Потерянный Дон на Гавайях

В XIX веке у донских казаков была реальная возможность поселиться на райских островах

Вот не любят казаки немцев. Исторически так сложилось. А ведь один русский немец по имени Георг Шеффер пытался сделать донским казакам поистине королевский подарок. Да и не только им. Всей России! Он хотел подарить Российской империи один из Гавайских островов. И гавайцы на острове Кауаи, кстати, были совсем не против. Даже позволили ему переименовать свою реку Ханапепе в Дон.

«Лицо, нетерпимое на судне»

Характер у врача и ботаника Георга Шеффера (русские называли его Егором Николаевичем) был, видно, не сахар. В 1813 году Шеффер в качестве судового доктора принял участие в морской экспедиции на Аляску на военном шлюпе «Суворов». И на суровой Аляске, несмотря на непогоду, был списан с борта корабля как «лицо, нетерпимое на судне».

К счастью для Шеффера, его подобрал легендарный глава Русско-американской компании Александр Баранов, в чьем ведении тогда находились и Аляска, и русский Форт-Росс в Калифорнии, неподалеку от Сан-Франциско (участок в солнечной Калифорнии в свое время прикупил у индейцев русский купец Иван Кусков). Баранов оценил врачебные познания немца и взял его на службу.

На службе у Баранова тогда состоял не только магистр ордена масонов барон Георг Шеффер, но и множество казаков. Ведь казаки всегда славились как смелые люди, искатели приключений. Не случайно эскимосы на Аляске до сих пор называют всех русских «косяками», искаженное – «казаками».

Вылечил королеву и попал в опалу

31 января 1815 года судно Русско-американской компании «Беринг» зашло в гавань Ваймеа на острове Кауаи для пополнения запасов воды и продовольствия. Во время стоянки неожиданно губернатор Кауаи Каумулали объявил о конфискации судна и груза на сумму 100 тыс. рублей.

В ответ на это руководитель Русско-американской компании Александр Баранов тут же послал на выручку вооруженную экспедицию на корабле «Открытие». Главным «дипломатом», которому была поручена миссия спасения русского корабля с грузом и экипажем, был на «Открытии» Георг Шеффер.

Вначале Шеффер прибыл на остров Оаху, где его дружелюбно встретил король всех Гавайев Камехамеха. Шеффер лечил королевскую семью. Однажды даже спас жизнь монаршей особе: вылечил гавайскую королеву от желтой лихорадки. Но постепенно король Камехамеха начал подозревать доктора в нечестных намерениях. Видно, и при гавайском королевском дворе подвели Георга Шеффера «ангельский» характер и привычка болтать лишнее.

Опасаясь королевского гнева и вовремя вспомнив о своей задаче (вернуть русский корабль с моряками), Шеффер отправился на остров Кауаи. Он уже приготовился силой освободить корабль, но вождь острова Каумулали был готов вернуть корабль и груз. Дело в том, что вождь Каумулали недолюбливал короля Камехамеха и давно уже вынашивал, как сказали бы сейчас, «сепаратистские планы» – отделить свой остров от остального гавайского королевства. Каумулали искал могущественного покровителя в желании быть независимым от Камехамеха и решил использовать в этом качестве Россию.

Носили русские фамилии

Намерение короля полностью совпадало с планами Шеффера завладеть островом и использовать его как промежуточный порт для кораблей Русско-американской компании. В течение нескольких месяцев Шеффер утверждал русское присутствие на Кауаи и в результате получил королевский подарок – цветущую долину Ханалеи. Доктор первым делом обрушил на нее целую лавину переименований. В этой странной склонности он чем?то напоминал Емельяна Пугачева, награждавшего своих сподвижников не только титулами, но и самими именами вельмож екатерининского двора. Долина Ханалеи превратилась, естественно, в Шефферталь – «долину Шеффера»; речка Ханапепе обернулась Доном; на Дону неизбежно должен был появиться и славный атаман Платов – это героическое имя было присвоено местному вождю Обане Тупигеа.

Доктор Шеффер вообще развил на райском острове Кауаи небывалую деятельность: создал православную церковь, дал русские фамилии нескольким местным вождям. И, крестившись, гавайские вожди острова Кауаи носили русские имена! Далее он построил на острове Елизаветинскую крепость, которая стоит и поныне. Чуть позже воздвиг на двух противоположных берегах острова еще два русских форта – Александр и Барклай.

И поскольку недавние пленники, русские и казаки, зажили с гавайцами душа в душу и даже обзавелись смешанными семьями, Георг Шеффер предложил вождю острова Каумулали стать подданным Российской империи. Мол, так прекрасный остров Кауаи обретет могущественного, но далекого покровителя. И король Камехамеха больше не сможет лезть в ваши дела. И Каумулали согласился подарить свою землю России – над островом поднялся российский флаг!

Отвергнутый дар

В марте 1817 года к острову приплыли пять кораблей

с вооруженными американцами и туземцами и разгромили все русские фактории и плантации, а российских подданных посадили на один из русских кораблей и заставили отплыть.

Прибыв в Санкт-Петербург, Шеффер представил правительству план присоединения к России одного из гавайских островов – Кауаи. Его поддержала Русско-американская компания, но император Александр I отклонил проект как «невыгодный». Узнав, что доктор Шеффер, оказывается, не имел полномочий предлагать ему вхождение в состав Российской империи и действовал на свой страх и риск, вождь Каумулали рассердился и объявил, что больше не хочет видеть «коварного немца». Так плачевно закончилась великая мечта – сделать кусочек рая территорией Российского государства и подарить теплый тропический Дон нашим казакам. А жаль. Вы только представьте! Была бы у нас сейчас этакая отдельно плавающая средь тихоокеанских просторов Калининградская область и жили бы там донские казаки.

Подарок бразильской принцессы

После того как самоуправца с Гавайев турнули, русский флаг спустили, а реку переименовали обратно, обиженный лекарь перестал служить неблагодарной России и перебрался в Бразилию, где впоследствии блистал при дворе императора дона Педро. В «стране диких обезьян» удача наконец улыбнулась ему. А было так.

Благодаря собранной им богатой ботанической коллекции, которую он галантно преподнес в дар принцессе Леопольдине, супруге будущего императора Бразилии Педро I, Шеффер получил большой участок бразильской земли.

Коллекция, к слову, позже стала частью экспозиции королевского музея. Вернувшись ненадолго в Европу, «чтобы уладить дела», он вновь прибыл в Бразилию в 1821 году вместе с семьями своих соотечественников (47 человек) и основал на пожалованных ему землях в штате Баия первую в Бразилии немецкую колонию Франкенталь. В отличие от подданных Российской империи немцы миндальничать не стали и с ра­достью принялись осваивать тропические земли.