Во весь голос?

С появлением «Фабрики звезд» многие родители спят и видят, чтобы из отпрыска сделали вторую Пугачеву или нового Баскова. Малышей уже лет с четырех ведут в студии, снаряжают на конкурсы. Детский голос – хрупкий инструмент, и может не выдержать погони за эстрадным триумфом. Об этом родителей предупреждает преподаватель вокала, председатель Волгоградского регионального отделения Российской общественной академии голоса Тамара ЗУБАРЕВА.

Насилие над природой

Тамара Васильевна, принято считать, что занятие творчеством, например, пением, развивает и воспитывает ребенка.

– Не всегда. Я много лет работала в жюри детских вокальных конкурсов. Наблюдала, как родительское тщеславие подогревает в ребенке неоправданные амбиции. Конкурс может раскрыть природные данные юного певца. Часто после этого его близкие делают роковую ошибку, начиная возить «звездочку» по разным фестивалям, эксплуатировать его способности. Это мелькание может закончиться трагически, особенно если педагог ребенка недостаточно профессионален.

В чем риск?

– Во-первых, каждый конкурс – колоссальный стресс, в том числе и для голоса. Во-вторых, певческий аппарат, особенно в раннем возрасте, анатомически только начинает складываться. Связки еще тонкие, небо малоподвижное, дыхание слабое, поверхностное. А юного артиста почти всегда напутствуют: «Пой громче, чтобы весь зал слышал!», что чревато стойкой осиплостью и даже потерей голоса.

Вы против таких конкурсов вообще?

– Я против варварства, насилия над природой. Задача охраны детского певческого голоса первостепенна. При неправильном режиме, нарушении гигиенических норм напрягается гортань, ребенок устает, голосок звучит тяжело и некрасиво. Могут возникнуть серьезные заболевания голосового аппарата.

Но если малыш сам поет, как птичка, его никто не заставляет?

– И пусть поет дома! Пение – особое состояние. Древние верили, что певец и музыкант – проводник космической гармонии на землю. Страшно, когда малышу навязывается эстрадная «взрослая» манера пения, которая требует форсированного звучания. «Пение-крик» ставит под угрозу сохранение певческого аппарата. При этом никто не занимается охраной голоса. В Волгоградской области нет ни одного врача-фониатра!

Врач «ухо, горло, нос» его не заменит?

– Нет. Он может указать на патологию, а фониатр определит ее причину. Фониатр – главный контролер за работой вокального коллектива, вокального педагога.

Хор – начало начал

Что посоветуете родителям, у которых ребенок хочет петь?

– Отвести его в музыкальную школу. Там записать в хор. Я со своими внуками так и поступила. В хоре снимается фактор страха перед сценой. Способности ребенка там обязательно проявятся. Я сама в юности через это прошла – сначала хор, потом самодеятельность, училище, консерватория.

С какого возраста лучше систематически заниматься вокалом?

– Заниматься можно и с дошкольником, но грамотно и природосообразно. Занятия должны быть направлены на формирование слуховой, голосовой, музыкальной культуры ребенка, эмоциональной отзывчивости, ритма, ладового чувства. А бывает наоборот.

Однажды привели ко мне девочку лет восьми. В таком нежном возрасте у нее было испорчено слуховое представление: она не пела – надрывалась. Часто преподаватели учат маленького певца надуваться, и от этого страдают дыхательная система, сердце. Или – недавно ко мне обратилась за помощью девушка из Рязани. После чересчур интенсивных уроков у нее на связках образовались узлы.

Еще мне хочется, чтобы родители четко понимали: нельзя фетишизировать участие ребенка в конкурсах. Никакие Гран-при не гарантируют дальнейшую успешную певческую карьеру. Например, у мальчиков в 13–14 лет начинается мутация голоса. Случается, дипломы на стенке еще висят, а «звездочка» погасла. Представьте, как это ломает подростка.

Бывает ли, что поющий ребенок доставляет вам истинное удовольствие?

– Да, когда чистый детский голосок не искажен микрофоном. Это «ортопедическое приспособление» стирает тембр, меняет голос. Микрофонное пение я бы вообще запретила детям до 16 лет. Как и плейеры с наушниками, от которых разрушается слуховой нерв, что может привести к частичной или полной потере слуха.

А как портит впечатление о юном певце дурновкусие! Мне не забыть десятилетнего мальчика, которому поставили кошмарный номер под Борю Моисеева, с теми же ужимками, вихляниями. Видеть это было почти невыносимо. На другом конкурсе семилетней девочке обеспеченные родители заказали немыслимый костюм – платье с кринолином, огромная шляпа, боа на тоненькой шейке, перчатки до локтей. Вся эта «красота» выглядела карикатурой.

Как вы думаете, почему на последнем конкурсе имени Чайковского верхние ступени пьедестала в сольном мужском и женском пении заняли представители Востока – Кореи, Монголии?

– Да, за державу обидно. Россия всегда была богата голосами. И то, что на конкурсе Чайковского первые места нам не достались – на мой взгляд, тревожный симптом. Один из негативных факторов, о котором настойчиво заявляет российская общественная академия голоса, – отсутствие выстроенной фонеатрической службы, о чем я уже говорила. Охрана голоса детей и подростков должна приобрести статус государственной программы! Мечтаю и о том, чтобы в нашем регионе проходили симпозиумы, конференции педагогов по вокалу и в помощь им была создана методическая, фониатрическая служба.

Педагог по вокалу должен быть вооружен современными знаниями и, как врач, действовать по принципу «не навреди». А дети пусть себе поют на утренниках, школьных вечерах, праздниках города. Пусть радуют родственников, друзей, учителей. У кого-то из юных волгоградцев неплохие голоса, зачатки таланта. Но я уверена, лучший способ загубить талант – столкнуть его с шоу-бизнесом. Чем позже это произойдет, тем лучше.

Поделиться в соцсетях