Волгоградская мастерица вместе с супругом создала семейный кукольный театр

В доме Надежды Карасевой давно кипит творческая жизнь. Долгие годы она создает авторских кукол. Они у нее живут в каждой комнате, на каждой полке, в каждом кресле. Самые разные – от марионеток до кукол-оберегов. Недавно вместе с супругом они вывели всех их на сцену, организовав передвижной балаганчик.

Исполнить детскую мечту

Всех кукол и декорации Надежда пошила своими руками, написали сценарии, придумали музыкальное оформление. Сейчас в их репертуаре шесть сказок для ребятни дошкольного возраста, с которыми они идут в детскую аудиторию.

– Задумка создать свой кукольный театр была у меня с детства, – делится Надежда Карасева. – Моя старшая сестра участвовала в школьном кукольном театре и иногда тайком приносила домой на выходные разных кукол. Они отличались от простых, тех, которые продаются в магазине. А так как я была девочкой бережливой и аккуратной, сестра не боялась, что я их испорчу. Мне они очень нравились. И с тех самых пор во мне живет любовь к такой кукле, которую можно оживить с помощью человеческих рук.

На протяжении многих лет мастерица создавала подарочные, сувенирные куклы. Но чтобы сделать марионетку, которая движется, живет, нужно иметь серьезный уровень мастерства. Этот опыт она копила долго, пока однажды не решилась сделать куклу, способную оживать на сцене, говорить, улыбаться и грустить.

Первыми героями для сцены стали принц и принцесса из сказки Андерсена «Принцесса на горошине».

– Чудесная влюбленная пара, воздушная, нарядная принцесса – мечта любой девочки. Я смотрела книги по истории костюма, чтобы правильно сделать наряд для принцессы 16-17 века, – рассказывает Надежда Карасева. – Потом появился Петрушка в разных воплощениях – перчаточный и марионетка. За ним – Баба-яга.

Она добавляет, что это ее любимый персонаж. Баба-яга у Надежды лукавая и хитрая, при этом с чувством юмора, способная на любую выдумку. В любых сказках этот персонаж найдет выход из положения, придумает, как решить волшебную задачку. Злодеев может и наказать, над простофилями – пошутить, русский дух в ней так и бурлит!

Голос для балерины и домового

Времени на куклы и декорации для одной сказки, по словам Надежды, уходит достаточно много. Хотя все зависит от вдохновения. Чаще всего процесс растягивается на месяцы.

– Мне важно, чтобы это был не просто набор кукол для сказки, а чтобы они были живыми, адаптированы к условиям балаганного театра. А на это дело и полгода не жалко, – уверена она. – Дело в том, что раек – маленький ярмарочный театр – имеет ограничение, там нельзя работать втроем, вчетвером. Тут приходится одной и двигать все куклы, и озвучивать их. Поэтому приспосабливаю и героев, и сказку под свои возможности.

Единственный помощник – супруг Виктор. На его совести музыкальное и световое оформление. Он признается, что идея своего кукольного театра его захватила всецело. Он так долго живет в окружении Надеждиных кукол, что и вправду верит, что они живые. Все эти куклы давно просились на сцену, пускай и кукольную.

Их раек собирается достаточно быстро. За час успевают устроить все декорации, приготовить героев, установить звук и подсветку.

– Важно не испугать деток громким звуком, – говорит Виктор. – Это вредно для детских слуховых перепонок. Мы стараемся, чтобы они внимательно слушали сказку, а не были оглушены ею, чтобы им хотелось участвовать в происходящем этого балаганчика.

Всех героев сказок Наталья озвучивает сама. Признается, что самое сложное переключиться с одного голоса на другой. «Я нашла свой секрет. Меняю мимику, стараясь сделать свое лицо, похожим на лицо героя, за которого говорю».

«Дети думают, что я волшебница»

К каждому спектаклю Надежда готовит и свой собственный образ, наряд, соответствующий сказке. Это важно, чтобы познакомиться с маленькими зрителями, наладить живое общение, создать атмосферу сказки. Она может быть и в образе русской сказочницы, и доброй волшебницы, и Шахерезады.

– Маленькие дети верят в чудо и меня они воспринимают сказочной феей. Очень трогает, когда после спектакля они подходят и спрашивают: «Ты есе к нам плилетись?» Они думают, что я волшебница, и я никак не могу их разочаровать.

Сказка закончилась. Все герои рассаживаются в свои коробки и ящички. Из этих коробочек Надежде впору строить дом, так их много. Есть очень хрупкие куклы, которые не сложишь, как тряпичные, вместе. Им нужна своя отдельная коробка. И желательно их не тревожить.

Интересуюсь у Надежды, на ком она опробует свои сказки, кто становится первым зрителем, который дает добро, пойдет эта сказка или нет. «Я сама себе очень строгий судья, – говорит она. – Еще у меня двое взрослых детей. Они выросли на всех моих сказках, они тоже мои цензоры. Если старший сын, которому уже за 30, говорит: «Мам, я забыл, что за ширмой – это ты», а я видела, как он беззаботно смеялся, значит, сказка удалась».

Откуда сказочная фея знает так много сказок, она объясняет просто. Ребенком очень много читала. «Детство было достаточно изолированное, я росла в маленькой деревушке, где не было никаких развлечений для детей, – рассказывает она. – Моим счастьем была библиотека, сначала школьная, потом в доме культуры. Перелопачивала все сказки. С ними просыпалась и засыпала. Они накопились, а так как память у меня хорошая, то постепенно они стали выскакивать наружу».

Надежда уверена, что этот семейный кукольный театр – попытка поделиться с детишками тем, что было в детстве у нее самой. «У многих ребят сегодня нет этих сказок из-за обилия информации, бесконечных синтетических мультиков, в которые не вложена душа человека. А я хочу, чтобы они прикоснулись к волшебному. Вот я вижу из своего райка, как 30 пар глазок смотрят на меня, открыв рты, и думаю, что значит я потею здесь не зря».

DNG