Сага о бутике

  • Сага о бутике
  • Сага о бутике
Главное действующее «лицо» сказания – дом № 12 на улице Советской. Здание знаменитое. «Здесь в бывшем доме № 14 по улице Московской, в 1918-1919 гг. находились Военный Совет Северо-Кавказского Военного округа и штаб 10-й Красной Армии». А еще в бывшем доме № 14 по улице Московской до Гражданской войны располагалась городская Торговая школа, открытая в особняке купца Воронина в 1908 году. Тут вам и советская история, и досоветская. Теперь пишется новейшая, пока не самая радостная.

Ровно год назад «Волгоградская правда» писала об этом памятнике архитектуры и градостроительства, включенном в перечень зданий, подлежащих государственной охране. Вкратце напомним.

Хозяйка квартиры № 50 Ольга Попова, затеяв ремонт, обязывалась сохранить детали фасада и интерьера. Но вскоре стало заметно, что собственнику начхать на свои клятвенные обещания. Протесты специалистов отдела государственного контроля за соблюдением законодательства в сфере охраны культурного наследия администрации Волгоградской области действия не возымели.

Работы шли полным ходом. Была проведена радикальная внутренняя перепланировка, на главном фасаде демонтирована часть несущей наружной стены, устроена стеклянная витрина с выносом на пешеходный тротуар около 2 (!) метров. Наконец, исчезла мемориальная доска, рассказывавшая о славном прошлом здания. Зато на торговой карте города появился еще один бутик.

Центральный районный суд Волгограда 16 февраля 2011 года вынес решение: «Обязать Попову О. А. в двухмесячный срок со дня вступления решения суда в силу… привести однокомнатную квартиру № 50 в первоначальное состояние (до реконструкции), установить на прежнее место мемориальную доску…». Эффект воздействия судебного решения на собственника жилья – нулевой.

Не через два месяца, а спустя полгода судебные приставы проверили, как исполняется решение суда. Выяснили – никак. Возбудили исполнительное производство, через два месяца пригрозили проверить. Через год нагрянули и удивились – ничего не изменилось. Решили взыскать с Поповой 500 рублей и дали новый срок для исправления ситуации. Попутно отметили, что должник от исполнения требований не уклоняется, однако в сроки, установленные законом, вернуть зданию первозданный вид никак не получается.

Можно подумать, что она пыталась. Еще в октябре 2011 года Попова продала квартиру № 50 гражданину Д. Арефьеву. Последний в свою очередь продал ее уже гражданке Рожковой Л. М. И пока приставы определялись с суммой штрафа, Попова в судебном порядке пыталась доказать, что поскольку собственность уже не ее, то с нее и взятки гладки.

Очередная попытка прекратить исполнительное производство была предпринята ею 24.12. 2012 года. Ход заседания и определение, вынесенное судьей Центрального районного суда Новиковой О. Б. по этому делу, весьма примечательны. Представитель регионального министерства культуры возражал против удовлетворения заявления, утверждая, что сделки по отчуждению имущества совершены ответчиком, чтобы уйти от исполнения решения суда. Судебный пристав-исполнитель межрайонного отдела по особым исполнительным производствам УФССП по Волгоградской области В. Головачев заявил, что полагается на усмотрение суда.

Выслушав все стороны, в мотивировочной части определения судья отметила, что «на основании договора купли-продажи к новому собственнику перешли обязанности прежнего собственника», но в определении тем не менее сказано: «заявление Поповой О. А. о прекращении исполнительного производства …о понуждении привести помещение в первоначальное состояние оставить без удовлетворения».

Межрайонный отдел по особым исполнительным производствам УФССП по Волгоградской области на этот раз отреагировал незамедлительно. Исполнительное производство в отношении Поповой О.А. … было окончено.

Прокомментировать столь парадоксальное решение я попросил и.о. начальника отдела организации исполнительного производства С. Гусакова и заместителя главного судебного пристава Волгоградской области Ю. Дергачеву. Суммировать ими сказанное можно следующим образом: к Поповой принимались меры, предписанные законом, в полном объеме. В определении не говорится, что к ней должны применяться воздействия, там не сказано, что она обязана исполнять требование. Вместе с тем установлено, что квартира перешла к другому владельцу. Поскольку это совершенно другая сторона в гражданском процессе, необходимо новое исковое производство.

Человек, даже далекий от тонкостей юриспруденции, наверняка осведомлен, что важнейшим пунктом любого судебного решения является его резолютивная часть. В преамбуле и мотивировке может быть написано, что земля стоит на четырех слонах, а солнце квадратное, но решение, резолютивная часть – после вступления в силу не обсуждается, а исполняется. И представитель УФССП В. Головачев заявлял в ходе заседания, что полагается на усмотрение суда. А вот поди ж ты…

Что касается иных объяснений собеседников – «не говорится, не обязана», темой заседания был всего один вопрос – удовлетворение иска Поповой о прекращении в отношении нее исполнительного производства. И судья вынес решение – не удовлетворять. Как произошла трансформация, почему ведомство, призванное исполнять решение судебной власти, с точностью до наоборот трактовало решение Центрального районного суда – непонятно.

Вместе с тем С. Гусаков подчеркнул, что поскольку комитет по культуре является надзирающим органом, ему следует реагировать на незаконные ремонтные работы своевременно, а не доводить дело до суда. Что именно в действиях данного комитета было неверным, он, правда, не уточнил.

Стеклянная пристройка к квартире, вылезшая на два метра, является незаконно возведенным строением, нигде не зарегистрирована. Квартира до сих пор даже не переведена в нежилой фонд, но магазин-бутик здравствует и не кашляет.

«В отношении владельцев самовольно возведенных объектов приняты судебные решения о приведении фасадов зданий – памятников истории и культуры в первоначальный вид, в частности, по адресам в Волгограде: пр. Ленина, 49; ул. Мира, 13; ул. Советская, 12; пр. Ленина, 41. Однако ни одно из этих судебных решений так и не исполнено. Более того, число незакрытых исполнительных производств из года в год продолжает расти. Неоднократные обращения в Управление Федеральной службы судебных приставов Волгоградской области ситуации не меняют». Это уже выдержка из письма Общественной палаты Волгоградской области в адрес вице-премьера Правительства РФ Дмитрия Рогозина. Кипа документов в Общественной палате, имеющих отношение только к квартире № 50 по улице Советская, 12, уже весит килограмма полтора. Такое же «собрание сочинений» в региональном министерстве культуры.

Невольно задаешься вопросом – а как вообще стало возможным, что в зданиях, включенных постановлением Волгоградской областной думы от 05.06. 1997 года в перечень объектов, подлежащих государственной охране, возможны такие переделки? Ведь при регистрации сделок по недвижимости, совершаемых в таких домах, необходимо предъявлять охранные обязательства.

В Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Волгоградской области ответ был получен. Там информации о вышеупомянутом постановлении пятнадцатилетней давности НЕТ. Как такое стало возможным?

Схема, которую пытается реализовать О. Попова, не ею изобретена. По такому же шаблону действуют «деловые» люди в очень-очень многих случаях. Покупается квартира (дом, самолет, участок земли) с обременением, то бишь с определенными обязательствами или ограничениями в пользовании. Спустя энное время дом (самолет и т.п.) продается в надежные руки. Затем еще раз, другой, третий… В договоре о купле-продаже фигурирует, естественно, только сам объект сделки, а не обязательства. На выходе получаем: первый владелец собственности не может исполнить обязательства, поскольку собственником более не является, а нынешний владелец вообще никому ничего не обещал.

Когда готовил эту статью, встречался со многими специалистами разных областей. На определенном этапе, выслушав мои вопросы, они интересовались: а вы сами вообще на чьей стороне? Как ни высокопарно звучит – на стороне закона. Об него в данном случае одни ноги вытирают, а другие, которым на страже этого закона стоять положено, этого не замечают. Или не хотят замечать…

Поделиться в соцсетях