Семью в Волжском зарезали за 2,5 тысячи рублей

Ценой жизни дружной семьи – 10-летней школьницы, ее 34-летнего отца и 61-летнего деда, зверски зарезанных в Волжском, – стали 2500 рублей, которые убийца хотел занять у мужа своей кузины.

…Восьмилетний Никита весело бежал домой из школы. Мальчик хотел есть и уже предвкушал, как усядется за обеденный стол вместе с папой и сестрой Дианкой. Дед Валентин к столу обычно не выходил – 61-летний пенсионер был почти прикован к кровати. Еду ему носили прямо в комнату – дети, Никита и Диана, даже установили очередность, кто сегодня кормит дедушку.

Страх как предчувствие

Войдя в подъезд, Никита не сразу заметил странные пятна бурого цвета, которые были и на створке лифта, и на стенах в подъезде. А заметив, удивился: пятна были похожи на те, которые оставляет детская ладошка, испачканная в краске, – такие «пальчиковые» краски в детстве покупала им с Дианкой мама. Но теперь они с сестрой стали совсем взрослые – учились не где-нибудь, а в кадетской школе, носящей имя самого Сергея Солнечникова – знаменитого комбата Солнце, на которого так хотели быть похожими Диана и Никита Рубцовы.

Вспомнив о сестре, Никита прибавил шагу – есть хотелось все сильнее. Перед дверью квартиры резко остановился – она почему-то была распахнута, и на ней тоже застыли странные буроватые пятна. Собрав в кулак всю свою волю и смелость, ведь недаром Никита хотел быть похожим на героического комбата, он толкнул дверь и вошел в квартиру.

Картина, представшая перед глазами восьмилетнего мальчика, была словно списана со сценария фильма ужасов. Все в доме было перевернуто вверх дном – по комнатам словно пронесся кровавый смерч. Кровь была повсюду – на остатках обоев, кухонном столе, стульях… Никита пытался позвать сестру, но из горла вырывались лишь странные хрипы. Спустя, наверное, несколько столетий он все же добрел до их с сестрой комнаты и только тогда закричал – Диана лежала в кровати, а вместо головы у нее было кровавое месиво…

Как оказался на улице, как звонил маме, которая приходила с работы позже всех, Никита не помнит. Все, что происходило потом, для мальчика превратилось в один большой кошмар. Как страшно выла мама, когда вбежала в квартиру, как какие-то люди, которых стало вдруг слишком много в их некогда уютном доме, сказали, что умер еще и дед Валя, а потом, спустя час, Никита узнал, что и папы тоже нет. Поговорить с мамой мальчик никак не мог – узнав о гибели 10-летней дочери, своего мужа и отчима-пенсионера, Дарья Дубцова потеряла сознание и впала в забытье, из которого не выходит до сих пор.

Кровавый след

К расследованию страшного убийства семьи в Волжском сразу же подключились лучшие и опытнейшие следователи, оперативники, криминалисты. Первые несколько минут в ходе обследования квартиры в доме № 105по улице Мира, которая ровно в 18.00 16 февраля стала средоточием одной большой трагедии, они начали прорабатывать версии случившегося и вычислять убийцу. Вызывая полицию, Дарья Рубцова сообщила, что убита ее дочь, однако, войдя в квартиру, оперативники сразу же нашли второй труп – 61-летнего отчима хозяйки дома. На теле старика, как и на теле девочки, эксперты насчитали несколько ножевых ранений – разница была лишь в том, что пенсионера зарезали четырьмя ударами в сердце, а Диане двумя взмахами перерезали горло. Головы у обоих были разбиты – травмы наносились тяжелым тупым предметом.

– В ходе первоначальных следственных действий была выдвинута версия о причастности к убийству мужа Дарьи Рубцовой, Евгения, – его все никак не могли найти. Но через час, продвигаясь все глубже внутрь квартиры, под грудой окровавленного тряпья оперативники нашли и его тело. Убийца закатал труп 34-летнего Евгения в ковер, а сверху завалил вещами, – рассказывает старший помощник руководителя СУ СКР по Волгоградской области по взаимодействию со СМИ Наталия Куницкая.

С этого момента круг подозреваемых, да и список мотивов сузились окончательно: сыщикам и следователям было понятно – орудовал кто-то из своих, тот, кто неплохо ориентировался в квартире, был вхож в дом.

Первым на подозрении оказался двоюродный брат Дарьи Рубцовой – 37-летний Сергей Плеханов. Он, как выяснили следователи, частенько появлялся в доме Рубцовых, и хоть глава дома Евгений не одобрял извечного желания жены по возможности помогать непутевому кузену, но и он сам периодически ссужал «родственничка» деньгами, подкидывал ему несложную работенку. Сам Евгений трудился маршрутчиком – иногда привлекал Плеханова к ремонту машины, а последние недели Плеханов помогал Рубцовым делать в квартире ремонт. Но в целом отношения между Рубцовым и Плехановым были неважными: они однажды даже подрались, когда Евгений отказался в очередной раз давать Сергею деньги. Долги возвращать Плеханов не любил.

…Его отыскали в квартире бывшей сожительницы, к которой Плеханов приплелся уже за полночь практически в невменяемом состоянии.

– При задержании Сергей Плеханов попытался оказать стражам порядка сопротивление, которое, впрочем, было быстро сломлено – мужчина говорил и действовал неадекватно, находясь в состоянии предположительно алкогольного или наркотического опьянения, – сообщила Куницкая.

Медицинское обследование Сергея Плеханова подтвердило – мужчина находится под сильнейшим «кайфом». В последние годы Плеханов, не имея денег на синтетические наркотики, сидел на таблетках – ссыпал в рот пригоршню обезболивающих и запивал их лошадиными порциями спиртного.

Убил. Забыл

Вину в убийстве мужа двоюродной сестры, ее отчима и 10-летней двоюродной племянницы Сергей Плеханов признал сразу. А вот ответить, за что вырезал всю семью, никак не мог. Не помнил. Допрос Плеханова длился всю ночь и половину следующего дня 17 февраля. Только когда мысли одурманенного задержанного стали проясняться, он, наконец, ответил на главный вопрос, интересующий следователей и мучивший жителей не только Волжского – всей области, потрясенной известием о волжской резне.

– Я пришел попросить у Женьки денег. Хотел уехать в Москву на «шабашку». Надо было немного – сколько там стоит билет на автобус? А он уперся – не дам, говорит. Ну, я и разозлился, да еще «под наркотой» был. Ударил его гаечным ключом по голове несколько раз, а потом ножом добил. Начал деньги искать. Потом вспомнил, что в соседних комнатах спят дед и Дианка. Решил, что они могли что-то слышать, пошел и их… тоже… Подумал, зачем мне лишние свидетели… – отрывисто, угрюмо бормотал Плеханов. – Потом забрал ноутбук и телефон у деда и ушел…

Лукавил Плеханов. К Рубцовым он шел с осознанным желанием убить. Поэтому и гаечный ключ принес. Знал, что если не разживется деньгами, убьет. В дом вошел, открыв дверь своими ключами – их Евгений выдал, когда Плеханов ремонтировал квартиру. Разговор между мужчинами был короткий. Все просто – две с половиной тысячи рублей стали ценой жизни трех человек. Людей, ближе которых у Сергея Плеханова, пожалуй, и не было. Дарья Рубцова была единственной из всей родни, которая жалела двоюродного брата – остальные, зная его буйный нрав, склонность к употреблению наркотиков и пьянству, давно постарались свести общение с ним к минимуму. И только Даша все надеялась, что когда-нибудь брат образумится, обзаведется семьей и заживет, как они, – дружно, счастливо, весело, любяще. Только «как они» теперь не будет никогда – врачи говорят, что Дарья Рубцова вряд ли когда-нибудь вернется к нормальной жизни, а Сергей Плеханов, скорее всего, остаток жизни проведет за решеткой. 18 февраля он был арестован судом по ходатайству следователя.

Вместо P. S.

…А Волжский скорбит. Скорбят соседи Рубцовых – их семью, дружную, работящую, любили все без исключения. Скорбят педагоги школы, где училась Диана: они называют ее «ангелочком», «солнышком», не верят, что больше никогда не увидят ее улыбчивое лицо. Скорбят коллеги Дарьи из магазина «Радеж», где она работает товароведом, –- они помнят, как бежала она в тот вечер домой, услышав страшную весть из уст своего маленького сына… Скорбят все и собирают деньги на похороны Дианы, Евгения и Валентина. Семьи, которой не стало…

DNG