Волгоградка, страдающая от ВИЧ-инфекции 17 лет, помогает людям жить

Волгоградка, страдающая от ВИЧ-инфекции 17 лет, помогает больным жить
Поставленный врачами диагноз, как правило, окончательный и обжалованию не подлежит. Он ломает жизнь человека, делит ее на до и после. То, что было до, – радостно, шумно, счастливо. То, что после, – бесперспективно и мрачно. А может быть, не все так мрачно? Если ты сумеешь взять себя в руки, сможешь посмотреть на мир другими глазами, найдешь цель, ради которой нужно жить, тогда даже самая страшная болезнь может отступить. Мы будем рассказывать вам о людях, которые смогли это сделать. Неизлечимое заболевание стало для них билетом в новую активную и счастливую жизнь. И первая наша героиня – Ольга (по ее просьбе имя изменено). Уже более 17 лет она живет с ВИЧ-инфекцией.

Шок

Послушная мамина дочка из благополучной семьи, умница и красавица, которая не то что наркотики – пиво не пробовала и позже 21.00 домой никогда не приходила, заразилась ВИЧ половым путем. О том человеке Ольга до сих пор вспоминать не хочет – ей очень больно, обидно и противно.

По злой иронии судьбы о страшном диагнозе девушке сообщили в день ее 18-летия в больнице, где она лечилась от желтухи.

– Мне тогда одна из врачей сказала: «Красный бланк на тебя пришел», – вспоминает Ольга. «Что такое красный бланк?» – спрашиваю. «Что-что – да СПИД у тебя! Колоться надо было меньше». – «Да я никогда не кололась!» – «Маме своей сказки рассказывай. Не бойся: два-три года еще проживешь!» И написали мне на бумажке адрес областного Центра СПИДа.

У девушки был шок. В Центр СПИДа она поехала не сразу – пыталась пересдать анализы в других медорганизациях, надеялась на чудо. Просто не верила, что это могло случиться с ней, – она же не проститутка, не наркоманка. Но результат анализов не оставлял надежды.

– Я всерьез думала о самоубийстве, – признается наша героиня. – О вирусе тогда ничего не знала, слышала только песню Земфиры: СПИД – это смерть. Переживала очень тяжело, совершенно изменилась, перестала со всеми общаться, даже из дома ушла. У какой-то бабульки снимала койку на другом конце города. Днем училась, по ночам работала в киоске. Сознательно выматывала себя, чтобы не думать о самом страшном. Через несколько месяцев все-таки собралась с духом и поехала в Центр СПИДа. Сдавала анализы, постоянно общалась с медицинским психологом. Но от страха все, что он мне говорил, в одно ухо влетало – в другое вылетало...



Лишь спустя год Ольга решилась рассказать о своей беде лучшей подруге. А потом о заболевании узнала мама.

– Сгоряча все получилось, глупо как-то. Мы с ней тогда поругались, и я ей брякнула: «Что ты ко мне пристала? У меня СПИД, я вообще умираю!» У мамы случилась истерика…

Всем назло!

Специалисты Центра СПИДа помогли девушке прийти в себя. Страшный вирус никак себя не проявлял, и жизнь Ольги вошла в привычную колею. Хотя какая там «привычная»?! Ольга хотела как можно больше знать о своем заболевании, собирала любую информацию о ВИЧ. Выяснила, что ВИЧ – это еще не СПИД, и существует специальная терапия, с которой можно прожить не два-три года, как пугали в больнице, намного дольше. Появилась маленькая, но надежда.

– Я решила для себя: сколько проживу, столько и проживу, – рассказывает Ольга. – В это время в Центре СПИДа начали реализовывать федеральный проект по созданию групп взаимопомощи для ВИЧ-позитивных. Я пришла в такую группу и сразу заняла лидирующую позицию, меня какая-то дикая злость взяла. Я же к своим 19 годам жизни-то, по сути, не видела, и вот спустя год после того, как узнала о диагнозе, дала себе установку: я выживу всем назло!

Поначалу все было непросто и даже страшно. Пациенты Центра СПИДа настолько боялись друг друга, что на занятиях группы даже номера своих телефонов не давали. Да и общаться, вспоминает Ольга, хотелось далеко не со всеми. Но со временем удалось наладить контакты. Активная Ольга не унималась – возглавила одну из организаций, объединяющих людей, живущих с ВИЧ, начала им помогать словом, полезным советом и делом.

– Я, – объясняла она, – вспоминала себя 18-летнюю, напуганную, раздавленную страшным диагнозом. Если бы мне тогда встретились вот такие активные ВИЧ-инфицированные люди, которые поддержали бы меня и, образно говоря, морально дали пинок под зад, возможно, у меня бы не было той жесточайшей депрессии и два года не выпали из моей жизни.

Ольга консультировала всех желающих по телефону, проводила акции, ездила по другим городам, смотрела, как там организована подобная работа, что-то придумывала сама. Она чуть ли не первой в России организовала клуб знакомств для ВИЧ-позитивных и стала неофициальной главной свахой!

– А что, это ведь огромная проблема. Да, у человека статус ВИЧ+, но жизнь его на этом не останавливается. Он хочет жить, любить, иметь семью. А два человека с одним диагнозом гораздо проще найдут общий язык.

Когда ее подопечные сыграли первую свадьбу, это был ее личный большой праздник. А сейчас таких свадеб «на счету» у Ольги уже не один десяток, и большое количество деток, рожденных парами, в которых один или оба партнера – носители вируса. Работала Ольга и с ВИЧ-инфицированными беременными – убеждала их не делать аборт, ведь сегодня благодаря специальной перинатальной терапии у женщин с ВИЧ есть реальная возможность родить здорового ребенка.

Сила любви

А потом и к ней самой пришла любовь. С этим парнем она познакомилась у общих знакомых, разговорились, понравились друг другу, и на этом все закончилось.

– Да, это была моя инициатива, – объясняет Ольга. – Парень хороший, ко мне замечательно относится. Но какая у нас перспектива? Как он отреагирует на мой диагноз? И мы пропали из жизни друг друга. Случайно встретились только через четыре года. Снова разговорились, и я ему откровенно заявила: «Не получится у нас с тобой ничего, потому что у меня ВИЧ». У него просто челюсть упала. «Такого, – говорит, – быть не может. У меня тоже ВИЧ». Через несколько месяцев мы сыграли свадьбу, а три года назад у нас родилась Аленка.



Аленка – любимый и долгожданный ребенок. В Центре СПИДа говорят, что во время беременности Ольга была идеальной пациенткой – принимала необходимые препараты и выполняла все рекомендации врача. В роддоме все знали о ее диагнозе, да она и не шифровалась.

– Я до самых родов и сразу после них читала лекции студентам-практикантам о ВИЧ/СПИДе, – смеется Ольга. – А в том, что наш малыш родится здоровым, даже не сомневалась. Вот она какая красавица у нас получилась.

Когда новоиспеченную мамочку выписывали из роддома, она сказала медперсоналу: ждите, мол, через три года вернусь. И не обманула. Сейчас Ольга на седьмом месяце беременности. Кстати, и сейчас, практически на сносях Ольга не прекращает свою консультационную деятельность, на общественных началах помогая специалистам Центра СПИДа. Встречается с пациентами этого медучреждения, делится своим опытом 17-летней жизни с ВИЧ, рассказывает о том, как важно постоянно проводить терапию, а самое главное – не отчаиваться, когда услышишь страшный диагноз. Они смотрят на нее – красивую, счастливую, с огромным пузякой и верят: с обнаружением ВИЧ-инфекции и у них жизнь не закончится.

Комментарии

Почему страдает? Заголовок не удался

Добавить комментарий

Поделиться в соцсетях