Жизнь на краешке земли

Дом 82-летней Ольги Тюриной из села Нижний Балыклей вот-вот уйдет под воду, однако непокорная старушка наотрез отказывается покидать опасную зону. Каждое утро бабушка Оля подходит к обрыву, на котором стоит ее дом и вглядывается в темную воду. Наметанным глазом старушка видит сколько сантиметров земли отобрала река у суши за ночь. Несколько лет ее родное село уходит под воду – эрозия почвы и обрушение берегов больное место для сел, расположенных в районе Волгоградского водохранилища. Почти все население Нижнего Балыклея давно покинуло насиженные места, но только не бабушка Оля. Решительная сельчанка держит домашнюю скотину, косит сено, копает картошку и не ест ничего магазинного. Почему бабушка Оля отказывается переезжать в безопасное место, узнала корреспондент районной сети «ВП» Ольга ОСЬМАКОВА

Осталась навсегда

К поселку добираемся по дороге среди бескрайней степи. На очередном подъеме открывается синяя гладь осенней Волги. На берегу реки торчат несколько покосившихся домиков с выщербленными изгородями.

Это все, что осталось от села Нижний Балыклей. Интенсивные паводки и сильные ветра подмывают берега, и те обрушаются. Каждый год Волга отбирает у суши несколько метров земли.

А когда-то здесь кипела жизнь, большую часть населения составляли приезжие с верховьев Волги. В числе переселенцев была и молодая Ольга Тюрина. Родилась она в мордовском селе Кучаняево. Как попала в Нижний Балыклей?

– Приехала вместе с закадычной подружкой в поисках лучшей жизни, – смеется бабушка Оля. – Это был 1959 год. В чемодане – пара легких платьев. – Колхоз у нас был небогатый – по весне люди разъезжались в поисках заработка, – вспоминает моя собеседница. – Но многие оставались надолго, а то и навсегда. Наша героиня – в их числе.

«Колхозная жизнь была по душе…»

В местном колхозе «Дружба» девчат приняли с распростертыми объятиями.

– Жили мы в домах-времянках, готовили себе еду из скудного пайка: мука, масло постное, кое-что из круп, – вспоминает моя героиня. – Трижды в день доили коров, по 17–18 ведер молока за раз. Тяжело, но никакая работа на ферме не страшила. Потому что колхозная жизнь была мне по душе…

В то время жизнь на селе кипела. Было многолюдно, работали клуб и школа, построили большой магазин, в котором было целых два больших отдела. В одном – продукты, в другом – промышленные товары. Раз в год, на Дне урожая, передовых колхозников премировали ценными подарками.

– Мне дарили чайные сервизы, деду – часы, – слышу радостные нотки в рассказе о былом.

Дедом она называет своего супруга. Павел Игнатьевич Тюрин – тоже из приезжих. Такой же великий труженик, как и его половинка. Работал водителем, механизатором.

Родимый дом…

– Хату мы построили своими руками. Вот видишь, какой добротный, большой дом, с обеих сторон мазанный, – старушка проводит меня по избе. – Сына и дочь здесь воспитали. Жизнь наша здесь прошла. Пролетела, как один день…

– Жили мы, нижнебалыклейцы, дружно, красные дни календаря отмечали все вместе в клубе. К праздничному столу я всегда пекла мордовские пироги, семью кормила, соседей угощала.

– Натолчешь, бывало, картошечку, зажаришь лучок, маслица добавишь, – с северным оканьем нагоняет аппетит хозяйка. – И начинка готова.

Почти три десятка лет проработала Ольга Тюрина дояркой. Сутки делились на утреннюю и вечернюю дойку. Ведь буренок-кормилиц не оставишь ни в праздники, ни в выходные.

– Когда начали доить коров аппаратом – стало легче работать. Я и сейчас в свои 80 пошла бы дояркой поработать годок-другой, пока силушка есть, да вот колхоза нашего больше нет.

От перестроечных 90-х отмахивается:

– Все с ног на голову перевернулось! Да еще и беда приключилась: большая вода к нашему селу подкралась…

«Не нужен мне чужой берег!»

В Нижнем Балыклее и соседней станице Степаноразинской под воду ушли не только дома – целые улицы. Берега разрушаются интенсивно.

Однако район включили в одну из целевых программ и выделили средства для переселения самых нуждающихся. Местная администрация четко сработала с подготовкой документов. И уже 18 семей, попавших в эпицентр берегообрушения, получили «переселенческие» 600 тыс. рублей. Деньги не столь большие, но на дом в такой же деревеньке хватит. Новое место жительства переселенцы выбирали сами. Как правило, поближе к детям, к родне, в близлежащие села. Предлагали такой вариант и Ольге Кирилловне Тюриной.

– Не поеду в чужую «рыхлую» хату! – такое волевое решение приняла бойкая старушка. – Останусь в своей избе. Не могу я дом родимый покинуть. В нем вся моя жизнь пролетела…

Меж тем дом бабушки Оли стоит ближе всех к воде, едва ли не на обрыве. И каждое утро она начинает день с того, что спешит на берег, вглядывается в воду, насколько за ночь приблизилась она к избе. И просит милости у Бога и у матушки-Волги, чтобы не забирала ее домик.

Как живете-можете?

На ее подворье – овцы, курочки. В 100 метрах от дома хозяйка огородила участок. Называет его на городской манер – дачей. С нескольких соток вручную заготавливает сено – в былые времена ей не было равных на соревнованиях косарей. Физические нагрузки плюс здоровое питание – вот секрет энергии 82-летней бабушки Оли.

– Не ем ничего магазинного. Хлеб пеку, мясо – свое! Впрочем, в поселке уже давно нет даже магазина, не говоря о ФАПе – за покупками старушка ездит на центральную усадьбу. Бывало, отправлялась за товаром с соседом на мотоцикле, но тот давно переехал. Сегодня село практически пустое. И потому приходится бабе Оле для поездок в магазин нанимать «легковушку». С огорода собирает свою картошку, помидоры, огурцы, тыкву. Так что покупает лишь сахар, соль, крупы и спички.

Но нынешним летом бабушка Оля впервые в своей жизни занемогла.

– Радикулит разбил, – призналась старушка. Но дочка подлечила, она по профессии – медсестра. Живет в Волжском.

«Из хаты своей – ни ногой!»

– «Переселенческие денежки» конечно же мне не помешали бы, – рассуждает старушка. – В прошлом году потратилась на бурение водяной скважины – около 30 тысяч. Есть и другие планы на жизнь. Но все равно здесь останусь. На мой век оставшегося куска берега хватит… Говорят, что надо жить в старости там, где есть больница и асфальт. Но баба Оля с этим готова поспорить:

– Надо жить в своем родном доме! Своя земля силы дает, свой дом от всех болезней и напастей хозяина защищает… Словом, она «из своей хаты – ни ногой!». Сказала, как отрезала, нам на прощание бабушка Оля...

КОММЕНТАРИЙ СПЕЦИАЛИСТА

– На сегодняшний день в Быковском районе завершена работа по переселению жителей села Нижний Балыклей и станицы Степаноразинской из зоны берегообрушения.

Волгоградское водохранилище забрало в этих местах сотни метров земли, медленно унесло с собой целые улицы, – говорит глава Верхнебалыклейского сельского поселения Людмила Колебошина. – В станице, к примеру, больше полусотни домов ушли под воду. Последние 16 домов мы переселили в прошлом году – на это потребовалось более 8 млн рублей. Средства были выделены из резервного фонда губернатора Волгоградской области и местного бюджета в рамках программы по переселению из жилья, непригодного для проживания, находящегося в зоне берегообрушения.

Конкурс на приобретение жилья провели с учетом мнения переселенцев. Многие предпочли не уезжать далеко от родной станицы. Большинство обживаются на новом месте и в целом довольны переездом. Старики, конечно, тоскуют по прежнему месту жительства. А вот, например, большая семья Галины Чмырь, наоборот, радуется новому дому. Маме троих детей важно, чтобы рядом была школа. Да и в новом доме жить комфортно: есть газ, вода. Вместе с главой администрации района Наталией Поволокиной посетили всех переселенцев, расспросили, как они устроились на новом месте, выслушали их проблемы и по мере возможности поможем их решить…

DNG

Поделиться в соцсетях