Опасный вираж крутого бизнесмена

Каждый из тех, кто по различным причинам не хотел, чтобы эта история стала достоянием гласности, начинал общение с прессой с намеков: «Вам что писать больше не о чем? Подумаешь ДТП, да таких в день по десятку». Позвольте не согласиться. Обвинительное заключение по данному происшествию, которое подготовили следователи УВД по Волжскому очень напоминает популярный в народе анекдот про въехавшую в асфальтовый каток крутую иномарку, где инспектор ГИБДД, прибывший на место происшествия, спрашивает у водителя катка: «А теперь рассказывай, как обгонял, как подрезал».

Роковая встреча

 

В то раннее апрельское утро ничто не предвещало беды. Сухая дорога, ни намека на туман. Это была своего рода вахтовая поездка, люди ехали из Волгограда в Волжский на работу. Они не были знакомы, но знали друг друга в лицо и даже здоровались при встрече.

– Лично я старалась попасть в маршрутку именно к этому водителю, – рассказывает потерпевшая Оксана Алехина. – Он всегда очень аккуратно вел машину, никогда не лихачил. Мы, доверяли ему и были уверены, что находимся в полной безопасности. В то утро я спала в машине, не видела, как на нас выскочил Мерседес, и вдруг резкий удар, маршрутку развернуло, сорвало дверь в салоне. Меня и еще несколько человек выкинуло из маршрутки. Просто счастье, что в тот момент не было встречных машин.

Больше всех досталось 25-летней Ольге Носковой. Многие свидетели трагедии посчитали, что после такого падения девушка погибла.

– Я то приходила в сознание, то снова отключалась, – вспоминает Оля. – Дышать было трудно. Голову не могла поднять. Помню, что подходил водитель маршрутки, какая-то девушка. Они пытались мне помочь. А когда приехала «скорая» и врачи сделали укол, потеряла сознание надолго. Потом мне сказали, что в реанимации я провела пять дней.

После аварии Ольге удалили селезенку, зашили печень, зафиксировали перелом таза, а еще она получила сотрясение головного мозга.

Проверка на сострадание

Авария стала тестом на сострадание и человечность. Ни одна из машин не проехала мимо. Водители останавливались, грузили в свои машины окровавленных людей и везли в больницу. Сами пострадавшие помогали своим товарищам по несчастью.

– Я сидел на переднем сиденье рядом с водителем маршрутки, – вспоминает Олег Бабайцев. – Артур ехал по своей полосе, никаких машин перед нами, чистая дорога, и вдруг этот Мерседес вывернулся, он даже не предпринимал попыток притормозить. Мгновение, удар. И у меня все лицо залито кровью. На ощупь в своей сумке нащупал носовой платок. Вытер лицо. Крови было столько, что платок пришлось выжимать. Потом водитель маршрутки дал мне бинт. Привел себя более менее в порядок.

Олег вспоминает, что, помогая раненым, видел, как страшно упала Ольга. Первые секунды он думал, что это конец. К счастью, девушка оказалась жива. Досталось всем, но те, кто мог двигаться, помогали тем, кому крепче досталось.

– Я видел, как Артур Мартиросян помогал пассажирам выбираться из маршрутки. Когда случилась авария, он полез под машину отключать поврежденную топливную систему. Если бы рвануло, то трупов было бы не избежать, – продолжает Бабайцев. – И я считаю, что виноват в случившемся водитель Мерседеса, если бы он соблюдал правила дорожного движения, беды бы не случилось.

Свидетели и пассажиры ДТП в один голос заявляли, что водитель Мерседеса даже не пытался никому помочь. Он сидел на бордюре и звонил по сотовому телефону, а через несколько минут исчез с места происшествия. Свидетели запомнили, как возмущались сотрудники ГИБДД: «Устроил бойню на дороге и сбежал».

– На попутной машине меня доставили в больницу, где мне была оказана помощь, я тоже пострадал, – объяснил нам свое исчезновение с места ДТП водитель Мерседеса 64-летний Петр Агарков.

Без следа

В материалах обвинительного заключения нет никаких сведений о том, проводилась ли освидетельствование водителя Мерседеса на наличие алкоголя или наркотиков. Через неделю потерпевшего Агаркова выписали из больницы.

По словам родственников Артура Мартиросяна, дней через десять после аварии они предприняли попытку объясниться и договориться с Агарковым, но это долго не удавалось. В конце концов, Петра Васильевича удалось «выловить» на автостоянке, владельцем которой он являлся. Вышел респектабельно одетый седовласый мужчина, который категорично заявил: «Я ни в чем не виноват, и платить никому ничего не собираюсь».

– Его заместитель по работе навестил меня всего один раз и то, когда меня уже после операций выписали из больницы домой, – вспоминает Ольга Носкова. – Сказал, что Агарков готов возместить моральный и материальный ущерб. Спросил, сколько хочу получить от него за свои страдания. Я ответила, но больше ко мне никто не приходил. Самого Агаркова мы, потерпевшие, увидели только в суде. Своим видом он демонстрировал, что ему наплевать, что мы по его вине стали инвалидами.

Очевидное – невероятное

Сотрудники ГИБДД, осмотрев место происшествия, составив схему ДТП, опросив многочисленных свидетелей, пришли к выводу, что Мерседес под управлением Агаркова следовал в то злополучное утро по второстепенной дороге со стороны садоводческого общества в направлении основной трассы «Волгоград – Волжский». При въезде на главную дорогу установлен дорожный знак «Уступи дорогу». А это значит, что законопослушный водитель должен остановиться и только убедившись в том, что его маневр безопасен и не создаст помех другим участникам движения, совершить выезд на главную дорогу. Но Агарков фактически пошел наперерез движущейся по главной дороге маршрутке. В отношении Петра Васильевича было установлено, что своими действиями он совершил преступление, предусмотренное ст. 264 ч. 1 УК РФ («Нарушение лицом, управляющим автомобилем, ПДД, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью»). Со стороны Мартиросяна инспекторы ГИБДД нарушений правил дорожного движения не нашли и через пару месяцев он получил постановление о прекращении в отношении него административного производства.

Несмотря на всю очевидность дорожного происшествия, следователь СУ при УВД по г. Волжскому Мазуренко расследовал это дело почти полтора года.

– Все это время, имея на руках постановление о моей невиновности, я был абсолютно спокоен, – говорит Артур Мартиросян. – Влез в долги, отремонтировал машину и вышел на работу. Со следователем мы и встречались, и созванивались. Каждый раз он уверял: «Вашей вины нет». А потом началась какая-то непонятная возня вокруг этого ДТП.

Как-то раз следователь Мазуренко позвонил: «Можете приехать на место ДТП?» Не ожидая подвоха, Мартиросян согласился. А когда приехал – увидел там Агаркова с адвокатом, следователя, понятых. Как выяснилось – проводился следственный эксперимент. И это через ПОЛГОДА после ДТП…

Дальше, по словам водителя маршрутки, стали происходить куда более странные вещи. Причем резкий поворот в данном расследовании и потерпевшие, и Артур Мартиросян связывают с появлением у господина Агаркова нового адвоката. К слову, третьего с начала расследования.

– Судя по всему, следственный эксперимент он инициировал, – говорит Артур. – Он практически руководил происходящим, и следователь с ним общался с особым почтением. В итоге они намерили так, что потом провели автотехническую экспертизу, которая пришла к выводу, что я, как камикадзе, с пассажирами на борту, мчался на скорости свыше 80 км в час по двойной сплошной. Причем по «встречке» неслась бОльшая половина корпуса моей машины. Если бы это было действительно так, то почему инспекторы ГИБДД, признали меня не виновным, в то время как должны были оштрафовать за нарушение правил. Кроме того, эксперты на основании данных сомнительного, на мой взгляд, следственного эксперимента «установили», что у меня была возможность уйти от столкновения. Да не было ее! Мерседес летел на нас, а не плелся со скоростью 20 км в час, как сейчас утверждает адвокат Агаркова.

Презумпция виновности

Мартиросян обратился за помощью в Волгоградское региональное отделение «Движение автомобилистов России». Там взяли дело под свой контроль.

– Мартиросян обратился к нам: «По моему, следователи, что-то «химичат» и хотят сделать меня виноватым», – рассказывает председатель организации Армен Оганесян. – Я сразу же проехал в областное ГИБДД, там мне подтвердили, что водитель маршрутки не виноват. У нас есть основания подозревать, что первоначальная правдивая схема ДТП была подредактирована. Мартиросян подавал ходатайство о проведении графологической экспертизы, но ему отказали. Это исследование могло бы расставить все точки над «i». Но, по всей видимости, были люди, которые в этом абсолютно не заинтересованы.

Вскоре водитель маршрутки узнал, что после полуторагодичной волокиты следствие пришло к выводу: помимо Агаркова в ДТП виновен и Мартиросян. Сообщили ему об этом оригинальным способом.

– Следователь Мазуренко звонил мне несколько раз на сотовый телефон, – рассказывает Артур Мартиросян. – Как я потом выяснил, ему нужно было СРОЧНО передавать наше дело в прокуратуру. И это после того, как он больше года его вел. Он мог бы прислать повестку, как положено, я бы пришел. Но он объявил на меня охоту. Я ехал с пассажирами по Волжскому. Меня остановили сотрудники ГАИ, сказали, что меня разыскивает прокуратура, велели всем пассажирам выйти из маршрутки. Забрали у меня документы и как особо опасного преступника доставили не в прокуратуру, а в кабинет следователя Мазуренко. Никто из сотрудников не представился, внятно не объяснил, за что меня задерживают. Судя по тому, что они после моего задержания по телефону решали, что со мной делать, куда везти, я понял, что они и сами не в курсе.

По факту данного задержания региональное отделение «Движения автомобилистов направило заявления в ГУ МВД РФ по Волгоградской области, областную прокуратуру. Полицейские ответили, что не видят в этом ничего противозаконного. Прокуратура вовсе не ответила на обращение, несмотря на то, что все отведенные законом сроки уже прошли.

Виновны оба

В суд следователь Мазуренко направил обвинительное заключение в отношении двух фигурантов по делу Агаркова и Мартиросяна. Вина Мартиросяна, по версии следствия состоит в том, что он не затормозил и не предотвратил столкновение. Это утверждение строится на заключении автотехнической экспертизы, о которой мы рассказали выше.

Водитель Мерседеса своей вины категорически не признает, хотя в беседе с нами отказался комментировать свою версию ЧП. Но в материалах обвинительного заключения его точка зрения прописана достаточно ясно: не останавливаясь оценил обстановку на главной дороге, маршрутку видел, но решил, что хватит времени для маневра, пересек уже почти половину дороги, и тут стало ясно, что не успевает, остановился на проезжей части и в этот момент в него въехала маршрутка…

Не надо быть экстра-специалистом, чтобы понять, что при таком повороте сюжета, у маршрутки должна быть повреждена передняя часть, но все повреждения на маршрутке только на правом крыле. Переднее стекло осталось целым, чего при лобовом столкновении, которое описывает Агарков, быть не может.

Мы связались со следственным отделом УВД по г. Волжскому. Заместитель начальника следственного отдела Александр Солодкий, который взялся прокомментировать ситуацию с ДТП, заявил, что ничего странного в том, что в обвинительном заключении фигурируют оба участника ДТП, нет. По его мнению, никаких нарушений в ходе проведения следствия допущено не было.

Совпадение или…

Нам удалось выяснить, что начальника следственного отдела по г. Волжский (непосредственного руководителя следователя Мазуренко) зовут Константин Владимирович Логинов. Адвоката Агаркова, с которым все потерпевшие связывают кардинальные перемены в ходе следствия, зовут Логинов Владимир Николаевич. По возрасту они могли бы быть сыном и отцом. Для того, чтобы установить не состоят ли адвокат и следователь в родственных отношениях, «Волгоградская правда» и «Движение автомобилистов России» подготовили запросы в ГУ МВД РФ по Волгоградской области. Кто знает, какие чудные открытия могут в связи с этим обнаружиться? Ждем ответа.

Что касается личности господина Агаркова, то в материалах уголовного дела в графе место работы значится – директор ООО «Юс-сервис», хотя во всемирной сети он запечатлен как генеральный директор завода «Баррикады». К слову, Мерседес, которым управлял Агарков, является служебным и по документам принадлежит оборонному предприятию. Но судя по всему, сам Агарков за полтора года, что шло следствие, превратился из преуспевающего бизнесмена в почти нищего. По словам потерпевших, на первом заседании он представил справку, что ежемесячный его доход сегодня составляет… Он ясно дал понять пяти потерпевшим, что платить им компенсации за убитое здоровье при любом раскладе не собирается – типа не с чего.