Житель Волгоградской области оставил больного отца умирать в пустом доме

…Оксана Александровна напряженно вглядывалась в окна соседского дома. Что-то смущало ее, но что… Потом женщина поняла: она уже несколько дней не видит, чтобы в жилище загорался свет. В доме проживали двое – мужчина и его старик-отец, который, по словам сына, уже давно не вставал с кровати. Сын пропал из виду дня четыре назад, а это значило, что отец его либо до сих пор находится в доме один, либо… Окончательно разволновавшись, Оксана Александровна набрала номер участкового…

На новом месте

Двое мужчин появились в селе Медведица Жирновского района около трех лет назад. Сначала приехал молодой – Александр. Селянам, помогавшим ему присматривать дом, мужчина сообщил, что вместе с пожилым отцом был вынужден сбежать из Киргизии, где родился и провел свою юность. Александр не скупился на эмоции, рассказывая об ужасах жизни в стране ближнего зарубежья.

Вскоре дом был найден, а еще спустя несколько недель мужчина перевез и своего родителя – немощного, почти не передвигавшегося старика. Как выяснилось, пенсионера мучил полиартрит – ни ноги, ни руки у него почти не сгибались. Все заботы по уходу за инвалидом взял на себя его сын – соседи с пониманием относились к ситуации и частенько выручали Александра: то подкидывали ему нехитрые продукты, то соглашались присмотреть за отцом, когда сын отправлялся «калымить».

К слову, ни в Киргизии, ни здесь, в глубинке Волгоградской области, Александр так и не работал. Деньги у него появлялись спонтанно: одному поможет попилить дрова, второму – разгрузить машину. На хлеб и картошку обоим вроде хватало, но на полноценный уход за лежачим стариком, конечно, денег не было. А несчастье, как водится, одно не приходит – почти сразу после переезда Виктор Егорыч сломал шейку бедра и слег окончательно.

В зависимости

Быть может, пенсионеру можно было сделать операцию или, по крайней мере, отправить на лечение, если бы не одно «но»: переехав в Россию, Александр почему-то не удосужился оформить отцу российское гражданство. На старости лет Виктор Егорыч оказался… человеком-призраком: его имя не числилось ни в Пенсионном фонде, ни в других соцучреждениях. А поскольку сын являлся единственным его родственником, старик попал в полную от него зависимость. Только сын решал, будет ли его отец сегодня есть (и что он будет есть), достаточно ли ему воды на день и каким будет его завтрашний день.

Мы не можем этого утверждать с полной уверенностью, но, возможно, Александр подспудно надеялся, что отцу его жить осталось недолго, а потому он даже не включил родителя в число собственников жилья. Между тем, именно деньги от продажи отчей квартиры в Киргизии и пошли на покупку дома в селе Жирновского района. А отец, даже полностью прикованный к постели, требовал достойного к себе отношения.

Сын уверяет, что об отце заботился.

«Когда ты сдохнешь?»

– Я всегда ухаживал за ним и старался ему во всем угождать, готовил пищу, стирал его вещи, убирал за ним, – говорит Александр. – Во дворе своего дома я посадил огород, за которым ухаживал самостоятельно, обеспечивал себя и престарелого отца всем необходимым. Физической силы в отношении отца я никогда не применял.

Возможно, сначала так и было, но только сын стал все чаще прикладываться к бутылке. Сразу нашлась и «боевая подруга», которая пригрела перспективного одинокого мужичка – как-никак, после смерти отца Александр становится полноправным владельцем дома. Быть может, влияние подруги и пьяный угар так подействовали, но только Александр стал все чаще думать – 
отец для него балласт...

Ссоры с родителем становились регулярными: сын стал все чаще забывать покормить отца, мог сутками не появляться дома, швырнув тому перед уходом миску с пригоревшей жареной картошкой. Справедливости ради отметим, что дольше, чем на сутки, Виктор Егорыч один не оставался: Александр либо просил соседку покормить отца, либо возвращался сам – помятый, не всегда протрезвевший, а потому злой. В ответ на свои упреки пенсионер получал страшные проклятья, а вопрос «когда ты сдохнешь?» стал почти привычным.

Вскоре старик и сам стал молить Бога, чтобы тот сократил время пребывания его в этом мире, а пока продолжал жить, вернее – существовать.

Отчаяние

Страшная развязка случилась 10 июня этого года. Утром между отцом и сыном вновь произошла ссора. Александр, мучившийся диким похмельем, кричал, что устал обхаживать отца и с этого момента больше не будет ни кормить, ни поить его.

И ушел на четыре дня, накрепко заперев дверь. Перед уходом, вместо того, чтобы дать родителю еду, мужчина положил на тумбочку рядом с его кроватью кухонный нож.

Из воспоминаний Виктора Егорыча: «... у меня не было ни еды, ни воды. Мой сын мне ничего не оставил. Я пытался звать на помощь, кричал, но меня никто не слышал. Я совсем отчаялся и решил, чем так мучиться, страдать, то лучше покончить жизнь самоубийством.

14 июня, примерно в 21.30, я нанес себе порезы на предплечье левой руки. Думал, что истеку кровью и умру, однако кровь остановилась, и я выжил. Я пытался порезать себе шею, однако ввиду того, что руки меня не слушались, я не смог держать нож и поднести его к шее…

Я так и лежал на кровати, страдая от жажды и голода, думая, что умру…»

Трудный путь домой

Из забытья Виктора Егорыча вывел свет в окне – кто-то стоял рядом с домом и пытался рассмотреть, что происходит внутри. Собрав остатки последних сил, старик громко закричал: «Помогите!» Через несколько минут слышался шум – ломали входную дверь, и в комнате оказался человек в форме полицейского. Это был участковый, которого вызвала забеспокоившаяся соседка пенсионера, Оксана Александровна.

Потом приехали медики скорой помощи, которые сначала привели истощенного пожилого человека в чувство, а затем начали грузить его в машину. Когда неотложка отъезжала от дома, появился Александр.

– По словам подозреваемого, он прекрасно осознавал, что, оставив отца без еды и воды, он тем самым практически обрек его на голодную смерть, – прокомментировала старший помощник руководителя СУ СКР по Волгоградской области Наталия Куницкая. – Таким образом, своими умышленными действиями подозреваемый совершил преступление, предусмотренное ст. 125 УК РФ – заведомое оставление без помощи лица, находящегося в опасном для жизни и здоровья состоянии и лишенного возможности принять меры к самосохранению по старости и вследствие своей беспомощности, в случаях, если виновный имел возможность оказать помощь этому лицу и был обязан иметь о нем заботу либо сам поставил его в опасное для жизни и здоровья состояние.

По данному факту возбуждено уголовное дело – по ст. 110 УК РФ «Доведение лица до покушения на самоубийство путем жестокого обращения с потерпевшим».

***

…Виктор Егорыч сейчас находится в больнице: медперсонал старается откормить изможденного пациента. Встречи с сыном пенсионер, которому в этом году исполнится 89 лет, боится, как и возвращения в дом, едва не ставший его могилой. Но больше идти ему некуда…