Алексей Ватутин: «Хочу добраться до US Open»

Алексей Ватутин: «Хочу добраться до US Open»
Если хочешь добиться чего-то большого, обязательно приходится чем-то жертвовать. Порой даже тем, с чем расстаться очень трудно. Алексей Ватутин пожертвовал домашним очагом, общением с друзьями и отправился обучаться теннису в Германию. Дома он теперь бывает редко. Максимум пару раз за год. Мы постарались не упустить шанс и пообщаться с перспективным, молодым теннисистом.

– С приездом, Алексей! Сколько ты не был дома?

– Домой последний раз приезжал на неделю в летнем месяце – июле.

– Сколько уже тренируешься в Германии?

– С конца 2010 года, то есть два полных сезона.

–Как вообще возникла идея перебраться в академию к Эдуарду Давыденко?

– Мы просто знали Эдуарда и Николая. В свое время мой дядя с ним тренировался. Узнали, что Эдуард открыл академию в Германии и решили съездить. Первый раз приехали весной десятого года. Посмотрели, попробовали, нам понравилось. Да и я приглянулся. Приняли решение перебраться туда. Правда, возникли проблемы с визами, долго их решали и в итоге уехали учиться в ноябре 2010 года.

– Сколько человек в группе вместе с тобой в академии?

– Вообще в академии много немцев. Из русских немного. В основном дети приезжают на просмотр. Я тренируюсь с Филиппом Давыденко – это племянник Николая. С самим Николаем в декабре буду целый месяц тренироваться.

– Кроме спортивных тренировок в процесс обучения еще что-нибудь входит?

– Фитнес. Получается, мы примерно шесть часов на корте и час занимаемся фитнесом, но такой перевес по времени бывает перед турнирами. А сейчас больше времени уделяем фитнесу.

– Как проходит подбор учеников?

– Зачастую приглашают своих знакомых или просто едут те, у кого есть желание позаниматься. И по прибытии занимаются со всеми. Родители же, рассмотрев установленную цену за обучение (учеба стоит немало), оценивают свои финансовые возможности. В свою очередь Эдик смотрит на данные, на игру и определяет их дальнейшую перспективность. Смысла заниматься с тем, у кого нет никаких перспектив, – нет. Поэтому родителям говорят правду и на этом все заканчивается.

– В каком городке вот это все базируется?

– Город Керпен. Где-то в 20 километрах от г. Кельн. Это получается Западная Германия.

– Как расписан твой день?

– Начинаю тренировку с девяти утра до двенадцати, половины первого. Потом обед до двух. С двух до пяти – теннис и с пяти до шести или половины седьмого – фитнес.

– В этом сезоне ты активно играл на «Фьючерсах», дебютировал на «Челленджере». Призовыми учеба стала окупаться?

– Еще нет. Только иногда получается частично. Если неплохо сыграешь на «Фьючерсе», то окупаешь только поездку, а так все равно еще дорого там находиться, тренироваться. Надо больше зарабатывать.

– В этом году по рейтингу ты шагнул очень прилично. Как сам оцениваешь для себя этот сезон?

– В целом, достаточно удачно… нормально… хорошо.

– Парные разряды ты играл нечасто?

– Я сам по себе не парник. Больше люблю одиночку играть. Для пары нужна более мощная подача. Это вообще другая игра: мощная подача, удары с лету, быстрый розыгрыш в два-три удара… Мне ближе одиночная, там, где длинный розыгрыш и больше игры на задней линии.

– На своем первом «Челленджере» ты сыграл с Эрнестом Гулбисом – самым сильным игроком, который тебе попадался. Игра с ним дала больше, чем первые этапы фьючерсов?

– Конечно! Хоть и проиграл. Считаю, что приобрел большой опыт. Начинаешь понимать, к чему надо стремиться дальше, как играть с человеком высокого роста. Гулбис как-то стоял двадцать вторым в мире, поэтому игра с ним – хороший урок. Хотя, считаю, неплохо отыграл первый сет. Имел даже шанс на брейк.

– Какие наметки на следующий сезон? В какой серии будешь выступать?

– Побольше буду играть на «Челленджерах», но еще будут и «Фьючерсы». Целью для себя ставлю – к концу года попасть в квалификацию US Open. Если получится, буду очень доволен.

– Чтобы попасть в квалификацию этого турнира «Большого шлема», что нужно сделать?

– Нужно стоять в трехстах лучших по рейтингу. На европейских турах это сложнее – конкуренция выше. Сейчас с моим рейтингом я могу попадать в квалификацию не только «Челленджеров», но и турниров рангом выше, но пока на них не заявляюсь.

– Кроме тенниса в Германии учишься чему-нибудь?

– Учу разговорный немецкий язык самостоятельно, то есть не посещая курсы, а общаясь с немцами. Разговор на корте немецких тренеров уже хорошо понимаю. Проблем не возникает.

– А совмещение заочного обучения в институте нет желания?

Это тяжело. Нужно язык лучше знать и много свободного времени иметь, а у меня его мало.

–А что насчет российского учебного заведения?

– На русский тоже надо время. Сейчас у меня будет только декабрь свободен, а остальное время постоянно буду в разъездах – предстоит по два-три турнира в месяц.

– На все эти турниры ты тоже за свой счет ездишь?

– Да. И проезд, и проживание.

– Академия может помогать чем-то? Например, своим ведущим игрокам они как-то помогают в организации?

– В организации, нет. Поэтому я сам выбираю, куда поехать. Мы с Филиппом пытаемся играть одни и те же турниры – вместе и дорога веселее. Был момент, когда мы с ним парой играли, даже в полуфинал в прошлом году выходили. Правда, он тоже больше любит одиночную игру.

– Как сильно на тебя психологически воздействует удачная и наоборот неудачная игра?

– Чувствуется уверенность в своей хорошей игре даже после проигрыша, но против сильного игрока. И плохое ощущение после выигрыша, но со слабым игроком, когда играешь совсем плохо. Но потом настраиваюсь на хорошую игру, стараюсь избавиться от тех ошибок, которые наделал.

– По телевизору любишь смотреть теннис?

– Да! Все крупные турниры, транслируемые по телевизору, смотрел, а также записи в Интернете. Это ведь тоже определенная теоретическая школа.

Кроме тенниса, что из спорта еще можешь пойти посмотреть?

– Люблю футбол. Я болельщик мюнхенской «Баварии», однако, на матчах еще не был ввиду ограниченности в свободном времени. Как-то хотел сходить на матч Лиги чемпионов в Ливеркузене, но стоимость билетов отпугнула – от 200 евро.

– Раз у тебя нет проблем с разговорным немецким, в местные кинотеатры ходишь?

– Нет. Я еще недостаточно понимаю язык. Не успеваю разобрать слов из-за беглости речи. Мне сейчас должны настроить российское телевидение. А пока иногда просматриваю немецкие каналы. Кстати, захватил «Дневной», «Ночной дозор», переведенный на немецкий. Было интересно.

Когда ездишь по турнирам, времени хватает посмотреть эти города, где принимаешь участие?

– Все зависит от результата. После прохождения первого круга есть пауза и в этот момент можно пройтись.

Из тех городов, где побывал, какой-нибудь в душу запал, чтобы захотелось в него просто так поехать?

– Старый немецкий город Триер понравился. Один год я ездил на командный чемпионат Европы в Венецию – там тоже очень понравилось. Нравится Париж и вообще Франция нравится архитектурой. За границей привлекает близкая расположенность городов. Там можно передвигаться на машине, поезде, забываешь о самолетах, а поэтому и минимальные расходы на дорогу. Тренироваться намного лучше. Много игроков высокого уровня, с которыми набираешься опыта.

Ты провел ряд соревнований в Казахстане. Уровень организации турниров Казахстана отличается от уровня в Европе?

– Можно сказать, что практически не отличается. В Германии тоже может быть не очень хорошая организация, например, был турнир, когда приходилось ночевать в разных отелях, потому что не было номеров. Во Франции можно отметить самую лучшую организацию, когда играл «Челленджер».

В каком городе наибольший интерес проявляют болельщики?

– Наверное, из тех турниров, что я играл, наиболее активные болельщики были в Эккентале на «Челленджере» в Германии.

Со своими домашними как поддерживаешь связь?

– Практически каждый день общаемся по скайпу.

На какой-нибудь турнир приезжали родители?

– Нет! Я не люблю, когда они приезжают на мой турнир, так как они за меня очень волнуются и их нервное напряжение передается мне. Со мной всегда дядя ездил.

Туда ты уехал из Волгограда с тренером. Как он воспринимает новую обстановку?

– Ему приятно работать в таких хороших условиях. Плюс также приобретает опыт, но, естественно, по тренерской части.

– Если говорить по мужской части тенниса, то мир, в последнее время, поделен на две половины: Роджер Федерер и Рафаэль Надаль. А ты кому больше предпочтение отдаешь или у тебя есть третий игрок?

– Здесь я за Роджера. Еще мне нравится Давид Феррер – у них похожий стиль игры. В принципе нравится Новак Джокович – игрок с сильными физическими данными, но все равно не так тянет. Потому как у него больше силовой теннис, а у Федерера разнообразный, хоть много допускает ошибок. Но это следствие его тонкой, красивой игры. Еще Флориан Майер нравится тактической игрой, симпатизирую в какой-то степени Энди Маррею.

– Сейчас, находясь в Волгограде, вряд ли ты будешь исключительно отдыхать.

– Тренироваться, конечно, буду и уже тренируюсь. Время мне предоставили здесь, на «Динамо». Вообще хочу поблагодарить руководителя школы олимпийского резерва Виктора Владимировича Перфильева за помощь и внимание ко мне и теннису, в частности, а также заместителя председателя областного совета «Динамо» Бориса Михайловича Майзлина за представленную возможность тренироваться на этой спортивной базе.

Поделиться в соцсетях