Как корреспондент «ВП» пыталась продавать елочки

Вместе с шампанским и мандаринами елка является непременным атрибутом наших новогодних праздников. Какие бы кризисы и санкции ни потрясали Россию, от покупки елки люди отказываться не собираются. Ведь это и традиция, и возвращение в детство, и немного волшебство. Корреспондент «ВП» тоже захотела прикоснуться к волшебству и поторговать пушистыми елочками.

Новогодняя радость – товар сезонный

В надежде увидеть не только елки, но и снег, автор этих строк отправилась на север области. Но Дед Мороз не спешил, оказывается, и туда. В рабочем поселке Елань, где я намеревалась дебютировать в елочном бизнесе, снега не было вообще, зато лил ледяной дождь, а под ногами – сплошной каток. Но продавцы елок – народ отчаянный, непогоды не боящийся и, судя по всему, большие оптимисты по натуре. Не менее десяти точек насчитала я в райцентре по торговле зелеными красавицами. За потенциальными покупателями мокрые продавцы следили зорким глазом коршуна. Но потенциальные покупатели были озабочены только тем, как не свалиться по дороге и не сломать руки-ноги. Товарооборот в тот день был явно под угрозой.

Впрочем, не у всех. Самый широкий ассортимент елок наблюдался у местного предпринимателя Дмитрия Семибратова. Елочный бизнес – их семейный. Восемь лет назад Семибратов-старший первым из своих коллег привез в Елань елки из Саратовской области и с тех пор каждый год радует земляков зелеными колючими деревцами. Со временем в это дело втянулся и Семибратов-младший. Дмитрию быть помощником Деда Мороза нравится. «Мы же, – говорит, – не елки, а, по сути, новогоднюю радость продаем!»

Новогодняя радость – товар сезонный. Декабрь прошел – и торговля закончилась. Но Семибратовы и этому рады. Основной их бизнес – реализация стройматериалов. С ноября спрос на них у еланцев резко падает, а елки помогают Семибратовым и зарплату сотрудникам выдать, и налоги в конце года заплатить. В общем, такие пушистые зеленые палочки-выручалочки получаются.

Земляки Семибратова этот момент тоже быстро смикитили, и с каждым годом конкуренция на еланском елочном рынке становится все более острой. Если восемь лет назад Семибратовы завозили в район до 1800 елок и все их распродавали, то сегодня – только 700. Больше не рискуют.

– А вот как, – интересуюсь я у Дмитрия, – вы определяете, сколько елок нужно привозить? В зависимости от численности населения? В среднем по одной елке на еланскую семью?

Молодой предприниматель смотрит на меня с иронией. Какие там «маркетинговые исследования» – сколько помещается, объясняет, в один КамАЗ, столько и привозят. Два КамАЗа, как в покере, перебор. Хотя в прошлом году Семибратовы пожалели, что завезли мало – уже к 23 декабря все елки распродали, и еланцы впервые за последние годы вспомнили забытое слово «дефицит».

Шапка для повышения товарооборота

Любите ли вы елки так, как любят их в Еланском районе? Нет, так, как они, точно не любите! Рискуя жизнью, начали приходить первые покупатели. Мамы по гололеду тянули за собой детей, мужья – жен на высоких каблуках. Наверное, оно того стоило? Внутренний двор за магазином стройматериалов был прямо-таки дремучим лесом. Елки лежали горами. Покупатели, скользя и спотыкаясь, штурмовали эти елочные Эвересты. Все елки были как на подбор – аккуратные, зеленые, пушистые. Но покупателям почему-то казалось, что лучшие деревца – в самом низу, и они тянули их оттуда изо всех сил.

Опытного продавца Александра Савичева это, однако, совсем не раздражало. Он помогал клиентам вытаскивать нижние елки и терпеливо демонстрировал их достоинства в профиль и анфас.

– Каждая елка найдет своего покупателя! – убежден Александр. – За эти годы я уже и раздражаться, и удивляться перестал. Бывает, что покупатель приходит по три раза, приценивается, потом долго ковыряется в елках, пушистые красавицы в сторону отбрасывает, находит в самом низу какой-нибудь кривобокий «эксклюзив» и, страшно счастливый, несет его домой. На вкус и цвет, как известно, товарища нет.

Сегодня Александр тоскует: дождь торговле и новогоднему настроению никак не способствует. В такую мерзопакостную погоду рекордные продажи – до 50 елок в день. А вот когда легкий морозец да пушистый снежок сыпет, тогда и до 180 елок продать можно.

А у меня креативный зуд.

– А почему бы, – предлагаю, – одну елку не нарядить образцово-показательно и не поставить у ворот? Будет же внимание привлекать. А еще можно в костюм Дела Мороза нарядиться – хороший маркетинговый ход! А вот в Волгограде я видела, как на каждую елочку надевали новогодние красные шапочки с белыми помпонами – ну, это что-то типа бонуса для покупателей. Может, попробуем?

Дмитрий и Александр смотрят на меня во все глаза и, в конце концов, культурно, чтобы не обидеть, резюмируют:

– Наши покупатели такого авангарда не поймут…

Я предпринимаю последнюю креативную попытку:

– А можно хотя бы мне шапочку новогоднюю надеть? Для повышения товарооборота, а?

– Ну разве что для повышения…

Надеваю. Реакция на мой головной убор со стороны взрослых покупателей не очень адекватная. Зато у малышни рот до ушей: «Ой, мама, какая тетя смешная!» Нет, думаю, снимать шапку надо. Без шапки торговля пошла поактивнее – купили сразу три елки.

Возврату и обмену не подлежит!

– Последние шесть лет у нас цены на елки не менялись, – не без гордости констатирует Александр.

– Как это? – изумляюсь я. – А инфляция?

– Наших елок она не касается!

Не касается елок, утверждает Дмитрий, и закон о защите прав потребителей. Обмену и возврату елка не подлежит.

– И никто не желал, – любопытствую, – елку вернуть? А вдруг та, которую купил, жене не понравится? Неужели не примете обратно?

Предприниматель надолго задумывается:

– Может, и примем. Только не 2 января!

Елки – товар длительного хранения. Могут лежать себе хоть до марта на улице, не теряя товарного вида. Иногда, правда, знаменитый зеленый цвет, который зимой и летом у елки один, приобретает желтоватый оттенок. Это, объясняют продавцы, последствия очень засушливого лета. Но подкрашивать хвою, как в армии газон, никому в голову не приходит. Натурпродукт!

Кстати, и никакие это не елки, а сосны. Елки, объясняет Дмитрий, они принципиально не возят. Во-первых, стоят они, в отличие от сосны, недолго. А во-вторых, дорогое это удовольствие: если полутора-двухметровая сосенка стоит 250 рублей, то елка такой же высоты – в десять раз больше. Мало елок сажают, и они медленнее растут.

– Откуда же тогда десятиметровая елка на главной площади Елани?

Предприниматель открещивается: не имеет, мол, к ней никакого отношения. Обычно вот такие статусные елки – благотворительный дар местной администрации от кого-то из жителей района. Растет себе во дворе частного дома елка, вырастает до гигантских размеров и начинает хозяину мешать. Вот он и звонит в администрацию: «Не желаете забрать? Тогда приезжайте, спиливайте и увозите». Приезжают, спиливают и увозят. И елкиному хозяину хорошо, и всему райцентру радость, и местным властям экономия.

– Сколько же, интересно, может стоить такая елка по рыночным ценам? – не унимаюсь я.

– Не будем говорить, а то у ее хозяина инфаркт случится! – проявляет гуманизм Александр Савичев.

…Вечерело, дождь все лил. Торговля застопорилась намертво. Но продавцы надежды не теряли – до Нового года еще неделя. Может, снег еще выпадет. Я не стала снега ждать и медленно-медленно пошагала в сторону гостиницы. Дошла. Руки-ноги, слава богу, не пострадали…

DNG