Не наигрались в детстве

Волгоградский дворик на Днестровской, 14а не похож на другие. Пройти мимо и не обратить на него внимание невозможно. Здесь живут, ставшие ненужные хозяевам, мягкие игрушки. Плюшевые мишки, львы, котята, слоны, тигры разместились на деревьях.Такую своеобразную композицию в своем дворе составляют жильцы дома, супруги Эмма Саликова и Иван Шендрин. Но делают они это вовсе не ради скуки.

Война украла детство

Найти необычных дизайнеров труда не составило. Каждый житель дома знает, где живет эта семейная пара. Иван Кононович и Эмма Ивановна не удивились, что к ним пожаловали журналисты.

– Нас уже и по телевизору показывали, – говорит, встречая нас, Эмма Ивановна. – А что такого необычного мы делаем? Просто украшаем двор, детей радуем.

Дизайнерским оказался не только двор, но и квартира Саликовых. Просторная и очень уютная. На стенах – вышивка, изделия ручной работы, картины. На письменном столе – в ряд выстроены куклы с распущенными длинными волосами и аккуратно заплетенными косичками, в кружевных платьях, меховых шубках и стильных комбинезонах.

– Можно сказать, что мы дали этим игрушкам вторую жизнь, – рассказывает хозяйка. – Все эти куклы найдены на улице. Видимо они стали ненужными своим прежним хозяевам. Мы их приносим домой, отмываем, и я сажусь за машинку шить им костюмы. Кому кружевное платье, кому брючки. Видите, какие они у нас красавицы?!

Как оказалось, выставленные в ряд куклы – это лишь часть игрушек, которые попали в добрые руки пенсионеров.

– Просто уйму кукол мы уже раздали ребятишкам из нашего дома, знакомым, родственникам, – говорит Эмма Ивановна. – После нашей «реанимации» они становятся, как новенькие. И такую куклу уже вовсе не стыдно подарить.

– А чем же вызвана особая любовь к игрушкам? – интересуюсь у пенсионерки.

– Люблю кукол, потому что в детстве не наигралась, – с грустинкой отвечает хозяйка квартиры.

Как оказалась, Эмма Ивановна – ребенок военного Сталинграда. Не смотря на то, что в войну ей было всего четыре годика, бомбежку, которая забрала у нее самого близкого человека – маму, она помнит, будто это было вчера.

– Мы тогда жили на улице Рокоссовского, – вспоминает пенсионерка. – В овраге дедушка сделал окоп. Там мы спасались от пуль и снарядов. Помню, как во время затишья к маме пришла подруга. Ее окоп был в нескольких метрах от нашего. Спустя несколько часов мама собралась ее провожать. Я увязалась за ней. Они шли и разговаривали о нас, детях. Неожиданно началась бомбежка. Один из снарядов упал рядом с нами. Меня отбросило воздушной волной метров на 15-20. Очнулась… везде дым. Мамы рядом нет. Вся нога моя, в которую угодил осколок, в крови, но боли я не чувствовала. Просто было горячо. Дым рассеялся, я увидала, что на земле лежит моя мама. Прибежали бабушка, дедушка забрали меня, маму. Ее уже не спасли. А меня еще долго лечили.

Эмма Ивановна достает из шкафа стеклянную вазу.

– Это все, что осталось от моей дорогой мамочки, – говорит она. – Воспитывали меня бабушка с дедушкой. Я как будто и ребенком не была, сразу взрослой стала. Поэтому, наверно, у меня такая любовь к игрушкам. Не наигралась я.

Эмма Ивановна вспоминает, как ее сверстники мастерили после войны кукол из чулок и тряпок.

– А так хотелось на настоящую хоть одним глазочком посмотреть, – говорит пенсионерка. – Конечно, в детстве у моих детей уже были игрушки, но я никогда не могла выбросить хоть одну из них на свалку.

Новый день – с добрых дел

Общаясь с пенсионерами, поймала себя на мысли, что это необычная пара: очень чуткая и отзывчивая. Пока Эмма Ивановна рассказывала о своем детстве, Иван Кононович куда-то торопливо собирался, складывая в пакет хлеб, семечки, кукурузу.

– Вы куда с таким набором? – деликатно интересуюсь у хозяина.

– Как куда? Голубей кормить. Они меня уже заждались, наверно. Опаздываю по времени.

Как оказалась, день у супругов практически расписан по часам, что ни минута – доброе дело.

– Наш двор каждый голубь знает, – говорит Иван Кононович. – В мусорных баках у нашего дома ни одной краюшки хлеба уже не найдете. Сухарики, не съеденные кусочки хлеба все жители дома собирают в целлофановый пакет и оставляют в сумке во дворе.

– Это сейчас так, – перебивает его Эмма Ивановна. – А раньше что было? У мусорных баков целые буханки хлеба валялись. Дедушка собирал этот хлеб и отдавал голубям. Я ему говорю: «Стыдно, Вань. Что соседи скажут?» А он отвечает: «Пусть, что угодно говорят. От нашей стыдливости птицы с голоду умирают».

Иван Кононович три раза в день приходит в свой любимый «мягкий» двор, усаживается в кресло, достает кусочки хлеба и ждет своих любимцев. Кстати говоря, пенсионер с добрым сердцем, которому на вид лет так 75, в конце прошлого года отметил свое 90-летие.

– В чем секрет вашего долголетия? – спрашиваю напоследок у Ивана Кононовича.

Он смеется и скромно отвечает:

– Энергетика благодарности и доброты лечит лучше любого врача.