Вода уходит. Вместе с населением

Ситуация, когда вместе с водой из волгоградских сел и хуторов начнут уходить люди, не так уж далека от реальности. Многократное повышение цен на электроэнергию разоряет сельские водоснабжающие организации, ставит вопрос об отключении водопроводов и скважин. Попытки местных администраций договорится с энергетиками о снижении тарифов, как правило, заканчиваются ничем: ссылка на закон и высокую себестоимость электричества – весомый контраргумент энергоснабжающих организаций.

Хутор Манойлинский – административный центр одноименного сельского поселения Клетского района, раскинулся на донской возвышенности: красивая природа, замечательные виды на близлежащие окрестности, казалось, живи и радуйся. Но именно вот такое расположение на возвышенности может сыграть роковую роль в судьбе этого населенного пункта. Вода здесь залегает глубоко, и случись что с водопроводом, выкопать колодец или пробурить индивидуальную скважину не получится...
Вообще, история водоснабжения большинства сельских населенных пунктов нашего региона берет начало с советских времен. Тогда электроэнергия стоила копейки, денег за нее не считали, а системой водопроводов и скважин ведали местные колхозы и совхозы. С поправкой на обветшание труб и насосных станций эта ситуация сохранялась вплоть до недавнего времени.
Но со временем коммунальное хозяйство становилось для сельхозпредприятий все более непосильной ношей, и они начали передавать его в ведение муниципальной власти.
По Клетскому району волна передачи «коммуналки» прокатилась в 2008 году. В результате, чуть ли не в каждом поселении были созданы коммунальные МУПы. В то время киловатт электроэнергии стоил 1,42 руб. Все МУПы успешно снабжали население водой, сполна расплачивались с поставщиками и не имели долгов и убытков. Но в 2010 году произошел резкий скачок цен на электроэнергию до 4,56 рублей. Тогда как цена на воду для поселений осталась практически без изменений.
Как рассказала «ВП» глава Манойлинского сельского поселения Татьяна Кондратьева, из-за повышения цены на электроэнергию, поселенческий МУП тот год закончил с убытком в 460 тыс. рублей, что для четырехмиллионного бюджета муниципалитета не так уж и мало.
А в 2011 году цены на электроэнергию стали еще выше и достигли практически неподъемной для сельского МУПа суммы – 5 рублей 86 копеек за киловатт/час электроэнергии и выше.
– Ситуация складывается патовая, – объясняет Татьяна Кондратьева. – Цена на воду для населения остается практически на неизменном уровне. Управление по региональным тарифам разрешило повысить ее на 1 рубль, с 25 до 26 рублей за кубометр. А цена на электроэнергию, которая составляет 70% себестоимости водоснабжения, выросла почти в четыре раза! Водоснабжение не окупает себя, а в сельском бюджете нет денег на покрытие этих убытков! Но и повышать цены на воду тоже нельзя: три дня полива обходятся в 1,5 тыс. рублей. Чтобы содержать огород, пенсионеры вынуждены копить всю зиму!
В Манойлинском сельском поселении 4 населенных пункта и 6 водоносных скважин централизованного водоснабжения. Две из них уже отключили за долги. В результате, хутор Борисов остался без водоснабжения. Пока жителей выручают колодцы, и это в 21-м столетии.
– Наши люди уже привыкали жить с комфортом, у многих в домах стиральные машины-автоматы, ванные, туалеты, канализация. Это что же, обратно в каменный век их отправляем! – негодует Татьяна Кондратьева.
Тем временем жители Манойлинского поселения пребывают в тревожном ожидании. А что будет, если начальники не договорятся и воду все-таки отключат? Хутор Терновой пока держится, но здесь хорошо помнят прошлую зиму, когда из-за аварии насоса воды не было две недели (ее развозили водовозками), а чтобы напоить скотину людям пришлось топить снег.
– Без воды нет жизни, если ее отключат, придется покидать хутор, – с горечью рассуждает жительница Тернового весовщица СПК «Манойлинский» Наталья Сирота. – Что делать? Вода у нас залегает на глубине 120 метров – колодец не выроешь, а пробурить глубинную скважину за 100 с лишним тысяч рублей... У нас таких денег и в руках никто не держал.
Перспектива отключения водоснабжения в Клетском районе волнует не только Манойлинское сельское поселение, но и Захаровское, Перекопское... и другие. В них, кстати, нашли способ, как решить проблему с высокой ценой на электроэнергию. Для этого были созданы огороднические некоммерческие товарищества – ОНТы, а на них распространяются цены для населения, – 1 рубль 77 копеек за Квт/час.
Глава Перекопского сельского поселения Сергей Кудрин, столкнувшись с угрозой, что люди останутся без воды начал искать пути выхода из этого тупика и первым в районе пришел к выводу, что ОНТ – самое приемлемое решение проблемы.
– Может это и незаконно, но людей надо спасать, – рассуждает Сергей Кудрин. – Поначалу договора на электроснабжение ОНТ заключались беспрепятственно, но потом ОАО «Волгоградэнергосбыт» в лице Михайловского межрайонного управления заартачилось. Нам стали говорить, что будут работать только по нерегулируемому шестирублевому тарифу.
Наверное, энергетиков можно понять: тариф хоть и нерегулируемый, но все имеет свою цену, свою себестоимость. Говорят, что сам «Энергосбыт» покупает электричество по три рубля за киловатт, а дальше идет надбавка за сбытовые, накладные и прочие расходы... А может быть, как говорится, «во всем виноват» Чубайс со своей энергетической реформой, которая все чаще подвергается критике со стороны первых лиц государства... Спикер Госдумы Борис Грызлов, например, заявил на последнем съезде партии «Единая Россия», что «сегодня мы пожинаем плоды деятельности РАО «ЕЭС», которая паразитировала на мощностях и сетях, полученных в управление от государства, вместо того, чтобы инвестировать в их развитие». А может быть все дело в отсутствии конкуренции? Ведь, по сути, вместо одной большой монополии было создано множество маленьких, территориальных.
– Непонятно, почему несколько соседних районов могут получать электроэнергию только у одного поставщика? – недоумевает Сергей Кудрин. – Может поэтому монополист имеет возможность повышать цены и не желает заключать договора с сельскими ОНТами.
Действительно, ОАО «Волгоградэнергосбыт» отказывается заключать договора с ОНТ «Манойлинское» и, скорее всего, не намерено продлевать их с захаровскими и перекопскими огородниками.
Впрочем, у энергоснабжающей компании на этот счет есть своя точка зрения. Главные контраргументы заключаются в том, что ОНТ как некоммерческая организация, учрежденная гражданами на добровольных началах для ведения садоводства, огородничества и дачного хозяйства не может оказывать коммунальные услуги водоснабжения и водоотведения.
С другой стороны, у сельских жителей вызывает недоумение своеобразная энергетическая дискриминация: «Почему в отношении селян нельзя применять льготные тарифы, а в отношении городских дачников – можно? Ведь среди них немало состоятельных людей, которые получили право и прописываться, и жить на своих фазендах».
Да, сельское хозяйство – это не только продовольственная безопасность страны, но и социальное благополучие в обществе и даже экологическая обстановка в регионе. Как рассказала Татьяна Кондратьева, наметилась удручающая тенденция: из-за дорогой воды люди начинают вырубать сады: сейчас их поливать дорого, а скоро будет и нечем... Неужели можно допустить, чтобы наша Волгоградская область вот так запросто превратилась в безводную и обезлюдевшую пустыню?
Как бы там ни было, а законодательные хитросплетения, связанные со снабжением электричеством и водой – дело профессиональных юристов. Сейчас по поводу величины энерготарифов между ОАО «Волгоградэнергосбыт», с одной стороны, и администрацией Манойлинского сельского поселения и ОНТ «Манойлинское», с другой, идет судебная тяжба в арбитражном суде Волгоградской области. Остается надеяться, что правосудие разберется, кто виноват, а кто прав в этом запутанном деле. Вот только стоит ли бросать людей на произвол судьбы даже по закону?
– Я написал письмо в энергетическую компанию, чтобы мне дали расшифровку, из чего складывается этот тариф, – комментирует депутат Волгоградской областной думы Алексей Сарафанов. – Только после этого можно будет давать профессиональную оценку действиям сторон. Но в любом случае, нельзя бросать деревню на произвол судьбы, нельзя допускать, чтобы страдали простые сельские жители.