«Я побывал в аду. Людям там делать нечего…»

Утверждает бывший бизнесмен, а ныне пастор волгоградской церкви «Преображение»

Если бы несколько лет назад кто?то сказал Владимиру Илюхину, успешному бизнесмену и талантливому спортсмену, что он станет пастором протестантской церкви, он бы рассмеялся тому в лицо. В конце 90?х человека, более далекого от церкви, было трудно себе представить.

«Ушел в бизнес, то есть стал преступником»

– Начать с того, что я был убежденным атеистом, – рассказывает Владимир. – А иначе и не могло быть, ведь я вырос в семье ученых-медиков.

Его отец – микробиолог, профессор, член-корреспондент Нью-Йоркской академии наук, мама – главный дерматолог города, младший брат – доктор наук, довольно известный в Волгограде кардиолог.

В отличие от брата Владимир не пошел по стопам родителей: окончил политехнический институт, отслужил в армии, прошел Чернобыль. И тут грянули лихие 90?е. Передел собственности, отстрел авторитетов, криминальные группировки ...

– Я был и свидетелем, и участником тех событий, – вспоминает наш собеседник. - Ушел в бизнес, что в то время, по сути, значило – стал преступником. Я шел по головам, воровал, обманывал, только что не убивал!

Деньги решали все

Владимир объясняет: он никогда не задавался вопросом, почему в той мясорубке гибнет так много людей? В то время его занимали лишь деньги, которые, как он считал, могут решить любые проблемы.

У него была большая квартира, дача, шикарная машина, красавица-жена и двое сыновей. Словом, жизнь удалась…

А церковь? Люди, посещавшие храмы, вызывали у него жалость. Неудачники, выпрашивающие подачку.

– Нищие на паперти, неприступные батюшки, колокола и купола – все, с чем ассоциировалась у меня вера, – говорит Владимир. – Тем не менее, именно в то время я крестился в православном храме. Не по велению души, разумеется, а потому, что было модно. После этого мы отправились пить и веселиться – надо же было отметить событие. Сейчас мне стыдно вспоминать об этом…

«Впереди была смерть»

На пике своей «карьеры» Владимир заболел – у него случилось серьезнейшее воспаление внутренних органов. Его доставили в больничный комплекс и стали спешно готовить к операции.

– Мне привязали руки-ноги, дали наркоз. Я не знаю точно, в какой момент это произошло, но моя жизнь изменилась в одночасье. От меня – здорового, спортивного, успешного – не осталось ничего, – вспоминает Владимир. – Я отключился и вдруг увидел себя сверху, лежащим на операционном столе.

Он ощущал свое тело, но оно было несколько иное. Владимир полетел по больничным коридорам. Скорость была сумасшедшая. А коридоры то сужались, то расширялись…

Он вылетел в огромное пространство, залитое светом, но солнца не было.

Рай и ад

Владимир осознал: это рай. Вдалеке виднелся потрясающий город, он слышал чудесную музыку. С ним заговорил голос, спросивший, нравится ли ему тут, на небесах.

– Я ответил, что очень нравится, – вспоминает Владимир Илюхин.

И ему сказали: «Ты знаешь, это место не для тебя. Тебе – в другую сторону».

Это потом он узнал, что рай и ад находятся очень близко, а тогда снова полетел по коридорам. И оказался в огромном сером пространстве, как будто вокруг сгустились сумерки.

– Меня вдруг пронзила дикая боль, не имеющая ничего общего с земными ощущениями, – рассказывает Владимир. – У человека есть болевой порог, переступив через который он теряет сознание, может даже погибнуть от шока. Здесь я не мог ни отключиться, ни умереть, не мог даже кричать – не было сил.

И он понял, что отныне так будет всегда. Веки вечные чудовищных мук… И тут его озарило: рай – это не цветочки и не ангелы, сидящие на облаках. Это близкое присутствие Бога, контакт с ним. Ад – полное его отсутствие. Это место не для людей.

Возвращение

– И вот тогда я закричал, ведь я никого не убивал! – говорит Владимир. – Но передо мной развернули всю мою жизнь и дали понять, что я нарушил все заповеди до единой.

Да, он никого не убивал, но сколько раз мысленно желал смерти? Ему показали всю подноготную жизни: как воровали, гуляли, не держали слова.

– Не знаю, откуда в тот момент взялась решимость, – продолжает Владимир, – но я сказал голосу: «Если вы вернете меня обратно на землю, я обещаю всю оставшуюся свою жизнь рассказывать об этих местах людям».

И он снова полетел по коридорам, опять увидел себя со стороны – вокруг его тела суетились врачи. Владимир пришел в себя. Он остался жив.

Депрессия и водка

Едва выписавшись из больницы, Владимир впал в жуткую депрессию. Он перестал спать, есть и разговаривать. Ему казалось: если он уснет, то вновь попадет туда, откуда уже не вернется.

– Любой фильм ужасов – детский сад по сравнению с тем, что я пережил, – объясняет Владимир. – Чтобы не сойти с ума, я брал большую кружку, наливал водки и просто падал.

От него ушла семья – жена и двое сыновей. Он ходил по церквям, ложился под иконы, рыдал и спрашивал, за что эти испытания и что же теперь делать?!

«Отправьте меня на Соловки!»

– Я прорвался к настоятелю Свято-Духова монастыря, – говорит Владимир, – просил его запереть меня в самой дальней обители, хоть на Соловках!

Он говорил: «Посмотрите на меня, я еще крепкий мужик, я буду работать, пилить дрова – что угодно…» На что священник ответил: «Ты придешь ко мне ровно через месяц. И если решение твое останется неизменным, я тебе помогу».

– Для меня его слова были все равно что приговор, – вспоминает Владимир. – Какой месяц! Я не знал, как прожить следующий час!..

Жизнь изменилась вмиг

И в это время случилось чудо. Его мама, законченная атеистка, стала прихожанкой протестантской церкви.

– Меня ее просьбы сходить в храм сильно раздражали, – говорит Владимир. – И все же она меня уломала. И там, в этой церкви, я вновь почувствовал присутствие Бога.

С этого момента его жизнь изменилась. Сознание совершило такой кульбит, что дух захватило.

– Все, чем я гордился: силой, умением добиться цели любым способом, – стало моим позором. Я курил 25 лет и думал, что бросить невозможно, а тут избавился от пагубной привычки буквально за день. Смерть стала проверкой всех моих идеалов, всех чувств, проверкой моей любви к людям, к Богу.

Потом были Воронежский институт богословия, Московская богословская семинария, новая семья. Владимир стал пастором церкви «Преображение», которую построил вместе со своим наставником, пастором Валерием – в прошлом университетским преподавателем.

«Чтобы это понять, надо пройти через врата ада»

– Хоть мы и зовемся протестантами, никакого протеста в наших действиях давным-давно нет, – улыбается Владимир.

Как известно, первым протестантом был доктор богословия Мартин Лютер, прибивший в 1517 году к дверям церкви свои 95 тезисов, в которых выступал против злоупотреблений католической церкви, в частности, против продажи индульгенций.

– Сейчас наша основная деятельность – помощь нуждающимся, – объясняет пастор. –

Недавно взяли шефство над детским домом. Никакого прейскуранта у нас нет – ни за венчание, ни за погребение.

Чаще всего к ним приходят люди, оказавшиеся у черты: тюрьма, смертельная болезнь, долги, развод. Люди получают здесь помощь и… редко остаются. И осуждать их за это не имеет смысла, считает Владимир.

– Для того чтобы понять, что любое действие может оказаться последним, а каждый поступок имеет значение, нужно в буквальном смысле пройти через врата ада, – говорит он.

фото Лилия Кантур

Поделиться в соцсетях