История рожденной в огне Сталинградской битвы

История девочки, родившейся в легендарном Доме Павлова во время Сталинградской битвы, давно шагнула за пределы нашей страны. Зинаиде Петровне Андреевой (в девичестве – Селезневой) с первого дня ее жизни суждено было стать легендой, символом победы.

Победы жизни над смертью. Ее отец – ополченец – погиб на «Красном Октябре», так и не узнав о рождении дочери. А то, что выжили они с матерью, – иначе как чудом не назовешь.

58 дней и ночей мать и дочь находились на грани жизни и смерти. Их защитниками стали все бойцы, находившиеся в этом доме. Грузин, еврей, русский, украинец, таджик, узбек, казах, калмык, татарин… Много позже знаменитый таджикский поэт Мумин Каноат в поэме «Голоса Сталинграда» посвятит Зине такие строки: …В доме девочка родилась… Есть Земля – ее колыбель. Есть Земля – дом ее родной. Мы баюкаем малыша под смертельною пеленой.

Война разметала защитников Дома Павлова, но первым, кто захотел после войны узнать о судьбе девочки Зины, был Иван Афанасьев, командовавший обороной легендарного дома. И уже вскоре его боевые товарищи узнали – их дочь, а все бойцы называли ее тогда именно так – выжила всем смертям назло.

Выжила, училась, работала, вышла замуж, родила дочь… А еще Зинаида Петровна стала своеобразной связующей нитью для участников героического гарнизона. Его участники встречались в Белоруссии и Украине, Казахстане и Таджикистане, Узбекистане, России.

В 1983 году на очередную встречу «павловцев» в Оренбурге узбек Камал Тургунов приехал вместе с сыном Самиджоном, где и познакомил его с названной сестрой. У Тургунова было к тому времени уже 16 своих детей, Зину он считал 17-й дочерью.

Тогда же он сказал сыну: это твоя сестра, береги и помогай ей. Камалжон Тургунов ушел из жизни последним из защитников Дома Павлова, но связь времен не прервалась.

Самиджон и Зинаида Петровна и сегодня близкие люди. Судьба сложилась так, что Самиджон Тургунов вместе с сыном Джамшидом в последние годы приезжают в город на Волге, чтобы здесь работать. Нет такой недели, чтобы они не созванивались, а когда позволяет время – встречаются.

Вот и юбилей Зинаиды Петровны они праздновали вместе со своими детьми.

– Мне везет по жизни, – убеждена Зинаида Петровна. – Я работала в прекрасном коллективе, который до сих пор меня не забывает, замечательная дочь, внучка закончила школу с золотой медалью, а институт – с красным дипломом. И всю жизнь меня согревали своим теплом и заботой солдаты из Дома Павлова. После войны всем приходилось нелегко, но они первым делом спрашивали, чем могут нам помочь.

– Отец работал в школе, потом трактористом, – рассказывает Самиджон. – Но чем бы ни занимался, он всю жизнь писал дневник. Я переводил его воспоминания на русский язык и хорошо понимаю, что значили для него война, дружба, семья. Мне посчастливилось вместе с отцом встречаться с его однополчанами, мы вместе ездили на родину генерала Родимцева, где с нами были также его дочь и сын. Отец до последнего поддерживал связь со своими боевыми друзьями, они навещали друг друга, поздравляли с праздниками.

Сейчас дети защитников Дома Павлова живут в разных странах, но у них все равно общая Родина – СССР. Поэтому интерес к России в Узбекистане прежний, а русский язык по-прежнему в почете. Кроме сына, у меня еще три дочери, четыре внучки, и то, что я знаю об отце, постараюсь им всем передать.

В канун 9 Мая в Москву пригласили на телепередачу детей, внуков защитников Дома Павлова. И хотя некоторых из них Зинаида Петровна и Самиджон Тургунов встретили впервые, разве можно назвать их чужими друг для друга людьми?

– Как можно говорить, – возмущается Зинаида Петровна, – что мы победили бы и без помощи людей другой национальности?! Мы были тогда одной семьей, потому и победили. А что за семья, если родные люди редко видятся?

По-прежнему зовут Зинаиду Петровну к себе в гости родные и близкие ее названных отцов. Вот и сейчас ждут ее в Узбекистане, Таджикистане. Ждут, потому что везде она родной человек.

Стихи, идущие от сердца   

Мы часто публикуем поэтические строки читателей. Это не высоко- художественные произведения, но они подкупают искренностью, проникновенной личной интонацией.

Недавно свое стихотворение, посвященное Сталинграду, прислала читательница из Воронежа – Ирина Тюнина.

«Мне 50 лет. Писать стихи и музыку я начала в раннем детстве, – сообщила она в письме. – У меня вышли книги: «Колыбельные песни» и «Сказки». А еще я начала писать патриотические стихи, потому что это важно. Важно, чтобы люди знали и помнили историю своей Родины. В Великую Оте чественную войну у меня погибли дедушки, и эта тема святая для нашей семьи... К со- жалению, я никогда не бывала в Вол- гограде. Но обязательно приеду в ваш прекрасный город. Недавно я начала новую книгу, и первое стихотворение, которое написала для нее, я посвятила героическому Дому Павлова, о котором знает весь мир».        

РАССКАЗЫ ПЛАСТИНКИ

В Москве есть музей на Поклонной горе.

Там память живет о великой войне.

Зал Славы героев хранит имена,

Что Родину-мать защитили тогда.

Зал Скорби и Памяти плачет о тех,

Кто сгинул, пропал, кто погиб за нас всех.

Кто жизнь свою щедро отдал в один миг.

«За Родину!» –нам до сих пор слышен крик.

В музее хранятся предметы с войны:

Снаряды, винтовки и танки… Они,

Как письма солдат, все историй полны.

Вот как-то раз ночью, среди тишины

Кривая, косая пластинка, скрипя,

Спросила: «А знаете вы, что моя

История жизни в те годы войны

Полна героизма, отваги?» – «Да, мы

С тобой прошли много», –сказал патефон,

Что рядом стоял. «А ты помнишь?» –Тут он

Закашлялся туго. «Да, помню… Сейчас

Поведаю всем я свой скромный рассказ», –

Сказала пластинка. «Война… Шла война…

Сентябрь стоял в Сталинграде. А я

Играла в квартире… А год-то какой?» –

Она тут задумалась. «Сорок второй», –

Сказал патефон, чуть шепча. «Ну так вот

Играла для всех я, кто в доме живет.

Как вдруг – взрыв снарядов! Их визг резал слух!

Тут нас чьи-то руки схватили! Нас двух:

Меня с патефоном, да вниз понесли

И этим поступком от взрыва спасли.

Подвал собрал всех – и кто стар, и кто млад.

Убежищу этому каждый был рад.

Сидели все тихо, вдруг слышим – в наш дом

Вошли злые вороги со всех сторон.

Малютка, что месяц назад родилась

В квартире, где пела ей я, собралась

Заплакать, ведь всюду летал черный дым.

«Не плачь! Мы тебя никому не дадим!» –

Сказала ей мама, а ужас в глазах

Вовсю выдавал отчаянный страх

За дочку, что грела в объятьях, любя…

За милое дитятко! Не за себя!

Враги между тем захватили весь дом

И праздновать сели победу все в нем,

Но тут залп орудий раздался вблизи.

То наши разведчики штурм начали.

За час группа малая, из трех солдат

И их командира, вернула назад

Наш дом. Сразу ринулись быстро наверх

Все те, кто в подвале сидел, ведь успех

Солдат молодых дал надежду, да сил

И веру в победу мощней укрепил!

Меня с патефоном на третий этаж

Подняли, чтоб пеньем моим сказать: «Наш

Сей дом! Не войдете в него вы ногой!»

Враги же тотчас стали «бурной рекой»

Вовсю штурмовать. Шквал огня полетел

На окна и стены, на крышу… Затем

В атаку пошли фрицы, злясь на всех нас,

Но чрез полчаса пыл их сдулся, угас!

Младой командир, Яков Павлов, потом

Завел в громовой тишине патефон.

Он как бы дразнил, говоря: «Мы все тут!

Смирись, Фриц! Пришел тебе точно капут!»

И так – день за днем… За атакой – вновь бой!

Но в чаде пожарищ мы вместе с тобой

В минуты затишья опять пели вновь!» –

Сказала пластинка. «Вы знаете, кровь

Лилась, как рекою, за Родину-мать!

Но каждый не думал вообще отступать!

Стояли бок о бок, сплотившись, семьей,

Казахи, таджики, узбеки горой!

Татары, грузины, калмык и еврей…

Все с русскими вместе боролись! Мощней

Не выдумать силы, чем сила семьи –

Родимой, единой, великой семьи!

Два месяца дом оборону держал.

Как витязь былинный, он дух поднимал

Средь всех, кто сражался за нас, да вокруг!

И только в врагов он вселял жуть, испуг!

Не верилось им, что средь трупов, огня,

В то время, когда аж гудела земля

От мощных атак самолетов, от мин,

Стоял этот дом горделиво! Ведь сил

Они не жалели, чтоб дом этот взять!

А он, как в насмешку над ними, опять

Включал песню мирную, что вдаль неслась

В минуты затишья. И эта напасть

Врагу не дала десять метров пройти,

Чтоб дом захватить. Дом, как символ страны,

Стоял непокорный, стоял весь в борьбе,

Стоял и не спрашивал он о цене,

Которую надо ему заплатить…

Стоял богатырь! Ведь так надо! Так быть!» –

Сказала пластинка, вздохнув. «А потом, –

Добавил, откашлявшись, вдруг патефон, –

Войска наши смело в атаку пошли

И фрицев погнали метлою с земли

Родимой, прекрасной! Долой всех! Долой!»

«А дом тот, как крепость, стоял! Как герой! –

Сказала косая пластинка в тиши. –

Стоял и стоит до сих пор, сохранив

В себе всю сплоченность народа, порыв

Прогнать зло подальше. Сей гордый призыв

Его вдаль несется! Волнует! Летит!»

Дом Павлова, что возле Волги стоит,

Для всех навсегда – это память с войны!

Поклон всем защитникам русской земли!