Посвятили жизнь Богу и служению людям

История семьи с корнями из Старой Сарепты.В архиве знаменитой сарептской семьи Лангерфельд я нашла фотографию православного священника. Дородный человек в черной высокой шапке, в парчовом одеянии с несколькими православными крестами на груди, спокойно и проницательно смотрит со снимка. Что общего у православного священника с немецким аптекарем и врачом Францем Хайнрихом Лангерфельдом? Загадка разрешилась не сразу…

Амбарцум Киркорович Амбарцумянц, как и его предки, родом из города Шемаха Бакинской губернии Российской империи. Его отец имел семерых детей от разных жен. Будучи человеком состоятельным, всем дал хорошее образование и воспитание.

Его младший сын Амбарцум получил в Швейцарии высшее образование по воспитанию и обучению глухонемых детей, позже увлекся лютеранством. Жена родила ему двоих детей: Аршака и Наталью. Во время третьих родов она скончалась, и вдовец остался с тремя малышами на руках.

Слава о девицах из дома незамужних сестер Сарепты как о лучших воспитательницах и гувернантках детей достигла уже в то время не только Москвы и Петербурга, но и Баку. Амбарцум твердо решил воспитывать своих детей только в лютеранской вере. По этой причине он отважился поехать в далекую Сарепту.

В общине ему рекомендовали 26-летнюю Каролину Кноблох. Ее мать была старшей дочерью врача, аптекаря и изобретателя сарептского бальзама Франца Лангерфельда. Отец – двоюродный брат горчичного фабриканта Александра Кноблоха.

Каролина искренне полюбила детей Амбарцума Киркоровича – пятилетнего Аршака и трехлетнюю Наталью (третий ребенок – самый младший – вскоре умер). Наблюдая, с какой материнской нежностью и заботой Каролина обращается с детьми, Амбарцум решил, что лучшей матери для них не найти. «И по обоюдной приязни они вступили в брак, обвенчавшись в сарептской кирхе».

Как вспоминает внучка Каролины – Лидия Каледа: «Жизнь в Сарепте, в доме родителей жены протекала спокойно и размеренно. После обеда Амбарцум любил хорошо поспать, а вместе с ним погружалось в сон все его многочисленное семейство. Но когда он устраивал застолье на армянский манер, было весело и шумно. Заканчивалось оно импровизированными концертами. Темпераментный, импульсивный Амбарцум Киркорович, надо сказать, остро страдал от своей педантичной родни. Теща то и дело умеряла его южный пыл и порывы, зовущие непременно и тотчас идти к кому-нибудь в гости. «Ам-бар-цум! – распевно говорила она, – туда нельзя сейчас идти, там обедают, туда не звали!».

К концу 1880-х годов семья переезжает в Саратов, где Амбарцум Киркорович открывает пансионат для глухонемых детей. По своей доброте он не берет денег от бедных родителей, а богатые, глядя на это, не спешили оплачивать его услуги. И поэтому дело скоро обанкротилось.

В Саратове у него родились дочь Лидия в 1890 году и в 1892 году – сын Вальдемар, на русский манер – Владимир. Разорившись и покинув Саратов, Амбарцум вместе с семьей переехал в Москву. Там он устроился работать преподавателем и воспитателем в училище для глухонемых.

В основном воспитанием детей занималась Каролина Андреевна. И воспитывала их на лютеранский манер – строго, но с любовью и великим терпением. Она никогда не делала различия между своими и приемными детьми. В ответ дети ее глубоко чтили и уважали. Аршак получил высшее образование и работал инженером.

Лида, дочь Каролины и Амбарцума, ушла из жизни рано, в 26 лет. В том же 1916 году умерла и Каролина Андреевна. Они похоронены на Немецком кладбище в Москве.

Младший сын Амбарцума и Каролины Владимир – любимец семьи – всегда был особенным ребенком, любознательным и непоседливым. Он хорошо играл на скрипке и фисгармонии, обладал великолепным слухом и голосом. Знал несколько иностранных языков: латинский, греческий, английский и немецкий. Еще в школьные годы у него открылись удивительные способности по математике и физике.

Владимир поступил в Московский университет на физико-математический факультет. Через полтора года, «по настоянию матери», он поехал в Берлин учиться в самом лучшем техническом вузе того времени. Воспитанный в христианской вере, он легко вошел в студенческий баптистский кружок, где стал активным его членом. Перед самым началом Первой мировой войны ему остро захотелось вернуться домой. Он быстро собрал свои вещи и едва успел в последний вагон последнего уходящего в Россию поезда.

Он восстановился в университете и всецело посвятил себя богоискательству, продолжая активную деятельность в баптистских студенческих христианских кружках. Вскоре он возглавил это движение в России. В 1925 году он познакомился с протоиереем православной церкви Валентином Свенцицким, который увлек его в православие. В 1927 году Владимир Амбарцумов стал священнослужителем православной церкви.

В 1931 году в церковных кругах горячо разбирается постановление о формуле повиновения советским властям, принятое Временным Патриаршим Синодом. Отец Владимир не согласился с создавшейся ситуацией, оставил служение священника и возвратился к инженерной работе.

В апреле 1931 года Владимира Амбарцумова арестовало ОГПУ как активного участника Всесоюзной контрреволюционной монархической организации «Истинно православной церкви». По ходатайству Академии наук, где он работал в то время, его освободили и срок назначили условно.

Второй раз он был арестован в сентябре 1937 года. После длительных допросов в Бутырской тюрьме 3 ноября «тройка» при УНКВД СССР по Московской области постановила: «Амбарцумова Владимира Амбарцумовича расстрелять». Приговор приведен в исполнение 5 ноября на Бутовском полигоне под Москвой. Владимир Амбарцумов был реабилитирован президиумом Московского городского суда в феврале 1960 года, а спустя 40 лет – канонизирован в сонме 1154 мученников и причислен Русской православной церковью к лику святых.

Его дети Евгений и Лидия (в замужестве Каледа) пошли по стопам отца. После длительных исканий Евгений, отучившись в университете, прошел всю Великую Отечественную войну, был награжден орденом «За отвагу», стал благочинным православных приходов в Финляндии, настоятелем Князь-Владимирского собора в Ленинграде. В последние годы он преподавал в Ленинградской духовной семинарии. Три его сына – Алексей, Дмитрий и Николай – также приняли священство, как отец и дед.

Дочь Владимира Лидия была замужем за протоиереем Глебом Дмитриевичем Каледой, профессором, доктором геолого-минералогических наук. Все пятеро их детей пошли по стопам отца и стали священниками православной церкви. Их сын – Василий Глебович – психиатр, доктор медицинских наук – также принял сан.

Вот такая история Каролины, или просто Лины, из Сарепты. Смелой, красивой женщины, вышедшей замуж из милосердия и сострадания к детям-сиротам и желания хотя бы этим послужить Богу. И оставившей после себя, как результат своего воспитания, столь многочисленных и уважаемых людей своего времени. Среди них врачи, инженеры, доктора наук, профессора, кандидаты богословских наук, священнослужителя разных рангов. Все они посвятили жизнь Богу и служению людям и поэтому навсегда остались в нашей памяти.