«Это были непростые поездки...»

Десять ли, пятнадцать лет проработал я в «Волгоградской правде». Срок немалый. Пришел я туда не от хорошей жизни. Многие, конечно, помнят 90-е годы прошлого века. Несладкое время: рушились не только заводы, колхозы, но и судьбы людей.

Так было и у меня: довольно успешный профессиональный литератор, публикации в журналах, книги, неплохая оплата. Но закрываются издательства, книги не выходят, прошлый нажиток отбирают «гайдаровские реформы».
Плакать у «разбитого корыта» без толку; прислуживать да милостыню просить – не привык; давняя профессия электрика – подзабыта. Пришлось идти в журналисты. За год-другой сменил несколько редакций: от районной, областной газет до московских и даже «Радио Свобода». Нигде долго не удержался: «писатель», да еще и со своим «мнением», не всем ко двору.
В редакции «Волгоградской правды» все сложилось по-доброму. Менялись руководители: Анатолий Михайловский, Алексей Давыдов, Лев Куканов. На каждого из них жаловаться грех: принимали и понимали.
Любая работа – это хомут. Журналистская – не исключение. Ко времени, к сроку нужно написать определенное количество строк ли, материалов. Для меня не каких-нибудь, а «екимовских». Чтобы их выделить в номере, редакция ставила факсимиле. Сразу в глаза бросалось: Борис Екимов. Но это тоже ответственность. И конечно же писать мне приходилось не о «планерках» да «совещаниях» в администрации области, не о выездах «первых лиц» «на места». Но об ином: рассказы, очерки, зарисовки. Довольно много ездил по области: далекие села, хутора.
Это были непростые поездки: разваливались колхозы, люди работали, не получая зарплаты, впереди никакого просвета. И «больные» вопросы писателю: «Когда же Москва к нам повернется? Кто же города будет кормить?!» А порой упреки: «Это вы, писатели, всё погубили! На своих съездах!» Всякое было.
Но получались порой довольно неплохие очерки, которые были откровением не только для читателей далеких столиц, но и для тех, которые рядом. Помню недоуменные вопросы, порою шепотом и с оглядкой: «Как же разрешили?.. Тем более в нашей газете…»
Газетные руководители «разрешали», понимая, что это – Борис Екимов. Спасибо им. В результате за годы работы из этих сельских очерков сложилась книга «Прощание с колхозом» – свидетельство горьких времен на нашей земле: разруха, первые шаги созидания. Эта книга в своем роде уникальна. Другой такой нет.
В ту же пору писалось иное. «Волгоградская правда», наверное, единственная газета в стране, которая постоянно печатала мои рассказы и даже повести, с продолжением, из номера в номер. В те времена мои книги практически не выходили. Многие читатели вырезали из газеты мною написанное, складывали вместе, создавая для себя и близких такое «собрание сочинений». Даже теперь иногда о них слышу.
Газетное слово, в отличие от книжного и журнального, доходит до читателя мгновенно. Сегодня напечатано, завтра – отзыв. А порой еще и в газете нет… Так сложилось, что самые первые мои читатели – корректоры.
Корректорам «Волгоградки» Тамаре Александровне Пересецкой, Тамаре Павловне Духаниной и всем остальным благодарен: первыми читали, первыми говорили: «Спасибо!» Порой выход рассказа задерживался. Кто-то из корректоров мне сообщал: «Когда-то еще выйдет. А мы уже копии сняли. Раздали знакомым. Пусть читают…» Конечно же пусть читают.
Газетное слово отзывается быстро. Напечатали «Летнюю кухню», и тут же пошли звонки телефонные: «Моя мама такие пирожки пекла… Моя бабушка… Это всё про нас…» А итог подводит при встрече Владимир Иванович Сальный: «Борис Петрович! Что ваша Государственная премия… Вот «Летняя кухня» вас сразу прославила! Все просят: сними копию! Надоели…»
В любой работе великое дело – люди, которые рядом, сотрудники. В другой газете – тоже областной – редактор постановил: «Премия тебе не положена. У тебя строк мало…» Там же, у бухгалтеров, кислые физиономии: «Всегда вы мешаете… У нас – баланс, отчет». Сотрудники меж собой: «Писатель… Да мы бы такое написали, если бы времени хватало…»
В редакции «Волгоградской правды» было по-иному. В бухгалтерии улыбаются: «Всегда вам рады…» Секретарь редакции Клавдия Алексеевна – сама доброжелательность.
Заместитель главного редактора Александр Афанасьев, который всегда в делах (на столе – пирамиды рукописей, гранок); он с первых дней твердо сказал: «Твои материалы сам буду вести. Не беспокойся, всё будет вовремя».
Виктор Лосев, тоже заместитель «главного», порой остерегал, прочитав мою очередную статью: «Ты в одиночку не езди. Застрянешь на своей «Ниве». Теперь везде глухомань. Особенно в Задонье».
Владимиру Голубу – особая благодарность. Он всегда понимал значимость екимовской прозы, даже для газеты. Убеждал, настаивал. Очерки мои, рассказы, а тем более повести, занимали немало места. Из номера в номер. «Газета не резиновая». Но печатали.
Может быть, дело еще и в том, что в редакции той поры, в большинстве своем, работали люди с хорошим журналистским образованием: выпускники Московского, Ленинградского, Уральского университетов. Они понимали значение слова и художественной литературы. В том числе и для газеты. С такими людьми работать легко, от них не услышишь: «Норму строк не выполняешь…» или «Да, мы бы и сами…»
Но лучше о добром. Не по «зову сердца» пришел я работать в газету. Время ли, нужда заставили. Но «Волгоградской правде» большое спасибо. И от меня, и от моих читателей, у которых и теперь сохраняются «газетные книги» Бориса Екимова. Дай бог, надолго. А что до вопросов, тоже читательских: «Почему вас газета теперь не печатает? Почему по радио не слышим?» На эти вопросы у меня два ответа: во-первых, мой возраст; во-вторых, времена пришли иные. Но думается мне, что при любых временах всегда будет не лишним на нашей земле русское литературное слово. И в газете – тоже.