"Главным событием его жизни была Сталинградская битва..."

Дочь маршала Андрея Еременко Татьяна рассказала о том, каким она запомнила своего отца

Татьяна Андреевна приехала в город-герой на торжества, приуроченные к 74-й годовщине начала контрнаступления под Сталинградом. С дочерью командующего Сталинградским и Юго-Западным фронтами, Маршала Советского Союза побеседовал наш обозреватель Александр ЛИТВИНОВ.

Неизвестный Еременко

- Татьяна Андреевна, с какими чувствами вы приехали в город-герой?

– Сюда, в Сталинград, приехала я с чувством теплоты и света, – сказала Татьяна Еременко. – Тем более что 19 ноября, день памяти папы, – 46 лет исполнилось, как он ушел из жизни в 1970 году. Даже своим уходом в этот день он подчеркнул, что Сталинградская битва для него всегда была самым главным событием в его жизни, его звездным часом.

– Каким был человеком маршал Еременко?

– В обычной жизни он был… просто папой! Требовательным, справедливым, но в то же время ласковым, добрым, любимым и любящим. А я была его любимой, младшей дочерью, баловал он всячески меня. Он завещал мне заниматься его литературным наследием, что я и делаю теперь.

Помнится, поначалу меня это как-то настораживало. А потом, когда папа из жизни ушел, и я сама достигла его возраста – прикоснувшись к папиным архивам, удивилась огромности всего того, что сделал он. Я издала с тех пор немало книг – дневники его военные, поэмы…

Папа у нас в семье и лично для меня был непререкаемым авторитетом. По характеру он был спокойным, мудрым, вдумчивым – если его что-либо не напрягало слишком сильно, иначе у него случался нервный взрыв.

"Моя Ниночка..."

– Расскажите о его супруге, вашей маме. Правда, что она была на фронте медсестрой?

– Да, звали ее Нина Ивановна, она медсестрой была здесь, в Сталинграде. Когда они встретились, ей было 29 лет, ему – 50. Она была приписана к медицинскому управлению и приставлена к нему как медсестра, поскольку были у него проблемы со здоровьем. Когда он даже с палочкой с трудом ходил, ежедневно делала ему массаж раненой ноги. А потом здесь, в Сталинграде, на Волге, мама при перевозке раненых на левый берег прямо в тулупе вдруг ушла под лед. Сама она конечно же не выплыла бы, но ее кто-то спас – вытащил из-подо льда, нырнув следом за ней. Она потом всю жизнь разыскивала этого человека… А тогда папе доложили, что его Ниночка погибла, он ответил: «Что?? Погибла?! Ну-ка, найти ее немедленно!». И ведь действительно нашли!

- Как это произошло?

- Выяснилось, что ее, простуженную и промокшую, перевезли на левый берег, доставили в госпиталь. После этого он больше от себя ее не отпускал. В 1943 году, после одержанной под Сталинградом победы, раненая нога у папы распухла, гноилась и уже не влезала в сапог. Была необходима реабилитация. Месяц примерно они вместе с мамой отдыхали в Цхалтубо, восстанавливая раненую ногу папы целебной тамошней водой, радоновыми ваннами, сделавшими маленькое чудо. А после госпиталя он взял маму с собой. Поначалу, когда она ухаживала за папой, у них было просто друг к другу большое доверие, она была при нем как бы доверенным лицом. Ну а потом пришла к ним и любовь…

– Со временем вы ознакомились с фронтовыми дневниками Андрея Ивановича. Что вам в них особенно запомнилось?

– В них папа выплескивал свои эмоции по поводу того, что он не понимал в армейской жизни, не воспринимал логически. Дневники его – это не хроника того, что с ним происходило на фронте, а прежде всего именно его эмоции. Высказывались в них нередко гордость, восхищение мужеством наших солдат, но также встречались подчас и нелицеприятные оценки некоторых наших военачальников.

Встреча под Ржевом

– Не могу не спросить и еще об одном. Какого мнения Андрей Иванович был об Иосифе Сталине?

– Поначалу были у него на Сталина какие-то свои обиды, было определенное непонимание его действий. Почему, к примеру, на последнем этапе Сталинградской битвы он поручил разгром армии Паулюса Рокоссовскому, почему отстранил Хрущева…

Ситуация изменилась, когда 5 августа 1943 года папа, будучи командующим Калининским фронтом, встретился со Сталиным под Ржевом. У них там большая беседа была. В ней, кстати, ими было принято решение о первом салюте в Москве.

После этой встречи папа серьезно изменился в своем отношении к Сталину, и до конца своих дней он не называл его иначе, как «великий Сталин». Восхищался его знаниями военного искусства. И в написанной им поэме «Сталинград» Сталин предстал с ее страниц во всей его красе…

DNG