время к фотографии.

Фото из архива Геннадия Колодкина.

В одиночку через Мангышлак

В кругу друзей, в непринужденной обстановке Геннадий не прочь иной раз поделиться воспоминаниями о путешествиях минувших лет, о впечатлениях, полученных при этом.

– Я вообще-то инженер по образованию, – рассказывает он. – Работал на заводах. Но вот увлекся много лет назад туризмом, стал фотографировать, чтоб память о походах оставалась.

– И что интересного было в походах?

– Интересного много бывало. Например, апрель 2010 года, Казахстан, полуостров Мангышлак на восточном побережье Каспийского моря. Там у меня был десятидневный одиночный пеший поход по пустыне, по плато Устюрт.

Приехал туда на поезде, вышел на станции и пошел по маршруту, который продумал заранее. Кругом – только песок и глина. Людей за много километров во все стороны – ни одной живой души. Шел по навигатору, который помогал мне находить колодцы. Все их нашел там, кроме одного.

Я полагал, собираясь в поход, что главными проблемами будут в пустыне для меня жара и нехватка воды. Соответственным образом оделся и экипировался. Но весна там была в том году аномальной, я угодил в самый разгар дождей. Неделю подряд лили они без передышки, холод собачий стоял, ветер дул шквальный. Влажность – сто процентов!

Пустыня превратилась чуть ли не в болото, ее буквально заливало ливнем. Дней пять как минимум не мог обсохнуть, вещи просушить. Вот так и шел под проливным дождем, от колодца к колодцу. Вода в них была неприятной на вкус, и пил я дождевую воду в основном. Черпал ее из луж, обеззараживал таблетками и кипятил.

Как-то иду, гляжу – волчья нора. Подошел к ней. Слышу, рядом совсем скулят волчата. Стало не по себе. Я поскорей ушел оттуда в сторону – волчица за своих волчат способна в клочья разорвать.

Однажды проснулся среди ночи от холода. Чувствую – в палатку затекла вода, в ногах у меня лужа, сантиметров шести глубиной. Спальный мешок тоже был наполовину мокрый. Я оказался как бы на небольшом сухом островке. Схватил котелок, начал затекшую воду вычерпывать. А ветер бушевал все это время так, что из палатки носа высунуть было нельзя.

В темноте попытался на ощупь зажечь газовую плитку, чтоб хоть немного обогреться. Но газ бабахнул так, что едва палатку не снесло! Так и сидел всю ночь, пил чай с фервексом, чтобы не простыть.

Нехорошая, даже опасная ситуация была. Это был тот редкий случай, когда я в походе испугался…

Коварный «шкуродер»

Одним из первых экстремальных походов стала в свое время для Геннадия попытка пересечь на резиновой лодке Аральское море.

– Нас было четверо, мы были еще молоды, – рассказывает он. – А Аральское море было тогда много полноводнее и глубже, чем сейчас. Но в своих расчетах мы ошиблись: планировали, что ветра будут попутными, а они встречными оказались. Неделю тащили лодки волоком, как бурлаки, в ожидании нужного ветра.

Помнится, на одном из участков пути в воде кишело очень много змей, цветных каких-то. Ребята помоложе запаниковали: «Мы так и не дойдем до цели, давайте поворачивать назад!». Пришлось согласиться. Но этот наш непройденный маршрут много лет не давал мне покоя. Так и созрела у меня идея об одиночном походе в пустыню.

Такие одиночные походы дают очень большой заряд адреналина. В пещеры я, например, в одиночку ходил, и в том числе – в Большую Баскунчакскую. Пещера эта карстовая, с общей длиной лабиринта в полтора километра, причем расположена она в несколько этажей. Заблудиться там очень несложно.

Знал, что там есть ход, по которому я никогда не ходил. Разыскал и пошел по нему. Шел с полчаса и вспомнил вдруг – а ведь у меня нет даже лампочки запасной к фонарику! Перегори та, что была, – и мне оттуда никогда уже не выбраться.

Чувствую вдруг – потянуло свежим воздухом. Значит, где-то поблизости есть выход. Дуло из узкого лаза, ползти в него пришлось на животе. И только выбираюсь на поверхность, глядь – рядом со мной змея, длиною метра в полтора и в руку толщиной!

Я вылетел оттуда, будто пробка из шампанского…

А через несколько лет я в той же пещере едва не погиб. В Большой Баскунчакской пещере есть лаз, который спелеологи зовут «шкуродером-змейкой». Он очень узкий, начинается где-то внутри пещеры. Несколько лет не мог отыскать вход в него, хотя пытался это сделать. Наконец я его все-таки нашел.

Тело, когда ползешь по лазу-шкуродеру, должно быть расслаблено, двигаться следует лишь за счет пальцев рук и ног. Ползу, гляжу – пошли вокруг корни растений, щебенка. Значит, поверхность земли близко, и возможны обрушения, обвалы.

Вот в этот момент меня и заклинило в узком ходу. Застрял я всерьез и надолго, около часа не мог там ни на сантиметр сдвинуться. Чтобы успокоить себя хоть немного, старался сам с собою разговаривать.

Все же, совершив какие-то телодвижения, я выбрался оттуда и пошел назад.

В самой пещере страха не было почти в тот раз. Он появился лишь тогда, когда я вернулся домой и стал анализировать произошедшее. Осознал, насколько велика была опасность…

Не стоит ехать в Африку

– Люблю я и на велосипеде путешествовать, – продолжает Геннадий. – Всю Туркмению проехал на нем в свое время – по бездорожью, по барханам, по пустыне. Велосипед зачастую при этом тащить за собой приходилось. Ведь последний отрезок пути, несколько дней, шли мы по руслу высохшей реки Узбой, по колено в соленой рапе и в грязи.

А перед тем как поехать в Туркмению, мы с друзьями совершили тренировочный поход на велосипедах от Верхнего Баскунчака, что в Астраханской области, до Астрахани. Был пик жары, июль – я никогда такой жары не видел раньше!

Чтоб подготовиться к походу по пустыне, мы в сутки тогда выпивали не больше полутора литров воды. Дня через три-четыре пути организмы наши были обезвожены. Состояние жуткое было, казалось, болело все тело…

– Но вообще, – завершает свой рассказ Геннадий, – больше всего люблю по нашей области ходить. Я ее всю прошел пешком, на лодках и на велосипеде. И вовсе не обязательно за впечатлениями ехать куда-нибудь в Африку – мне и здесь хорошо, я кайфую и здесь. Природа наша очень интересная…

– Геннадий, зачем люди ходят в такие походы?

– А для того, чтобы тонус в жизни был какой-то. Ведь если ты в туризме одержал победу, ты и в жизни победу одержишь.

Этой осенью, кстати, планирую на Медведицу съездить в поход, в одиночку. Хочу там цапель пофотографировать…

DNG

Поделиться в соцсетях