И все-таки жизнь прекрасна!

Сколько в России предпринимателей-инвалидов? В ответ на этот мой вопрос поисковая система долго молчала, потом выдала: ничего, мол, не обнаружено по вашему запросу.

Единственное, что удалось найти во «всемирной паутине», – короткую информацию об инвалиде по зрению, который сумел открыть собственный медицинский центр в Казахстане, да рассказ о неком предпринимателе, получившем в молодости травму позвоночника и, уже будучи в инвалидном кресле, достигшем уникальных высот в бизнесе – журналисты из Узбекистана сняли о нем фильм. И все! Ну, что делать – вот такая наша жизнь: в упор не замечаем людей с ограниченными возможностями, и даже статистики по тем, кто мужественно переступил через себя и свое заболевание, оказывается, не существует.
Тем более удивительным оказался мой собеседник – сорокалетний предприниматель из Дубовки Александр Пикалов. Услышала о нем впервые несколько лет назад от приятеля – жителя Дубовского района, занимающегося серьезным бизнесом. Тот с большим уважением говорил об уникальном молодом человеке – имея диагноз ДЦП, с трудом передвигаясь и разговаривая, он сумел открыть собственный небольшой магазин канцтоваров. И это тогда, когда люди здоровые не могут найти себе применение! Приятель восхищался: у парня удивительно светлая голова, и с компьютером он «на ты». Настоящий герой нашего времени!
– Александр, для многих диагноз ДЦП становится приговором. А вы мало того, что не поддались заболеванию, но еще и создали свой бизнес, и обеспечили работой еще двух жителей Дубовки.
– Если точнее, то не двух, а трех, – смеется он. – Часть площадей в моем магазине арендует мой младший брат. Несколько лет я пытался втянуть его в бизнес, а он не хотел. Но недавно «созрел», и теперь у него собственное дело. Аккуратно платит арендную плату – без всяких скидок на родственность. Меня это радует.
– Кто ваши родители?
– Мама – бывший преподаватель ветколледжа, отец долгое время проработал холодильщиком на рыбзаводе.
– От кого же у вас страсть к компьютерам?
– От государства! Я с 8 лет учился в специализированном интернате и только во время летних каникул жил дома. Окончил Калачевский техникум-интернат, и именно там впервые познакомился с компьютером – они тогда только появились. А после Калачевского техникума по настоянию знакомых поступил в Волгоградский экономический колледж, который окончил с красным дипломом по специальности бухгалтер со знанием компьютерных технологий. Вот там с компьютером основательно и подружился.
– Учились заочно?
– Нет, очно. Жил в Волгограде в общежитии, как все.
– Что же было самое сложное для вас во время учебы?
– Да ничего! Честно! Я, когда поступал, изначально был настроен на то, что общество меня не воспримет. Боялся даже, что издеваться будут. Тем не менее, решил рискнуть. И сегодня вспоминаю те годы с большой радостью. На меня все совершенно нормально реагировали, относились, как к равному, освобождение я имел только от занятий по физкультуре. В остальном же преподаватели не делали скидку на мое заболевание и требовали все точно так же, как с обычного студента. И мне это очень нравилось! Вам, наверное, трудно понять, какое это замечательное ощущение – когда все на равных. Я не люблю, когда меня жалеют. Между прочим, с красным дипломом оканчивали колледж немногие.
– А потом, наверное, возникли проблемы с трудоустройством?..
– Ничего подобного! Есть закон об обеспечении работой инвалидов, и в моем случае он сработал. Я сразу же устроился в Дубовке по специальности. Но зарплата была очень маленькая. Проработав месяца два, я подумал: надо что-то менять, и занялся собственным бизнесом.
– Как вы легко об этом говорите! Насколько я помню, в конце 90-х годов государственной программы поддержки самозанятости еще в проекте не было…
– Да я ни тогда, ни сейчас на государство не рассчитывал и не рассчитываю – только на себя. А получилось все в принципе случайно. Когда учился в экономическом колледже, любил шастать по Волгограду, гулять везде, ходить на разные мероприятия. И не смотрите на меня так удивленно. Да, на костылях. Ну и что? Просто о них не надо думать! И вот однажды попал на выставку канцтоваров во Дворце спорта. Там я чем-то приглянулся директору одной из волгоградских фирм, мы познакомились, и он вручил мне свою визитку. А когда с работой не заладилось, я вспомнил о нем. Приехал к нему в офис, мы поговорили, и он стал давать мне товар на реализацию. Так все и началось.
– Что, и за прилавком сами стояли?
– Одно время, пока не нанял продавца, стоял. И не только. Я еще вел курсы компьютерной грамотности – вспомнил добрым словом свой экономический колледж и сам начал обучать работе на компьютере детей и взрослых. Мне предоставили небольшой кабинет в Дубовской школе искусств, и именно там все происходило. Это была не самодеятельность. Я совершенно официально работал как представитель учебного центра экономического колледжа и даже выдавал своим ученикам сертификаты. Но продлилось это недолго.
– Почему? Не понравилось?
– Очень понравилось. Но я вел обучение на одном-двух компьютерах, а их уже не хватало. Нужно было покупать новую технику. Я же, честно говоря, побоялся вкладывать деньги в компьютеры. К тому же торговля канцтоварами стала приносить доход, и я решил не рваться на два «фронта» – дай бог на одном успевать.
– Можно я нескромный вопрос задам? Откуда у вас первоначальный капитал появился? Спонсоры?
– Смеетесь? Да не было никакого первоначального капитала. Канцтовары, как я уже сказал, брал на реализацию. А компьютер? До того, как стать бизнесменом, я вместе с мамой переплетал бухгалтерские документы. Вот немножко и заработали. Мне никто по большому счету не помогал. Все было исключительно в моих руках и в моей компетенции. И сейчас главная помощь для меня – стать клиентом моего магазина. Горжусь тем, что торговые площади не арендую – помещение я приобрел в собственность.
– Александр, а как к вам относятся коллеги-бизнесмены из Дубовки? Получается с ними на равных общаться, как в колледже?
– Скорее да.
– Но, вероятно, вам приходится сталкиваться с такими проблемами, с которыми не сталкиваются ваши коллеги?
– Да все то же самое! О специфических проблемах я не хочу ни думать, ни говорить. Стараюсь жить, как все.
– Сейчас государство наконец-то обратило внимание на людей с ограниченными возможностями и на маломобильные, как их называют на официальном языке, группы населения. Даже программу такую приняли на федеральном уровне – «Доступная среда» называется. И даже вроде начали ее кое-где реализовывать. Вы заметили?
– Заметил. В Праге. Месяц назад я оттуда приехал и был просто потрясен. Вот где действительно доступная среда. Там о ней не говорят – там ее просто создают. Причем делают это так, чтобы все эти съезды для колясок и пандусы органично вписывались в общий архитектурный облик замечательного старинного города. Кое-какие изменения начал я замечать и в Волгограде. Но когда «ветер перемен» задует в нашем «селе Простоквашино» – сложно сказать. Наверное, только тогда, когда его посетит какой-нибудь сильно высокопоставленный чиновник.
– Путешествуете, значит? А еще какое у вас хобби?
– Было время, когда в Интернете подолгу «зависал». Сейчас это прошло. Я как все – прихожу с работы, ужинаю и включаю телевизор. С удовольствием смотрю сериал «Литейный». Мне нравится их мужская дружба. А самый любимый фильм – «Жизнь прекрасна». Вы его наверняка не видели. Это не блокбастер, но потрясающая история о молодом человеке – балагуре и весельчаке, клоуне по жизни (я, кстати, тоже такой же – клоун по жизни), который постоянно шутит с девушками. И дошутился. У него родился ребенок. А на дворе 1939 год, Европа. И вот с этим двухлетним малышом он оказывается в концлагере и делает все, чтобы превратить войну в игру, чтобы ребенок не понял, какая это трагедия. Меня восхищает этот фильм. А еще я время от времени пишу сказки. Правда, получаются они какие-то грустные.
– Кому-нибудь их читаете?
– Знаете, вот не в обиду, но вы расспрашиваете меня, и, судя по всему, думаете, что главная моя проблема – это мое здоровье. А ведь это совсем не так! Главная моя проблема в том, что существовавшая государственная система, по сути, сломала мне жизнь. Она запрятала меня в детский дом. А детские дома, какие бы хорошие они ни были, не прививают семейных качеств человеку! Меня ведь в детстве хорошо помотало. Сначала я жил в Волго-донском интернате, потом в Саратовском, потом в Ростовском. Постоянно увеличивалось количество умственно отсталых детей, и первые два детских дома перепрофилировали под них. Года три назад я был в Ростовской области, в своем последнем детском доме, и там уже тоже появились группы для умственно отсталых. Я никогда не задумывался о собственной семье. Но 6 лет назад впервые подержал ребенка на руках, и с тех пор упорно пытаюсь создать семью. Но – пока никак. И причина, думаю, именно в моем детстве. Каждый ребенок должен расти в семье, только тогда у него будет семья. А если он не растет в семье, то даже со стопроцентными ногами и руками с точки зрения семейственности он будет инвалид…
– Но вы же оптимист, Александр! Не теряйте надежду!
– Да я и не теряю. Просто иногда задумываюсь: может, семья – это не для меня?
– А что бы вы посоветовали тем людям с ограниченными возможностями, которые отчаялись бороться со своим заболеванием, не нашли свое место в этой жизни и опустили руки. Как выжить?
– Не жалеть себя! Не позволять другим людям общаться с собой как с каким-то особенным. И искать в жизни хорошие стороны. Жизнь и вправду хорошая штука! И неважно, как мы ходим. Важно, что мы живем! В принципе нет эталона здорового человека. Если таким эталоном сделать космонавта, то по сравнению с ним все мы – глубокие инвалиды. Поэтому мне кажется, что на жизнь надо смотреть с оптимизмом.
– То есть ваш стакан наполовину полон?
– Да! Я, допустим, тоже мог бы сесть где-нибудь в подземном переходе в Волгограде и протянуть руку. И, мне кажется, зарабатывал бы не меньше, чем сейчас. Но это в принципе не мое. И не надо забывать: самые темные часы всегда бывают перед рассветом!..

Поделиться в соцсетях