Хрупких дел мастер

  • Хрупких дел мастер
  • Хрупких дел мастер
Стеклодув – профессия умирающая. В Волгограде удалось найти единственного ремесленника такого рода. Человек с уникальными навыками работает на «Хипроме».

Сорок лет назад Валерий Исаев увидел, как над горелкой "колдует" мастер-стеклодув Николай Самойленко. Завороженный юноша именно у него и постиг азы стекольного мастерства. Надо сказать, что такую профессию можно получить только непосредственно от своего наставника. Специальных учебных учреждений, обучающих по специальности стеклодув, нет.

… В стеклодувной мастерской Исаева уже с утра кипит работа. Валерий Тимофеевич так увлечен делом, что не сразу замечает наш приход.

– Обо мне уже, знаете, сколько писано-переписано, – увидев нас, говорит мастер. – Что нового сказать вам, я и не знаю.

– А для нас, Валерий Тимофеевич, все новое. Мы ведь у вас впервые, – убеждаю мастера.

Валерий Исаев работает стеклодувом с 1968 года. «Тогда стеклодувов было гораздо больше, – вспоминает он. – Работали в две смены. Снабжения на предприятии практически не было, поэтому всю химическую посуду делали вручную».

– В итоге, как видите, я один остался, – говорит Валерий Тимофеевич. – Кто-то профессию поменял, понимая, что это не его призвание, другие – под сокращение попали.

В 70-е годы напарником Валерия Исаева была его супруга – Тамара Александровна.

– По профессии она каменщик, – говорит мастер. – А сами понимаете, работа тяжелая, совсем неженская. Я забрал ее в свою мастерскую. Стал обучать стекольному мастерству. Из всех женщин, которых мне когда-либо приходилось обучать, она одна поняла суть профессии. Да так поняла, что все мужики удивлялись. А сейчас супруга на пенсию ушла, и женской руки в лаборатории стало не хватать.

В мастерской Исаева творческий беспорядок: на столах – колбы, пробирки, стеклянные палочки, стеллажи тоже забиты стеклом, рядом с рабочим местом – коробок до половины наполненный битым стеклом.

Весь день мастер выдувает колбы, пробирки, воронки для лаборатории, ремонтирует посуду для химреактивов. Однако на однообразность работы Исаев не жалуется: невозможно, говорит, выдуть два одинаковых изделия, даже если работать строго по схеме. Да и в перерывах всегда у ремесленника находится время сделать работу для души. В мастерской Исаева рождаются уникальные вещи, в магазине которых уж точно не купить. Он виртуозно выдувает стеклянные колоски, вазы, графины в форме чертиков и даже необычные рюмки, в которых за двойным стеклом плещется вода. Красота!

Валерий Тимофеевич садится за рабочее место, зажигает горелку: «Сейчас я вам наглядно покажу, какая прелесть из стекла рождается. Ведь недаром говорят: «Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать».

Как расцветают тюльпаны

Меняющийся цвет пламени, еле слышный шум горелки, мягкое стекло, выдох мастера. Будто чудо: в руках Исаева появляются колбы и пробирки. А иногда в мастерской стеклодува Исаева, вне зависимости от погоды за окном, расцветают необычные по красоте тюльпаны. Для желанных гостей и прекрасных сотрудниц.

Прямо на наших глазах из стеклянной трубки он выдувает бутон цветка, пока стекло мягкое, как пластилин, специальными щипцами умело вылепливает форму. Потом листочки – они делаются из бутылки из-под шампанского. Сразу получаются зеленого цвета. Последние штрихи – стебель из стеклянной палочки и покраска самого цветка.

Работа кропотливая, требующая определенных навыков: не так-то просто удержать расплавленное стекло. Мягкое стекло стремится сползти вниз, а стеклодув вращательными движениями выравнивает, возвращает его на место, придает форму. Стекло плавится при температуре 850 градусов по Цельсию, а кварц, с которым тоже когда-то работал наш герой, и того выше – до 2000 тысяч градусов. Работать с такой температурой, мало сказать, сложно. Это еще и очень опасно.

– Разные случаи бывали, – вспоминает Валерий Тимофеевич. – Мастера и вместо холодной части трубки хватали в рот раскаленную... С нашей работой ожоги и порезы – дело почти привычное. Особенно на начальных этапах, когда ты только постигаешь азы профессии.

– А вы помните свою первую поделку? – интересуюсь у стеклодува.

– Отлично помню. За нее я получил пятый разряд безо всяких экзаменов. Это был сложный, тяжелый, объемный реактор. Горелки в то время были самодельные, пламени в них не хватало. Лишь с восьмой попытки удалось мне его смастерить.

Теперь в стеклодувной мастерской Исаева горелка импортная.

– Она бесшумная. Можно работать и разговаривать с клиентом. Раньше, например, мы не могли обходиться без специальных шумоизолирующих наушников... Ну, теперь пробуйте сами, – освобождая рабочее место, приглашает мастер. – Давайте сделаем шар... Чтобы выдуть шар, стекло нужно сгруппировать, стащить в одну кучку. И главное – нужно все время вращать. Иначе ничего не получится, а стекло просто-напросто растечется.

Стеклянная трубка будто оживает в огне горелки. И, как и говорил мастер, стекается к основанию и как будто кипит. Быстрое-быстрое вращение над горелкой и выдох. Потом снова горелка, еще один выдох. Шар, будто мыльный пузырь: дрожит и переливается перламутром.

Процесс повторяется несколько раз и на первый раз не совсем идеальный по форме шар – готов. Жаль, что словами невозможно передать всей прелести происходящего. Чувствуешь себя настоящим волшебником.

Стекло лопнуло – пиши пропало

У представителей каждой профессии есть, как минимум одна примета, в которую они свято верят и передают из уст в уста. К примеру, известно, врачи стараются никогда не меняться дежурствами, летчики не фотографируются перед полетом, саперы-пиротехники не произносят слово «последний», в каком бы контексте оно не звучало. Стеклодувы же не сядут за работу, если при изготовлении первого изделия неожиданно лопается стекло.

– В этом случае лучше всего пойти немного погулять, развеяться. Иначе за первым браком последует второй. Как это объяснить, я не знаю. Но вот такая закономерность в нашей работе присутствует, – улыбается Исаев. – На стекло нужно настроиться, с ним надо договориться. У него, как и у человека, свой характер.

По словам мастера, многие стекляные изделия делаются исключительно вручную, машина ничего подобного просто не умеет. Однако за последние годы в Волгоградской области закрылись все стеклодувные мастерские. Валерий Тимофеевич оказался представителем умирающей профессии.

– Душа болит от того, что некому передать свое дело, – переживает стеклодув. – Молодому поколению такие профессии уже не интересны. Им компьютер подавай. Кто сменит меня на заводе, не знаю. Получается, я последний из магикан.

Валерий Тимофеевич и в мыслях не держит, что когда-то ему придется расстаться с горелкой и любимым стеклом. Даже на заслуженном отдыхе он продолжит мастерить. И дома для этих целей уже оборудовал себе мастерскую.

– Буду творить красоту для близких и родных, – говорит мастер. – Радовать их приятными мелочами.

Нас Валерий Тимофеевич тоже порадовал. Не ушли мы от мастера с пустыми руками. Специально для «Волгоградской правды» он смастерил забавную змейку – символ этого года. А еще теперь на моем рабочем столе красуется красный стеклянный тюльпан. Тот самый, который родился в мастерской стеклодува прямо на моих глазах.

Поделиться в соцсетях