Три года спустя

Вчера в деле Саши Колокольцева наконец-то была поставлена точка. Центральный районный суд Волгограда приговорил экс-прокурора Елену Иванову к трем годам и восьми месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии общего режима. Также Иванова лишена водительских прав сроком на три года.

Напомним, трагедия случилась еще в июне 2009 года, когда Елена Иванова, находясь за рулем автомобиля Opel Corsa, сбила семилетнего Сашу Колокольцева. Страшное ДТП произошло в самом центре Волгограда, на улице Краснознаменской, и вызвало широкий общественный резонанс.

В злополучный день Саша вместе с родственниками возвращался с прогулки. Мальчик оторвался немного вперед взрослых, и почти в метре от пешеходного перехода на него наехала прокурорская иномарка. В августе прошлого года суд признал Иванову виновной и назначил ей наказание в виде 2,5 лет колонии-поселения с отсрочкой исполнения приговора до достижения ее ребенком 14-летнего возраста. Однако этот приговор был отменен судебной коллегией по уголовным делам в результате рассмотрения обжалований обвиняемой и потерпевшей стороны.

Вчера более четырех часов судья Елена Гусева в зале Центрального районного суда зачитывала приговор. Суд пришел к выводу о том, что экс-прокурор имела техническую возможность предотвратить ДТП, но при возникновении опасности не приняла никаких мер по снижению скорости автомобиля и не остановила машину ни перед пешеходом, ни в момент наезда на него.

Осужденную Елену Иванову взяли под стражу в зале суда сразу после оглашения приговора. Малолетний ребенок Ивановой теперь будет передан на попечение близких родственников или иных лиц.

– Я удовлетворена таким приговором, – комментирует мама погибшего мальчика Татьяна Колокольцева. – Даже и не могла предположить, что срок будет увеличен и что Иванова понесет наказание в колонии общего режима, а не в колонии-поселении. Это вполне реальное наказание, и мы с супругом считаем его справедливым. Я полгода не спала и каждый раз во сне нажимала на педаль тормоза за нее. Одно нажатие на педаль, и мой Сашенька был бы жив. Что помешало ей сделать это в тот день, мне, наверно, не понять никогда.