Триумф и трагедия Валерия Трегубова

Каким запомнили двукратного чемпиона Европы его друзья. В справочниках, в Интернете по-всякому называется дата ухода из жизни волгоградского боксера Валерия Трегубова. Даже отчество спортсмена пишется в разных вариантах. А ведь на рубеже шестидесятых-семидесятых он входил в число лучших не только советских боксеров, но и европейских. Перед Олимпиадой 1972 года в Мюнхене он и вовсе считался одним из главных претендентов на «золото». Но уже осенью того же года недавняя олимпийская надежда оказалась за бортом большого спорта.

Виталий Мироненко и Виктор Сахаров не раз выходили вместе с Трегубовым на ринг. Вот что они рассказывают.

Сахаров: – В Волгоград Валеру привез Владимир Лавров, которого пригласили сюда на работу из Краснодара. Он взял с собой своего лучшего ученика Валеру. И как только мы его увидели в деле, стало ясно, что это парень не нашего уровня, гораздо выше. Хоть мы тоже немало умели, но более классная школа чувствовалась.

Мироненко: – Меня первым поставили в спарринг с ним, как льву в клетку отдали на съедение. И уже сразу после того поединка возникла взаимная симпатия. Помяли мы друг друга прилично, хотя мне, конечно, досталось больше. После одного из его ударов в солнечное сплетение я вообще согнулся в три погибели и только смог просипеть «паразит». Он засмеялся. Что, говорит, получил? Это бокс – как выходишь за канаты, об ударах и обидах забываешь. А если противник достойный оказался, появляется уважение к нему.

С: – Вес у нас почти одинаковый был, и мы часто в парах стояли. Валера хорошо чувствовал дистанцию, бил жестко и четко. Спарринги бывают разные, иногда в «боевых условиях». Трегубов чувствовал свою силу, и если противник начинал драться по полной, всегда мог прибавить. Его мало что природа щедро одарила, еще и попал в правильные руки. Владимир Лавров тренером был жестким, как и его брат Артем, ставший затем тренером сборной СССР. У того даже кликуха была Сталин. Но и Владимир не отставал в методах воздействия. Но он четко разграничивал свои обязанности по отношению к подопечным и личную жизнь. Валере в Волгограде обещали помочь с получением высшего образования, это серьезная приманка была, но институт физкультуры он так и не окончил. Помню, едем вместе в Калининград на сборы, и он говорит, что хоть и на 4-м курсе, а зачеты еще за второй не сдал. Мы же в разъездах постоянно, когда лекции посещать? Да и зачем нам, скажем, иностранный язык нужен? Лаврову стоило слово сказать, и все решилось бы, пошли бы навстречу, но он никак не реагировал.

М: – Когда у Трегубова серьезные проблемы начались, я как-то не выдержал и сказал Лаврову: "Ты же за него заслуженного тренера получил, почему не помогаешь?" Он ответил: "Я из него боксера сделал". Скажем так: это не Петр Григорьевич Левитан, у которого я тренировался. Тот помогал всем, чем можно – и с учебой и по жизни, а для Лаврова работа и воспитание лежали в разных плоскостях. Он научил боксу и этим свою миссию считал законченной.

С: – Валера не жадный был, простой, из рабочей семьи, как, наверно, большинство боксеров. Когда Европу выиграл – не изменился. Мы с ним только на сборах вместе находились, но дружбы особой не было. Выпить? Как все, в особых случаях случалось, но не сказать, что злоупотреблял.

М: – Все изменил 1971 год. Он тогда первым номером не только в СССР был, но и в мире выше всех рейтинг имел. Его просто заездили – на все турниры возили. И перед Кубком СССР он вымотался. Я так нажрался бокса, говорил мне, что перчатки видеть не могу. Мне это знакомо, такое бывало и со мной. Однажды на тренировке как бахну перчатки на пол, на Левитана как заору. Если изо дня в день по две тренировки, можно сорваться, если себя не перебороть. Валера не смог перетерпеть. Режим нарушил так, что его из сборной вывели. Вот тогда он по-настоящему загулял. Больше чем на полгода выпал из жизни. На что жил тогда – не знаю. К нему, когда в зените славы был, многие липли. Выпить с чемпионом все хотели. Вот такие друзья его в тот период, наверно, и окружили. А как начали к Олимпиаде в Мюнхене готовиться, наверху хватились: Трегубова-то заменить некем. Начал Валера готовиться, на зубах первенство Союза выиграл и поехал на Олимпиаду. Но чего ему это стоило! Тогда в сборной еще двое волгоградцев было – Володя Иванов и Юра Нестеров. Так вот Юра говорил, что нервы у Трегубова ни к черту были, хотя "физику" более-менее успел подтянуть. В общем, кончилось тем, что Валера проиграл британцу Минтеру, который, кстати, призером Олимпиады стал, потом чемпионом среди профессионалов… Ну а Валере его загул и олимпийскую неудачу не простили. Из сборной выкинули, из Вооруженных сил, где числился, попросили.

С: – На доходы от спорта тогда не шиковали. Многое зависело от того, где числишься. Вот у «боксеров-шахтеров» в месяц и пятьсот рублей могло выйти. Нам такое и не снилось. За выигрыш первенства Союза давали тысячу. С тренером поделился, ребят угостил – и все. А уж когда из спорта уходишь, совсем другая жизнь начинается. Тренер без стажа получал 95 рублей в месяц.

М: – Часто говорят, что в те годы советские спортсмены порой за счет зарубежных поездок материальное положение улучшали. Не думаю. Мне, например, даже совестно было просить его привезти что-нибудь из-за бугра. Потому что спортсмены тогда – обычная рабочая сила, которую кормят и возят, чтобы она медали привозила. И пока привозят, нужда в ней есть. А ожидающих своего шанса пруд пруди. Одного выкинули, другого взяли. Выбор тогда огромный был. Но Валера-то не один из многих, он большего заслуживал. Ведь сколько раз благодаря ему гимн страны звучал!

С: – После того как его выкинули из спорта, тренером он работать не мог, да и не факт, что получилось бы. Но диплом о высшем образовании в любом случае не помешал бы. Но кончилось тем, что начал он подрабатывать самым обычным рабочим.

М: –Знакомые предложили ему поехать в Улан-Удэ на заработки. Только недолго он в строителях побыл. Мне рассказали позже, что произошло. Как-то в ресторане Трегубов отметелил нескольких парней, бывших уголовников. И они ему сказали – из города живым не уедешь. Прошло время, вроде все улеглось, но на деле за ним следили. И когда пошел однажды Валера на почту позвонить жене, что на Новый год приедет домой в Волгоград, его встретили. С ножами, с цепями. Ударили в спину и насмерть. Брат Валеры долго милицию тормошил, чтобы нашли убийц, да напрасно. Не нашли никого. Даже сейчас до слез обидно, что не уберегли его в Волгограде, что не помог ему в свое время Лавров, да и не только он. Судьба у Валеры трагическая, но таких историй с боксерами, со звездными спортсменами, сошедшими с орбиты, не одна. Но чемпионов много, а Трегубов был лучшим в Европе, в мире. Техника отточена, как скульптура, которую изваял великий мастер. У Валеры было все, чем привлекателен бокс. Настоящий шедевр природы, к которому приложил руку великий тренер. Такие, как он, рождаются так же редко, как Кассиус Клей.

Заслуженный мастер спорта СССР Валерий Трегубов:

– девятикратный чемпион РСФСР (1964-1972);

– двукратный серебряный призер чемпионата СССР (1966, 1968);

– трехкратный чемпион СССР (1969, 1970, 1972);

– двукратный чемпион Европы (1969, 1971);

– дважды признан лучшим боксером Европы (1969, 1971).