Потерпевшим требуется терпение

Третий год пострадавшие в ДТП добиваются в судах компенсаций за физический и моральный вред. При расследовании дела странным образом испарились документы, свидетельствующие о наличии алкогольного опьянения у виновника ДТП. В "жигулях" в момент, когда их протаранила иномарка, было 4 человека. Все они пострадали при ДТП и до сих пор проходят лечение. Но в материалах дела в потерпевших значится только одна девушка, остальных потерпевшими так и не признали.

Удар в спину

В тот вечер 12 сентября 2012 года Мария Андреева с семьей своих знакомых Никитой, Юлией и их мамой Надеждой Сиволобовыми возвращалась с дачи.

– ДТП произошло на въезде в Волгоград напротив алюминиевого завода. Дорога нормальная, сухая, Никита вел машину с небольшой скоростью. Видимо, переезд был закрыт и впереди стояла колонна машин. Но видно было, что автомобили начали движение. И мы тихонько подъезжали к переезду. И тут вдруг страшной силы удар в нашу машину сзади. Я, Юля и тетя Надя сидели сзади. Досталось всем. Резкая боль, а потом мы словно впали в шоковое состояние.

От удара у "жигулей" Сиволобовых заклинило задние двери, и женщины с трудом могли выбраться из машины. Виновник ДТП водитель Мitsubishi, по словам потерпевших, тоже едва выбрался из своего автомобиля, но проблемы с выходом из авто у него были несколько другого рода.

– Он был пьяный. Вел себя так, что создавалось впечатление, что он не понимает, где он и что с ним происходит. Он вышел из своей машины, пошатываясь подошел ко мне и спрашивает, как ни в чем не бывало: «А что встали-то, что случилось?» – вспоминает Мария Андреева.

– Когда ему объяснили, он начал сочинять, что это в него какая-то машина сзади врезалась. Мы осмотрели его автомобиль – ни царапинки, – вспоминает Надежда Сиволобова. – Вызвали сотрудников ГИБДД. Говорят, что ждать их частенько приходится подолгу, на наше ДТП они прибыли через пять минут. К нам, потерпевшим, ноль внимания. Как мы себя чувствуем, нужно ли нам вызвать "скорую", никто из сотрудников автоинспекции не поинтересовался. А вот с водителем иномарки каждый сотрудник уважительно поздоровался за руку: «Александр Иванович, что у вас случилось?» Выяснилось, что у водителя иномарки не оказалось при себе документов на вождение автомобиля. Мы стояли и ждали, когда сын водителя иномарки привезет их своему отцу. Только потом стражи правопорядка словно вспомнили о нас. Но опять-таки их интересовало не то, как мы себя чувствуем после удара, а то, сможем ли мы на разбитой машине доехать до отдела полиции для документального оформления происшествия.

В тот же день были составлены протоколы и схема ДТП, согласно которой виновником аварии являлся водитель Мitsubishi Александр Феоктистов. Александр Иванович прошел испытание алкотестером, который показал, что водитель находится в состоянии сильного алкогольного опьянения (1,397 мг/л), о чем сотрудник ГИБДД составил по всей форме акт освидетельствования на состояние алкогольного опьянения. Феоктистову было предложено проехать в медицинское учреждение для более точного исследования, но от прохождения медицинского исследования он отказался.

Едва пострадавшие оправились от шока, как последствия ДТП дали о себе знать. На следующий день они обратились за медицинской помощью. У Марии Андреевой врачи диагностировали ротационный вывих позвонка с болевым синдромом, у Юлии Сиволобовой ДТП спровоцировало стресс, остеохондроз шейно-грудного отдела позвоночника с болевым синдромом, у Надежды Сиволобовой – ушиб мягких тканей головы и сотрясение головного мозга. Все женщины прошли лечение в учреждениях здравоохранения.

Странное исчезновение акта

– Расследование по факту причинения нам телесных повреждений проводил дознаватель отдела дознания Тракторозаводского района Нечаев. Он не считал нужным ставить нас в известность о том, как продвигается расследование. Нам ничего не было известно о том, какие меры и решения были приняты в отношении Феоктистова. Мы звонили дознавателю, интересовались, он отвечал, что ждет, когда у всех нас закроются больничные листы (на тот момент они уже были закрыты). Бывало, что просто игнорировал наши звонки. Затем помощница дознавателя потребовала с нас информацию о том, в каких медицинских учреждениях мы лечились, чтобы проверить, как она утверждала, наличие документов из медицинских учреждений.

Но даже после того как пострадавшие предоставили больничные и справки, дело с мертвой точки так и не сдвинулось. Только после обращения в прокуратуру Тракторозаводского района (там установили факт задержки сроков расследования дела) дознаватель вызвал их к себе для ознакомления с делом.

– Дело было не пронумеровано, не прошито, не было никаких печатей, какая-то кипа бумаг, соединенных канцелярской скрепкой, – рассказывает Надежда Сиволобова. – И самое главное – в деле не было никаких упоминаний о том, что Феоктистов находился за рулем в момент ДТП в состоянии алкогольного опьянения. Мы задали этот вопрос дознавателю, он ответил, что Феоктистова уже лишили водительских прав и состояние алкогольного опьянения будет отягчающим обстоятельством в суде. При этом никаких записей в протоколе о том, что административное правонарушение совершено в состоянии алкогольного опьянения, не имелось. Из дела бесследно исчез акт освидетельствования на алкометре.

К слову, «трезвого» по материалам дела Феоктистова как виновника ДТП лишили права управления автотранспортным средством по минимуму – всего на полтора года. При этом в материалах дела есть свидетельства того, что в 2012 году Феоктистов неоднократно привлекался к административной ответственности за нарушение правил дорожного движения и соответственно подвергался административному наказанию, что могло отлучить его от «железного коня» на более долгий срок.

Это не все загадочные метаморфозы ДТП. Как выяснилось, в деле об административном правонарушении числилась только одна единственная потерпевшая – Мария Андреева. И Сиволобовым пришлось проявить настойчивость, чтобы аргументированно по букве закона доказать свой статус «потерпевшие» (по вине Александра Феоктистова Юлия и Надежда Сиволобовы получили травмы, а Никита лишился машины).

– Для нас настоящим шоком стало, когда при ознакомлении с делом у дознавателя мы впервые увидели результаты судебно-медицинской экспертизы. Эксперт поставил под сомнение диагнозы всех врачей, фактически никак не обосновывая свои выводы. Он посчитал, что я и моя дочь и не нуждались в лечении. Да мы и сейчас все ощущаем последствия той аварии и периодически вынуждены обращаться в лечебные учреждения, – говорит Надежда Сиволобова.

Не согласные с выводом эксперта потерпевшие написали жалобу в ГКУЗ «Волгоградское областное бюро судебно-медицинской экспертизы», ответ был лаконичным – идите вы в суд и там требуйте повторного проведения экспертизы. Но, по словам пострадавших, в суде Тракторозаводского района на ходатайство о повторном проведении экспертизы судья заявил: «Да хватит вам уже. Да бросьте вы». Не заинтересовало судью и свидетельство о наличии алкогольного опьянения Феоктистова, неоднократность нарушений им ПДД. Постановление по делу об административном правонарушении осталось без изменения.

– После многочисленных обращений во все инстанции и формальных ответов на наши письма мы подали иск к Феоктистову о возмещении материального ущерба, компенсации морального вреда, взыскании судебных расходов, – рассказывает Мария Андреева. – Было три заседания, ни на одно из них ни ответчик, ни его представитель не явились. Уважительных причин для неявки ответчик не представлял. Суд вынес заочное решение в нашу пользу.

Согласно заочному решению Тракторозаводского районного суда Феоктистов должен был выплатить Марии Андреевой 65 тысяч рублей, Юлии Сиволобовой – 14 тысяч, Надежде Сиволобовой – 18 тысяч рублей возмещения затрат на лечение и компенсацию морального вреда, Никите Сиволобову – 5 тысяч рублей в счет компенсации морального вреда.

Но как только ответчику пошли требования по уплате денег по исполнительным делам, Феоктистов начал предпринимать активные действия по «торпедированию» заочного решения суда, которое на тот момент уже вступило в законную силу. Он заявил, что никаких приглашений в суд не получал, поскольку присылали их на один адрес, а проживает он в другом месте. В связи с тем, что по данной причине он не присутствовал в суде, было нарушено его конституционное право на защиту, на этом основании настаивал на отмене заочного решения районного суда. Несмотря на то что в суде отправляли Феоктистову судебные повестки по двум адресам, все же приняли его заявление к рассмотрению. В суд Феоктистов не явился, его интересы представлял адвокат. Поскольку не было представлено никаких уважительных причин отсутствия ответчика, суд отказал в требованиях Феоктистова. Но и это заседание не поставило точку в судебной тяжбе. Феоктистов подал апелляционную жалобу и вновь проиграл процесс. Но не исключено, что он продолжит судебную тяжбу.

Мы предприняли попытку связаться с Александром Феоктистовым. Адвокат наотрез отказался предоставить его номер телефона и передать ему наши контактные данные. По адресу мы установили номер телефона Александра Феоктистова и позвонили, чтобы договориться с ним о встрече. Ответившая на звонок женщина сообщила, что Александр Иванович Феоктистов находится на работе, а когда узнала, по какому поводу им интересуется пресса, заявила, чтобы больше не звонили: «Два года с ДТП прошло, а они все не успокоятся, пора бы и забыть…»

По словам пострадавших, они рады все забыть: «Пусть нам выплатит по решению суда компенсацию, и тема будет закрыта».

К слову, заочное решение Тракторозаводского района, которое так активно сейчас оспаривает Феоктистов, вступило в законную силу 11 февраля 2014 года. С этого времени часть компенсации получила только Надежда Сиволобова – в сумме 163 рубля 84 копейки.

Семья Сиволобовых и Мария Андреева направили письмо Президенту РФ, где изложили по пунктам мытарства по различным инстанциям. Они просят провести проверку, установить, почему исчезли документы об освидетелствовании на наличие алкоголя у виновника ДТП, провести повторную судебно-медицинскую экспертизу по повреждениям, полученным всеми пострадавшими в ДТП. Помимо текста письма президенту страны пострадавшие в ДТП представили в редакцию документы по данному делу, а также видеозапись, сделанную одной из пострадавших на телефон в момент оформления ДТП в отделе полиции.