Доступность медицинской помощи и льготные медикаменты

Руководитель Управления Росздравнадзора по Волгоградской области Галина Акимцева ответила на вопросы «прямой линии».

Социологические опросы показали: среди приоритетных проблем, которые больше всего волнуют россиян, на первом месте – здравоохранение. А жителей нашего региона больше всего волнует невозможность получения лекарств по льготным рецептам – этой теме было посвящено больше всего вопросов на «прямой линии».

– Здравствуйте, Галина Васильевна! Я Могилин Анатолий Васильевич, Ворошиловский район. Звоню по поводу своей жены. Шесть лет она страдает сахарным диабетом да еще стоит на учете в онкодиспансере. У меня два вопроса. В советские времена с диабетом инвалидность давали автоматически, сейчас не дают. Почему? А второй вопрос о бесплатных лекарствах. В этом году чудо какое-то случилось – жене стали давать лекарства. Они дорогостоящие – 2,5 тыс. за упаковку. Один раз она их получила, а потом поинтересовалась у своего врача в поликлинике № 6: когда еще дадут-то? Та развела руками: то информации у нее нет, то еще какие-то причины. Я сам обратился в аптеку, где жена должна получать льготные лекарства. А мне заявили: частным лицам, мол, информации не даем.

– Анатолий Васильевич, отвечаю на ваш первый вопрос. Жесткой связки между диагнозом «сахарный диабет» и инвалидностью сегодня нет. За последние годы появилось много эффективных препаратов, которые хорошо компенсируют сахарный диабет, есть средства самоконтроля, так что само заболевание – не повод для инвалидности. Многие из тех, кто страдает сахарным диабетом, десятилетиями живут, работают и при правильном отношении к своему заболеванию не чувствуют себя какими-то особенными. Конечно, сахарный диабет может протекать и в тяжелой форме, но врачи состояние здоровья пациента всегда отслеживают в динамике и, если подойдет время и появится необходимость, направят на МСЭ. Что же касается льготных препаратов, то, как я поняла, ваша жена является льготницей региональной. Наше же ведомство контролирует только реализацию федеральных льготных программ. Тем не менее я поручу своим сотрудникам выяснить ситуацию, и сразу после выходных вам позвонят и сообщат о перспективах льготного лекарственного обеспечения.

– Это Галина Васильевна? Я Николай Иванович Галушкин из Красноармейского района, инвалид второй группы. Наблюдаюсь в поликлинике № 22. У меня три заболевания – сердечное (стоит кардиостимулятор), ревматическое и сахарный диабет. Соцпакет я сохранил, не отказался. Но лекарства либо совсем не дают, либо по минимуму. С инсулином и диабетоном проблем пока нет. А со всеми остальными препаратами проблема колоссальная. Да еще придешь к врачу рецепт выписывать, а он говорит: четыре препарата и все. Кто это, интересно, такие ограничения вводит? Я не слышал, чтобы на федеральном уровне об этом говорили.

– Кто ограничивает, Николай Иванович? Да те самые финансы – так называемая лекарственная составляющая социального пакета. На каждого федерального льготника, не отказавшегося от соцпакета, из федерального бюджета выделяется определенное количество финансовых средств. Исходя из этой суммы, региональные власти и осуществляют закупки лекарственных препаратов.

– Здравствуйте! Меня зовут Владимир Александрович Яковлев, инвалид 2-й группы по онкозаболеванию из Красноармейского района. У меня тоже вопрос по льготным лекарствам. Онколог в поликлинике выписал мне таблетки. Я их получил, слава Богу. Но ежемесячно мне еще необходима инъекция диферилина. В прошлом месяце врач прямо при мне звонил и узнавал, есть ли диферилин. Ему сказали: средств на этот препарат нет. А каковы перспективы в этом месяце?

– Прямо так, с ходу, Владимир Александрович, я вам ответить не смогу. В этом году в Волгоградской области действительно есть большие сложности с медикаментами для федеральных льготников. Сейчас региональный минздрав активно занимается закупками препаратов как раз для льготников. Ситуация меняется каждый день, поэтому, возможно, необходимый вам препарат уже поступил в область. Наши специалисты узнают, что конкретно закуплено для льготников с онкозаболеваниями и какой препарат в данный момент вам могут выписать. С вами свяжутся в ближайшие дни.

– Вам звонит Сергей Никитин, Центральный район. Я знаю, что вы, Галина Васильевна, являетесь членом комиссии, созданной по поручению главы региона Андрея Бочарова. Как он тогда объяснял: комиссия нужна для предотвращения коррупционной составляющей при назначении на должность главных врачей и для определения приоритетов финансирования и развития сегодняшнего здравоохранения. Насколько целесообразно, по вашему мнению, создание такой комиссии, и чем она сейчас занимается?

– Думаю, что создание комиссии для того, чтобы нивелировать определенный элемент кумовства и коррупции при назначении главных врачей областных государственных медицинских учреждений, – это со стороны главы региона было правильным шагом. Наша комиссия обсуждает кандидатуры на должность руководителя медицинских организаций и рекомендует министру здравоохранения Волгоградской области ту или иную кандидатуру к назначению. И ряд кандидатур уже определился – по Жирновскому и Дубовскому районам в частности. Причем эти кандидатуры согласованы с главами муниципалитетов. Комиссия считает это принципиальным моментом, потому что главным врачам и главам администраций районов области придется работать в тесной связке по охране здоровья населения муниципалитета, и глава должен воспринимать главного врача как соратника. Хотя главы муниципалитетов не являются членами комиссии, но по каждому конкретному решению их мнение комиссией учитывается. Обсуждаются на заседании комиссии и вопросы развития системы здравоохранения Волгоградской области. На днях, например, мы обсуждали программу развития здравоохранения до 2030 года. Конечно, на такой продолжительный период времени сложно спрогнозировать все, что будет. Но мы наметили основные направления по развитию материально-технической базы, по кадровой политике, по другим актуальным направлениям. На одном из последних совещаний министр здравоохранения РФ Вероника Скворцова озвучила идею создания в каждом федеральном округе кластеров по тем или иным направлениям высокотехнологичной медицинской помощи. Цель – приблизить ВМП к жителям периферии. Пока на этот счет никаких нормативных документов нет. Но мы обсудили, какие направления ВМТ в Волгоградской области наиболее перспективны для создания кластеров и что конкретно надо развивать. Мы надеемся, что наша деятельность будет полезна для губернатора Андрея Бочарова и всего населения Волгоградской области.

– Галина Васильевна, вас из Еланского района беспокоят! Я Алексей Никифорович Аринушкин из поселка Большевик. Прочел недавно в районной газете статейку. Там один из наших земляков спрашивает: когда, наконец, в Большевике появится врач? А главный врач Еланской ЦРБ отвечает: обслуживанием населения Большевика занимается доктор из Вязовской участковой больницы, он приезжает в Большевик раз в неделю по четвергам и ведет прием. Я не понял – над нами издеваются, что ли? У нас очень большой поселок – бывшая центральная усадьба совхоза с шестью отделениями, населения человек 500, много пожилых. Что нам этот прием раз в неделю? Вязовская участковая больница за 30 км, ЦРБ – за 50 км, автобус ходит три раза в неделю, машины есть не у всех, приходится нанимать. Какая же это доступность медицинской помощи?!

– Очень вам сочувствую, Алексей Никифорович! Но кадровыми вопросами напрямую Управление Росздравнадзора не занимается. Региональный минздрав, насколько я знаю, уже третий год реализует программу «Земский доктор», докторам, выезжающим работать на село, платят по 1 млн рублей, а в некоторых сельских районах области дефицит врачебных кадров уже не такой острый, как раньше. Еланский – один из самых дальних районов. Я понимаю, что молодых врачей, желающих поехать туда, нет, и системы распределения, как в советские времена, тоже нет. Так направляйте целевым направлением выпускников школ в медицинский университет. Да, возвращаются не все. У нас ведь как: когда мы больны, то хочется, чтобы рядом был врач, а когда эти врачи – наши дети, то хочется, чтобы они остались в Волгограде, где больше перспектив. Тем не менее, проблему как-то решать надо, муниципальные власти должны обеспечивать жильем, создавать условия молодым медикам, чтобы они оставались. К тому же с этого года контракты со студентами-целевиками составляются таким образом, что им будет весьма затруднительно этот контракт не выполнить. Надо готовить врача из жителей вашего поселка!

– Здравствуйте, Галина Васильевна! Меня зовут Павел Небыков, Волжский. Недавно «Волгоградская правда» писала, что Росздравнадзор будет уделять особое внимание производственным аптекам, и рассказывала, какие там нарушения, опираясь на результаты проверок ваших коллег из других регионов. Прошли ли проверки производственных аптек в Волгоградской области? И если прошли, то каковы их результаты?

– Мы проверяем аптечные учреждения, в том числе и производственные, планово и регулярно, в том числе и в этом году. Сейчас верстаем план на 2015 год и действительно уделим им большее внимание с учетом тех событий, которые произошли в екатеринбургской детской областной больнице, когда в результате ненадлежащего изготовления лекарственных препаратов в производственной аптеке один ребенок погиб и двое стали инвалидами. Это случай известный, и потому тревога нашего ведомства вполне обоснованна. Более того, проверки Росздравнадзора показывают, что в 2013 году в производственных аптеках забраковано почти 15% лекарственных средств. Для сравнения: забраковок лекарств на заводах в 10 раз меньше. Это статистика по России в целом, но статистика Волгоградской области от нее мало чем отличается. В наших производственных аптеках (а их осталось всего 16) те же самые проблемы, касающиеся и нарушений фармпорядка, и санитарного режима. Есть вопросы и по кадрам. Так, например, при проверке производственной аптеки в областной психиатрической больнице № 1 в Ложках выяснилось, что изготавливал лекарственные препараты и осуществлял производственный контроль за их качеством один и тот же фармацевт. Это конечно, неправильно. Мы наказали аптеку. Наша (да, думаю, и пациентов тоже) позиция: не важно, где лекарственный препарат изготавливают – в аптеке или на заводе. Главное – он должны быть гарантированного качества.

– «Прямая линия»? Я Надежда Николаевна Жукова, Центральный район. Моя мама – инвалид первой группы, лежачая. Ей нужны памперсы. Мы их покупаем на собственные средства, а потом нам эти затраты компенсируют. Но почему-то не полностью. Стоимость памперса – 40 рублей, а компенсируют только 24. Чем это объясняется? И кто установил норматив, что в день на человека полагается 2 памперса?

– Надежда Николаевна, ваш вопрос не по адресу. Занимается вопросами закупок технических средств реабилитации (а памперсы тоже являются техническими средствами реабилитации) и компенсации за них региональное отделение Фонда социального страхования. Вам нужно обратиться туда. Там же смогут ответить и на вопрос по нормативам на памперсы.

– Здравствуйте, Галина Васильевна! Меня зовут Павел Игнатьевич Лебедев, Городищенский район. Я посмотрел на вашем сайте: Управление Росздравнадзора регулярно занимается проверками лечебных учреждений как государственных, так и частных. Интересно, какие претензии к ним у вашего ведомства?

– Приятно, Павел Игнатьевич, что вы интересуетесь нашей деятельностью. А претензии есть. Например, по оснащенности лечебных учреждений. По программе модернизации и в рамках нацпроекта «Здоровье» лечебные учреждения получили много оборудования. Но, как оказалось, его недостаточно, чтобы обеспечивать работу больниц и поликлиник полном в соответствии с разработанными Минздравом порядками оказания определенных видов медицинской помощи по профилям. Максимальная оснащенность – в стоматологических поликлиниках. В целом же на дооснащение лечебных учреждений в соответствии с порядками требуется несколько миллиардов рублей. Региональный минздрав в курсе этой проблемы, и сейчас дооснащение стало одним из разделов программы развития здравоохранения Волгоградской области до 2030 года.

А главные претензии, конечно, к качеству оказания медицинской помощи. Законодательно система контроля качества сформирована – и внутри медицинской организации, и ведомственный контроль органами управления, и государственный контроль Росздравнадзора. И на бумаге эта система работает. А вот в реалиях – не всегда. На днях министр здравоохранения проводил серию совещаний, я тоже в них участвовала и говорила об этой проблеме. Мое мнение: нужно восстанавливать ту систему, которая была в СССР. Потому что пока никто ничего лучшего не придумал. Если это стационар, то ежедневный обход заведующим отделением каждого пациента, ежемесячный обход главного врача и обходы начмедов по их графику. Пациенты всегда знали, когда придет заведующий, когда главный врач. Заведующий мог откорректировать деятельность лечащего врача, главный врач увидит то, что недоглядели заведующий отделением и начмед. Сама по себе эта система профилактировала многие вопросы и проблемы. Но сейчас такая система сохранилась далеко не везде. Более того, появились «кабинетные» заведующие отделениями, которые работают только с документацией, а не с живыми людьми. Своя система контроля качества – тоже эффективная – была и в поликлиниках. И отказываться от нее тоже нельзя. Если «живая» работа с пациентами будет проводиться системно, будет меньше жалоб и пациентов, недовольных качеством оказания медицинской помощи. Да, даже в тех европейских странах, где здравоохранение считается наилучшим, все равно около 40% пациентов по разным моментам высказывают свое неудовольствие. Факторов, которые влияют на оценку, очень много. Но есть какие-то объективные моменты, зависящие от организации лечебного процесса, и здесь все должно быть безупречно.