Я просто доктор

Самый знаменитый врач России Леонид Рошаль ставит диагнозы отечественной медицине и политике. У него 14 орденов и медалей, а также множество званий – доктор медицинских наук, профессор, президент Национальной медицинской палаты, «Детский доктор мира», «Европеец года», «Россиянин года», «Звезда Европы-2005», эксперт Всемирной организации здравоохранения. А он совершенно искренне считает основным событием в своей жизни то, что вообще родился, и больше всего гордится тем, что «в подлизах не состоит».

О докторе Рошале общественность впервые услышала, когда он вел переговоры с террористами во время террористического акта в Беслане и спасал заложников во время теракта на Дубровке в Москве в 2002 году. Но российские медики говорят ему спасибо еще с 1994 года – именно тогда он «поднял волну» против витавшей в правительственных кругах идеи закрыть не только педиатрические факультеты в медицинских вузах, но и даже детские поликлиники, и своим авторитетом сумел сохранить и то, и другое. В прошлом году Леонид Михайлович вновь стал возмутителем спокойствия, выступив на Первом Всероссийском медицинском форуме с открытой и жесткой критикой Минздравсоцразвития РФ. Однако в том же году присоединился к Народному фронту, созданному по инициативе Владимира Путина, и стал фактически его доверенным лицом как кандидата в Президенты. Друзья и недруги называют Леонида Михайловича «человеком из кремня» и «доктором политических наук». Но и те и другие не отрицают: он хоть и парадоксальная, но, несомненно, Личность. На днях Леонид Рошаль побывал в Волгограде, встретился с медиками и поделился своим видением сегодняшней жизни. Какие же диагнозы ставит происходящему самый знаменитый доктор России?
Мы на все смотрим сквозь доллар
– Леонид Михайлович, тема вашей встречи с коллегами была заявлена как «Роль гражданского общества в совершенствовании здравоохранения». Однако на Болотной площади в Москве вы не были замечены, хотя НИИ неотложной детской хирургии и травматологии, который вы возглавляете, от нее в двух шагах…
– Да, на митинг не пошел. Я занимался организационными делами. Мы с коллегами освободили операционные и приготовились. Думали: вдруг заваруха начнется, надо же помощь оказывать. Приехали в тот день все – травматологи, реаниматологи, хирурги… Слава Богу, ничего не произошло, и наша помощь не понадобилась. На следующий день я пригласил ребят, которые были там, на Болотной, поговорил с ними. Среди них был один мой хороший знакомый. У него квартира в Москве, дача под Москвой, дом в Швейцарии. Я говорю: «Тебе-то чего надо?». «Замучили «откаты», – объясняет. – Везде надо платить, бизнес пошел вниз». Так что разные люди были на Болотной, в том числе и такие. И умирать за какие-то идеалы они совсем не хотели. А вот у Белого дома в 1992 году были особые ребята. Был какой-то общий подъем, все были друзья-товарищи. И, поверьте, вот они, если понадобилось бы, были готовы умереть.
– А если бы кто-то из них, в том числе и вы, знали, что будет потом?
– Тогда бы мы призадумались. К сожалению, плодами той «революции» воспользовались совсем не те, кто был у Белого дома. В страну начали приезжать какие-то мультимиллионеры с благотворительными целями. На самом же деле они фактически диктовали политику, назначали министров, снимали министров… Все разворовывалось, все покупалось, промышленность остановилась, народ стал нищать. И здравоохранение покатилось вниз. С Ельциным пришли молодые «реформаторы», стали говорить, что советская система здравоохранения никуда не годится. Надо все сломать, педиатрические факультеты закрыть и везде посадить врачей общей практики. Сколько борьбы было за то, чтобы отстоять! Но – отстояли. И правильно сделали. Потому что сегодня семьи с детьми из Финляндии, например, едут лечиться к нам – у них «узких» специалистов не осталось. Развалили они это дело. А мы – нет. Но у нас другая проблема – пропало чувство ответственности, чувства долга перед Россией. Мы на все смотрим сквозь доллар, сквозь евро. Каждый из нас, кто пережил 90-е годы, приходил на работу, надевал белый халат и работал, несмотря на огромные задержки зарплаты. Врачам того периода надо ставить памятник. Да и сейчас врачам надо ставить памятник – за работу в сегодняшних условиях.
Никак не вылезем из 90-х
– Вы были членом Общественной палаты, когда она приняла важнейшее для здравоохранения России политическое решение: признала это самое здравоохранение неудовлетворительным и не соответствующим Конституции РФ.
– Да, мы приняли это решение – при противодействии клерков Президентской администрации и Правительства РФ. И надо было задуматься, что делать. Работа в Общественной палате позволила нам общаться с руководством страны. Я был на совещании, на котором присутствовал Зурабов, тогдашний министр здравоохранения. Он говорил Путину, что здравоохранению денег не нужно: мол, их и так много, просто их не умеют использовать. А мы объясняли: здравоохранение рухнет, если не подкрепить первичное звено. В поликлиниках оставалось тогда 30-40% врачебных кадров. И что интересно: Путин послушал не Зурабова, а нас. Был создан нацпроект «Здоровье», который и по сей день реализуется. Благодаря ему зарплату участковым врачам увеличили с 6000 до 16000 рублей. Тогда это деньги были. Не как сейчас – увеличение заработной платы на 6,5% к окладу. Смешно!..
– Но первичное звено сохранили, а «узкие» специалисты ведь до сих пор обижены…
– Есть политическая воля, и есть те, кто исполняет политические решения. Мы говорили: надо повысить зарплату всему первичному звену. Но никому даже в страшном сне не могло присниться, что зарплату повысят только участковым и не повысят «узким» специалистам, врачам школьных и дошкольных учреждений, заведующим отделениями. То, что не повысили узким специалистам, аукается до сих пор. Сегодняшняя катастрофа с врачебными кадрами была заложена Минзравом еще тогда. А школьные и дошкольные учреждения? Здоровье закладывается в школах и детских садах. Врачей там и так не хватало, а после этого они вообще стали уходить в поликлинику участковыми. Заведующие отделениями тоже начали уходить на участок, и общий уровень контроля упал.
И не только зарплата. Из федерального бюджета были выделены деньги для покупки 5000 машин скорой медицинской помощи. Правильное же решение. А что сделали исполнители? Машины с повышенной проходимостью оставляли в городе, а те, которые проходимости не имеют, посылали на село. Массово! А центры высокой технологии? Было принято решение о строительстве в России нескольких сердечно-сосудистых центров. Мы говорили: строительство – это хорошо, но есть уже существующие отделения сердечно-сосудистой хирургии, которые работают всего на 30-40% от мощности, потому что нет денег. Дайте деньги туда, поднимите их и одновременно стройте центры! Но решили только центры.
Народ у нас не дурак!
– Однако вы, не любящий политику и принципиально не вступающий ни в одну партию, говорили о том, что счастливы вступить в Народный фронт. Конец, выходит, независимости президента Национальной медицинской палаты?
– А я и сейчас повторю: какое счастье, что мы вступили в Народный фронт! В противном случае было бы невозможно остановить Минздравсоцразвития в его принятии важнейшего закона – закона «Об основах охраны здоровья граждан Российской Федерации». Это же наша с вами жизнь! Помните, какая буря тогда поднялась? Все говорили, что закон сырой, слабый, над ним надо еще поработать. Нет! Немедленно принимайте, причем сразу во втором чтении! И только вступление в Народный фронт позволило нам сказать в глаза Президенту России и премьер-министру, что закон сырой. Путин нас поддержал, сказал, что не стоит торопиться с его принятием. И впервые в истории Госдумы, когда закон прошел все комитеты, давшие положительные оценки, и его осталось только принять, мы опять посадили депутатов и стали работать с ними статья за статьей. Я благодарен тем волгоградцам, которые присылали свои замечания на сайт Национальной медицинской палаты. Один сельский доктор из Владивостока такие предложения прислал – просто министр. Народ у нас не дурак. С ним советоваться просто надо. Замечаний на 400 страниц набралось, и в результате внесли в этот закон 104 серьезные поправки. А потом еще по предложению Национальной медицинской палаты и при поддержке Путина было решено увеличить заработную плату ординаторов и интернов в 2 раза. Работая над этим законом, мы показали, что такое настоящее гражданское сообщество, и насколько оно может быть сильно.
О людях надо думать
– Национальная медицинская ассоциация разработала программу «Здоровая нация» для Народного фронта. В чем ее суть?
– Главная цель программы: за 5 лет мы должны удвоить число россиян, довольных здравоохранением (сейчас таких около 30%). Это задача не только будущему президенту, премьеру и Минздраву, но для всех медиков. Потому что иногда народ недоволен не качеством наших знаний, а этическими вопросами – когда мы улыбнуться не можем, когда грубим иногда, когда невнимательны. Будучи недавно в одном из регионов, по дороге остановился в селе, подошел на улице к женщине: как у вас со здравоохранением? Она как рот открыла – и все, можно было вообще никуда не ехать. Там ФАП закрыли, здесь участковую больницу, чтобы попасть в поликлинику, надо ехать в райцентр за 50 км на автобусе, который ходит всего 2 раза в день. Вот вам и доступность медицинской помощи. И мы хотим, чтобы после этого народ был доволен? Есть такое понятие – рентабельность. Так вот в здравоохранении такого слова, как «рентабельность» быть не должно! Надо о людях прежде всего думать.
В программе написано, что детям до 12 лет лекарства надо отпускать бесплатно! Хотя бы детям из неблагополучных семей. Надо снизить цены на гипотензивные препараты. Зайдите в аптеку: они стоят около 1 тыс. рублей. А что такое гипертония? Сегодня гипертония – завтра инсульт, человек становится инвалидом. А, может, снизить цену (не для миллионеров, конечно), и чтобы была эффективная терапия? В программе сказано: если человек приходит в поликлинику, надо так построить систему, чтобы он более 20 минут не ждал. Сказка? Нет. Я видел такое. Там написано, что без решения социальных вопросов врачей и медсестер, без повышения им заработной платы мы проблему здравоохранения в России никогда не решим. И еще там написаны очень важные вещи о социальной и даже социально экономической ответственности граждан за свое здоровье. Потому что назначения врача пациенты порой не выполняют, их состояние ухудшается, а мы должны лечить и тратить большие деньги. За рубежом этот вопрос давно решен – через страховые компании. Не выполняешь – больше платишь за страховку. Мы тоже к этому уже подошли.