Секрет здоровья столетнего Фотия Зюзева – труд и козье молоко

В свои почти 101 камышанин Фотий Сюзев выглядит лет на 20 моложе. Давление – 130 на 80, пульс – 76.

Перекинувшись со мной парой слов, дед Фотий вдруг берет ведро и срывается с места – покормить во дворе собаку. До места дислокации пса нужно преодолеть трехэтажную лестницу, там что готовлюсь к долгому ожиданию. Но уже через пару минут вековой дедушка снова сидит передо мной…

В свои сто с гаком с ранней весны до глубокой осени Фотий Калинович живет на дачном участке за городом. Мало того, что сам себя обихаживает, так еще и топит печку, чтобы приготовить еду, заготавливает дрова. А еще чинит заборы, опиливает деревца, сбивает ящики для рассады. При этом материал для строительства, собирает на свалке, которая находится в километре от дачного массива. Туда ходит с тележкой. Обратно – с поклажей.

– Я его умоляю не таскать тяжести, – делится дочь, – но все тщетно…

– Ничего, – машет рукой дед Фотий. – Я привычный. Сызмальства тружусь…

Сегодня в моде аргумент: здоровье и долголетие дает размеренная жизнь без стрессов и проблем. Но судьба Фотия Калиновича перечеркивает все эти аксиомы.

Родился в старообрядческом селе Сюзи Пермской губернии. Традициям древле-православной веры его жители следовали как Отче наш. Если кто из местных брал в руки сигарету или прикладывался к спиртному, – изгонялись из Сюзей безжалостно.

– Воспитывали у нас детвору трудом. Причем существовало такое правило, – продолжает вековой дед, – может отпрыск удержать в руках ручку пилы – изволь пилить дрова. Держишь молоток – айда в плотницкую. Так что дрова «пилять» я начал с пяти годков. С семи управлялся по хозяйству. А с 12 меня на полгода – с весны до осени – в батраки отдавали.

В общем, судя по рассказу деда Фотия, из сотни прожитых им лет, трудился он не покладая рук минимум лет 85. Землемером, матросом, сцепщиком вагонов, лесорубом, шахтером-проходчиком и кочегаром.

В Великую Отечественную Фотий Сюзев был фронтовым пекарем. Хотя пекарня двигалась вслед за фронтом, но не раз находился на волоске от смерти, пройдя с полевой кухней пол-Европы.

– Я Победу приближал на своем месте – кормил бойцов хлебом. И под бомбежками бывала наша пекарня. И под пулями. Тесто замешиваю, а рядом – пулемет наготове. Был случай, что пекарня угодила на минное поле…

А вот что касается личной жизни, тут судьба не баловала. Похоронил двух жен.

– С первой душа в душу прожили семь годков, троих детей нажили, но вдовцом остался... – утирает слезы дед Фотий. – Со второй женой более полста лет были вместе. Но и ее Бог отнял. Совсем интерес к жизни от горя я потерял. Так затосковал, что засобирался на тот свет. Спасла от депрессии дочь Нина.

И вот уже 7 лет дед Фотий живет у нее в Камышине.

– Я окружен заботой и любовью, но будь у меня близкая подруга-одногодка, жизнь моя была бы более счастливой. Но где ж ее, подругу, под мой возраст взять? – машет рукой дед Фотий. – Вот они издержки долголетия…

Кстати, главным залогом богатырского здоровья он считает физический труд.

Интересуюсь гастрономическими пристрастиями векового деда. И снова вынуждена развенчать выводы геронтологов и диетологов: никакой обезжиренной, бессолевой и «обессахаренной» диеты Фотий Калинович на своем веку не придерживался. Даже не постился никогда.

– А вот зарядкой занимался лет с 80 я регулярно, – акцентирует наш герой. – Ежедневные обливания холодной водой практиковал. Самомассаж провожу ежедневно. Чай из трав люблю: липа, душица, зверобой. А еще молоко козье считаю панацеей от всех хворей. Оно реально долголетие дает человеку!

DNG