Школьные войны ужасные

Судебные процессы, где учителя выступают в роли обвиняемых, а в качестве потерпевших – родители их учеников становятся делом обыденным. С начала этого года в Волгоградской области установлен своеобразный рекорд: за физическое насилие над учениками привлечены к уголовной ответственности три педагога, четвертый готовится к судебному процессу.

Сначала было слово

Времена, когда «ученые мужи научные труды вколачивали палками в зады» давно канули в лету. Сегодня единственная мера воздействия на ученика – это слово. Вот только не всегда эта мера эффективна и у педагогов нередко сдают нервы.

По словам Фаины Романенко, начальника отдела по надзору за исполнением законов о несовершеннолетних и молодежи прокуратуры Волгоградской области, такого рода уголовные дела, к счастью, единичны и говорить о всплеске учительской агрессии в регионе не приходится. Что касается позиции прокуратуры в данных случаях, то она однозначна и бескомпромиссна.

– Мы уверены, что педагогам, которые не могут справиться с учениками без рукоприкладства в школе нельзя работать, – говорит Фаина Романенко. – Ситуацию в общеобразовательных учреждениях области мы держим на постоянном контроле. Проверки проводятся не только по сигналам о жестоком обращении с учениками, но и по несчастным случаям в школах. Виновным, если таковые бывают выявлены, грозит строгое наказание.

Прокуратура области разместила на своем сайте предложения и реальный механизм по противодействию насилию в отношении учеников в школах. В уставах общеобразовательных учреждений существенно расширен перечень оснований, запрещающих отдельным категориям лиц учить детей. Раньше дорога в школу была заказана для педагогов по ряду медицинских показаний, а также с непогашенной судимостью за тяжкие и особо тяжкие преступления. Сейчас запрет на профессию распространяется и на лиц, подвергавшихся уголовному преследованию за преступления против жизни и здоровья, свободы чести и достоинства личности, половой неприкосновенности и половой свободы личности, против семьи и несовершеннолетних, здоровья населения и общественной нравственности, а также против общественной безопасности. Инициатором нововведений выступила прокуратура Камышинского района. По ее требованию в уставы всех общеобразовательных учреждений муниципального образования внесены коррективы. Примечательно, что два из четырех дел по факту жестокого обращения педагогов с учениками возбуждались и расследовались именно в Камышине. 70-летнего учителя физики уже осудили, а в отношении 33-летнего преподавателя труда ведется следствие. В апреле этого года на уроке он бил и оскорблял школьника за плохую успеваемость. В начале мая этот же учитель в актовом зале уже другому ученику выкручивал руки, после чего ударил ногой. В результате у мальчика зафиксирован перелом левой локтевой кости. Возбуждено уголовное дело по статьям умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью и ненадлежащее исполнение обязанностей по воспитанию несовершеннолетнего педагогом, соединенное с жестоким обращением с несовершеннолетним.

Опальные не сдаются

Первым в этом году в списке педагогов-деспотов стал 70-летний учитель физики из Камышина Валерий Каракаев. Суд признал его виновным в том, что он стравливал учеников между собой, щедро раздавал оплеухи и подзатыльники. От несправедливых и надуманных обвинений, по словам педагога, он был просто в шоке. Каракаев свою вину не признал, предпринял попытку убедить суд в своей невиновности, но все безуспешно. Его приговорили к одному году условно с отстранением от должности и запретом заниматься педагогикой в течение такого же времени.

Сейчас Валерий Валентинович предпринимает попытки отменить несправедливое по его мнению решение суда. В своей борьбе за возвращение честного имени дошел до Москвы. Даже стал героем телепередачи. К сожалению, корреспонденту «ВП» не удалось связаться с Каракаевым, он проживает в небольшой комнатке в школе и на просьбы к сотрудникам учреждения пригласить к телефону Валерия Валентиновича, неизменно отвечали: «Его нет, когда будет, не знаем».

Редактор одной из газет Камышина Ирина Маслова убеждена, что все обвинения против Каракаева надуманы. По ее словам, претензии в жестоком обращении с учениками в адрес учителя посыпались как из рога изобилия вскоре после того, как вышла критическая статья о том, как учителю не дали положенную квартиру. Как рассказала Ирина, практически все факты, которые легли в основу уголовного дела далеко не первой свежести, и, тем не менее, кому-то очень хотелось эти истории реанимировать.

– После выхода телепередачи историей Валерия Каракаева заинтересовались депутаты Государственной Думы и правозащитники. Мы не теряем надежды, что справедливость восторжествует, – призналась Ирина Маслова.

Готовится к длительным тяжбам и 64-летний ныне бывший преподаватель математики из Руднянского района Владимир Чебурков. Он был признан виновным в жестоком обращении по отношению к своему ученику. В фабуле уголовного дела говорилось о том, что во время урока педагог попытался ударить пятиклассника головой об парту. Мальчик успел вовремя подложить руку, поэтому тяжелых последствий для здоровья ребенка удалось избежать. Чебуркову назначили наказание в виде штрафа в 10 тысяч рублей, помимо этого он должен выплатить 3 тысячи родителям ученика в качестве моральной компенсации.

Мы встретились с Владимиром Васильевичем. Учитель произвел впечатление очень уставшего человека, а никак не злобного неврастеника, готового прибить ученика. Как рассказал Владимир Васильевич (и в этом нет расхождений с приговором суда), он вел урок математики в пятом классе, объяснял новую тему. Двое учеников Ваня и Андрей баловались, всячески пытались сорвать урок. На неоднократные замечания учителя мальчики не реагировали. Когда в классе раздался грохот, Чебурков увидел, что оба подростка двигают друг на друга парту.

–Я обязан был вмешаться, – рассказывает Чебурков. – Оттащил Ваню, а потом все ученики возмутились: Андрей тоже виноват. Я подошел к нему, дотронулся рукой до его шеи сзади и слегка наклонил его голову к парте. Никаких попыток ударить не было. В конце урока мы поговорили с ребятами о том, как нужно вести себя на уроке. Мне показалось, что они осознали, что вели себя плохо. А буквально на следующий день собрали педсовет, где родители Андрея обвинили меня в том, что я нанес побои их сыну, мол, они обнаружили у него на шее синяки. Но я клянусь, что никаких синяков от моих действий быть не могло.

По идее родители Вани также могли предъявить учителю претензии. Но мама Вани, давая свидетельские показания, заявила: «Учитель наказал их за дело, претензий к нему не имею». Были в деле и свидетельские показания одноклассников, которые уверяли, что никаких синяков на шее Андрея в тот момент, когда он выходил из класса, не было. Но они не были приняты во внимание, также как и объяснения Владимира Васильевича.

Чебурков же настаивает, что руководство школы просто использовало удобный момент и раздуло это дело до уголовного только для того, чтобы избавиться от неугодного учителя. И Чебуркову и Каракаеву руководство школ, где они проработали десятилетия, припомнили, что родители учеников давно жалуются на низкое качество образования у этих педагогов. Так, например, директор Матышевской средней школы Наталья Тестова, в разговоре с нами заявила, что дети не только жаловались родителям, что Чебурков засыпает на уроках, но и снимали это на сотовые телефоны. По признанию Натальи Николаевны, она Владимира Васильевича все это время жалела, убеждала родителей, что они заблуждаются в своих оценках, но случая с рукоприкладством терпеть не стала.

Как в случае с Чебурковым, так и в случае с Каракаевым руководство школ, не дожидаясь решения суда, поспешило поскорее отправить пенсионеров с работы на заслуженный отдых. Чего не скажешь, про среднюю школу в селе Жутово-2 Октябрьского района. Мы подробно писали об этой истории в одном из мартовских номеров 2011 года «Волгоградской правды». Напомним, что опекуны шестиклассника Германа Гайдука несколько месяцев добивались возбуждения уголовного дела на учителя технологии Сергея Светличного. В школе, где работает педагог, коллеги отказывались верить в его виновность. Они не только не встали на защиту ребенка, но, по словам опекунов, даже пытались перейти в контрнаступление, угрожая определить Германа в детский дом. Учитель не был уволен даже после вынесения обвинительного приговора суда. Такая поддержка педколлектива объясняется, видимо тем, что супруга Сергея Светличного работает директором этой же школы.

Кто защитит педагогов от учеников?

Когда говорят о насилии в школе, то почему-то подразумевают исключительно насилие со стороны учителей. Но давайте вспомним свои школьные годы. И нелюбимого учителя, над которым дружно измывались всем классом, не испытывая при этом абсолютно никаких угрызений совести. Мы все прекрасно знаем, как жестоки бывают дети.

Мелкие пакости вроде канцелярских кнопок или клея, или жвачки на стуле училки – это удел младшеклассников. Те, кто постарше действуют изощреннее, они знают, как сорвать урок, натерев доску свечкой или дружно всем замычать, когда педагог объясняет тему. В списке «гадостей для препода» дохлые мыши в учительском столе или шкафу с методичками, очки педагога, натертые на перемене вьетнамской «звездочкой», живой таракан в очечнике, стоит ли говорить о банальном хамстве или прогулах всем классом.

Сегодня у школьников на вооружении технический арсенал видео- и аудиозаписывающих устройств. Они методично в течение урока доводят учителя до белого каления, и когда, по их мнению, тот дошел до нужной кондиции, записывают результат провокации на камеру своего мобильника, а затем пересылают «прикольное» видео в интернете. Когда эти «шедевры» подросткового творчества становятся достоянием гласности у взрослых волосы встают дыбом от «крутизны» школьных шалостей. Вспомним только один случай этого года, когда пожилую учительницу физкультуры ученики швыряли и пинали ногами, словно футбольный мяч.

Будь я педагогом на том уроке, где ученик-хам демонстративно достал пистолет и целился в учителя, наверняка не сдержалась бы. Как минимум обругала, а скорее все от всей души двинула бы по шее. Хотя прекрасно понимаю, что это и не законно, и не педагогично. Уверена, что так думаю не я одна. А теперь представим на минутку, что это наше чадо получило затрещину от учителя на уроке. Что мы предпримем? Скорее всего помчимся к директору и будем требовать как минимум приковать педагога к позорному столбу, выгнать из школы за издевательства над ребенком несмотря на солидный педагогический стаж и былые заслуги. А может, стоит для начала поинтересоваться у своего ребенка, за что он схлопотал затрещину от учителя?

Справедливости ради следует отметить, что наверняка каждый из нас припомнит талантливого педагога, учителя от Бога, который мог увлечь на бесконечно долгих 45 минут три десятка юнцов с нестабильной подростковой психикой. Ему прощалось все: и мятая рубашка, и кофточка одетая наизнанку, и строгость, и двойки по контрольной. Профессионализм и умение превратить урок в увлекательное путешествие в страну знаний, как раньше, так и сейчас является надежной защитой от хамства и издевательств учеников. Недавно моя племянница, которая только что закончила первый класс показала свою тетрадку по письму. В слове «жираф» вместо буквы «и» она написала «э», конечно же строгая учительница заметила ошибку и красной пастой жирно зачеркнула «э» и вписала «ы». Комментарии, я полагаю, излишни.

Нередко сами учителя провоцируют детей на проявления протестного поведения. Когда мой сын, сегодня это взрослый молодой человек, учился в 7 классе, одна из учительниц на каждом уроке унижала и обзывала школьников нерусской национальности. Они жаловались родителям, те безуспешно пытались добиться справедливости на приеме у директора школы: «Да она уважаемый педагог, я не могу поверить в то, что такое возможно?» Но, судя по всему, неприятный разговор руководства и педагога все-таки состоялся. Учительница стала вести себя корректно? Ничего подобного. Прессинг на этих детей только усилился. В итоге ученики, независимо от национальностей всем классом перестали ходить на уроки. Но перед акцией массового непослушания сын втихаря стащил у меня диктофон и записал урок этой преподавательницы-расистки. Это стало веским доказательством вины педагога. Хочу подчеркнуть, что мы не ставим цель огульно обвинить учителей или записать в хулиганы каждого ученика. Мы лишь хотим призвать к тому, чтобы каждая конфликтная ситуация в каждой школе изучалась досконально и по справедливости.