Гимнаст победил в нем матроса

Событий в судьбе волгоградца Александра Сотосова хватит с лихвой на большой роман. Учился вместе с писателем Александром Пикулем, воевал в Великой Отечественной, своими глазами видел Сталина, был на волосок от смерти, но выжил и вопреки всем советам врачей продолжил заниматься спортом.

Выпускников первого набора соловецкой школы юнг в нашем городе было немного. Сегодня в живых остались единицы. Александр Сотосов перечисляет фамилии своих однокурсников, замечая, что все они всегда оставались верны простой истине, усвоенной много лет назад на Соловках: «Подтверждай слова делом».
Дома у ветерана среди множества книг на полке выделяется собрание сочинений Валентина Пикуля. «Все, что он написал про юнг ,– правда, – говорит Сотосов. – Он тоже учился в первом наборе, только он – на рулевого сигнальщика, а я – на артэлектрика. А после окончания судьба нас разбросала по разным флотам. Я попал на Черноморский, а он, кажется, на Северный».
Перед войной Александр Сотосов учился в спецшколе ВВС, бредил небом, как любой мальчишка. На тот момент он уже был гимнастом, имел второй разряд, был чемпионом города Казани среди школьников. Война внесла сумятицу в головы курсантов. Мальчишкам так хотелось на фронт, воевать, а не протирать штаны за партой.
– Я боялся, что пока закончу летное училище война закончится, и я так и не успею ничем помочь нашим, – вспоминает свои честолюбивые юношеские порывы Александр Константинович. – Поэтому записался в военкомате в школу юнг. Там курс подготовки был куда короче. Всего один год.

Монастырское образование.

Он тогда и не знал, где эти Соловки находятся. На поезде мальчишек довезли до Архангельска. А оттуда пароход «Воронеж» доставил их в знаменитый монастырь, где будущим юнгам самим предстояло построить школу.
– Мы делали все своими руками: обустраивали учебные классы, рыли землянки, переделывали бывший монашеский скит под кубрики.
Самых образованных, у кого за плечами 8 классов, стали учить на артэлектриков и радистов. Отряд, куда попал Сотосов, разместили в Соловецком кремле.
Ни рей, ни палуб на Соловках не было. Учили юнг на бревнышках да на макетах. Единственным настоящим был прибор ЦАС от старого корабля – центральный аппарат стрельбы.
– Одно мы усвоили, что стрелочки на приборах должны в момент залпа показывать только вверх, иначе цепь не замкнется и выстрела не будет. А уж как эти стрелочки уговорить не раскачиваться – это целая математическая наука.
Ее мальчишки постигали на Соловках целый год. Но остров больше всяких наук манил своими тайнами. Сашка Сотосов вместе с друзьями облазил весь архипелаг. Искали подтверждение легендам о тоннелях, которыми пользовались монахи, чтобы тайно покинуть остров. За толстенными монастырскими стенами обнаруживали подземные казематы, в нишах стен находили заржавевшие звенья кандалов.
– Вся эта история занимала наше воображение, – говорит Александр Сотосов. – О том, что на Соловках были лагеря особого назначения, где держали «врагов народа», мы почти ничего не знали. Перед открытием школы все вышки, бараки были сожжены, не было и колючей проволоки. Нас растили патриотами, поэтому и на вопросы о СЛОН было наложено табу.

Чемпион флота.

По окончании школы юнг Александр Сотосов получил специальность артэлектрика. Как отличнику учебы ему предложили выбрать флот. Он захотел на Черноморский. И в августе 1943 года его отправили служить на крейсер «Молотов». Участвовал в походах по освобождению Севастополя, Одессы, в разгроме румынского флота в порту Констанции.
– Штурм румынских кораблей был молниеносным, – вспоминает Александр Константинович. – Противники не успели ничего уничтожить. И все тайные ключи их радисты оставили нашим матросам.
После этой операции на груди юнги Сотосова появилась медаль Ушакова – самая высшая награда для матроса. Еще одна дорогая для Александра Константиновича боевая награда – медаль Нахимова.
Победу он встретил в Севастополе. Радостную весть поймали радисты уже 8 мая. Новость как эстафету передавали по всем кораблям. В семейном архиве Сотосовых хранится снимок, датированный 9 мая 1945 года. Есть в альбоме и снимок, когда на их корабль прибыл товарищ Сталин. «Отец народов» в центре, а вокруг офицеры, матросы.
– Сотни голов, а моей здесь нет. Не попал в объектив, – сетует Сотосов.
На флоте Александр Константинович отслужил более 5 лет, став чемпионом Черноморского флота по гимнастике и прыжкам в воду.

Спасительная гимнастика.

Война закончилась, но служба продолжалась. Во время учебной тревоги в шторм полез на мачту корабля, чтобы проверить прибор, показывающий скорость ветра. Неисправность устранил, но не удержался и сорвался в многометровую пропасть, прямо на броневую палубу.
– От другого бы одно мокрое место осталось. Но я был гимнастом, летел, кувыркался, судорожно цепляясь за все, что попадалось, – рассказывает он. – Разбился, но не насмерть. 9 дней лежал в госпитале, приходя в сознание. Выкарабкался чудом. Какому-то генералу из столицы прислали редкий в то время пенициллин, но он ему уже не понадобился. Решили лекарство отдать мне, как самому безнадежному пациенту. И я пошел на поправку.
Комиссовали Сотосова с инвалидностью. Врачи настоятельно рекомендовали забыть про спорт. Но для него это было все равно, что умереть. Советы докторов он проигнорировал. В Казани, куда вернулся после службы на флоте, начал преподавать физкультуру. И продолжал выступать на соревнованиях.
--Однажды на каком-то первенстве офицеры из военкомата увидели, как я прыгаю, потребовали снять с соревнований. Но я настоял не делать этого. После этого случая инвалидность с меня сняли. А врач, который меня комиссовал, просто ошалел: «Матрос! Как ты можешь так сигать, у тебя такая травма была! Ну, брат, ты всю нашу науку перевернул!»
Спорт захватил его всего. С бешеным порывом он окунулся в тренерскую работу, окончил школу тренеров в Каунасе, потом в Риге физкультурный институт, не пропуская ни одного чемпионата.

Любовь по переписке.

В Сталинград Сатосова пригласили накануне спартакиады народов. В нашем городе уже давно заприметили талантливого спортсмена, который на всех первенствах берет призовые места.
Он переехал, начал готовиться сам и готовить гимнастов и прыгунов. На первых трех послевоенных спартакиадах народов он сам и его воспитанники заняли призовые места. Тренерская карьера складывалась удачно, а вот в личной жизни имелись пробелы.
Девушка, тоже гимнастка, была на примете, но разделяли их километры. Она в Иваново, он – в Сталинграде. Встречались только на соревнованиях. Спасала переписка, растянувшаяся на два года.
Письма заменяли влюбленным свидания, и даже предложение своей будущей супруге Александр Константинович сделал в письменном виде. Рисовал перспективы семейного счастья. Молодой семье в Сталинграде обещали дать жилье. Но Лидочка Белых – восьмикратная чемпионка России по гимнастике – на уговоры бравого хлопца не поддавалась. Написала, что изменять своему городу не будет. Вот сначала выступит за Иваново на соревнованиях, а уж после спартакиады народов может вернуться к рассмотрению вопроса о браке.
Отступать было не в правилах Сотосова, да и уж больно запала в сердце хрупкая девушка с пронзительным, озорным взглядом. В 1955 году они расписались.

Бильярдная сцена.

В 1962 году за подготовку 12 чемпионов России, Александр Сотосов получил звание «Заслуженный тренер СССР». В 1967 открыл в нашем городе школу по прыжкам в воду, которая впоследствии получила статус школы олимпийского резерва. Через десять лет Александр Константинович стал государственным тренером СССР и проректором Волгоградского государственного института физкультуры.
– Я слышала, что вы – заядлый бильярдист?
Он отвечает на мой вопрос занимательной историей. Когда получил должность в институте, ректор его невзначай предупредил, что играть в бильярд теперь негоже. Проректор и бильярдная – вещи несовместимые. Сотосов хоть и возразил, что в этом хобби нет ничего предосудительно, не на деньги же он играет, но кий честно отложил в сторону.
Однажды дела завели его в Дом офицеров, там как раз и находилась та самая бильярдная. Открыв дверь, чтобы одним глазком посмотреть, как дела у товарищей по кию, – среди играющих увидел самого ректора. В общем, была немая сцена, а потом все долго смеялись. С тех пор бильярд вне запрета.
– Спорт для меня – это все, – признается Александр Константинович. – То, чем я живу, дышу. Эта закалка, подготовка выручали меня и на Соловках, и на флоте. Что говорить, и семейное счастье не обошлось без спорта, – он многозначительно смотрит на свою Лидочку. – Ведь, правда?
Она в ответ просто обнимает его.

Поделиться в соцсетях