На территории Станиславского

На территории Станиславского
Обозреватель «ВП» Юлия Гречухина сходила на премьеры в Молодежный и Казачий театры

Кто там прячется в саду?

Жили-были муж, жена и сын. И был у них уютный домик с верандой, рядом садик. Ну, конечно, хотелось бы сад иметь побольше, а в нем построить оранжерею, сына отдать в крутой университет и вообще жить не хуже соседей, которые не считают каждую копейку. Ох, sorry, каждый цент.

Не правда ли, знакомо? А ведь пьеса «Все в саду» написана еще в 1960?х американским драматургом Эдвардом Олби, которого в нашей стране было принято считать разоблачителем чуждых западных нравов. Театры охотно ставили его пьесы, в том числе и знаменитую «Кто боится Вирджинии Вулф?». И вдруг эти «антибуржуазные» тексты про «их нравы» налились ошеломляющей злободневностью для россиян.

Художественный руководитель Волгоградского Молодежного театра, заслуженный артист России и постановщик спектакля Владимир Бондаренко очень точно выбрал этот материал. Спектакль, начавшись как тихая семейная история, оборачивается социальным триллером – довольно беспощадным по отношению к зрителям, особенно к тем, кто предпочитает легкие комедии и мелодрамы.

В постановке нет обличительного пафоса, но есть сумасшедший нерв. Она неумолимо в стремительном ритме движется к финалу, и его ждешь с замиранием сердца, даже с обреченностью. «Да, это жестко… Пробрало!» – переговаривались в публике, выходившей после окончания спектакля из зрительного зала, как из мини-чистилища.

А вроде так все хорошо начиналось. Он и Она – Ричард (Владимир Захаров) и Дженни (Вероника Куксова), красивые, любящие, с упоением строящие свое семейное гнездо. В этом нет ничего плохого, обычный быт – проверять и перепроверять коммунальные счета, копить купоны на скидки. Правда, чтобы получить бонусы на покупку пылесоса, нужно покупать дрянные сигареты, ну что поделаешь… Денег на черную икру не хватает, это тоже можно пережить. Зато сад цветет, не переставая.

Но однажды в этот уютный мирок входит загадочная миссис Туз (Татьяна Браженская). Актриса спокойно и точно изображает того самого библейского змея-искусителя (кто, как не он, должен появиться в райском саду), прячущегося в обличии внешне респектабельной и крайне прагматичной дамы. Не буду пересказывать сюжет, который по мере развития событий приобретает детективную окраску, иначе неинтересно будет смотреть спектакль.

Немного смелости – и можно приложить его фабулу к себе: что лично ты будешь делать, когда тебе прямо в руки суют толстую пачку долларов за некую услугу. Да, немного согрешишь, но взамен получишь деньги, такие нужные для семьи и очага. Пара Захаров – Куксова виртуозно изображает ровные супружеские отношения, в которые вкрадывается «дьявол». Уступка за уступкой, шаг за шагом – во имя будущего прекрасного сада благими намерениями вымощена эта дорога. Надо ли напоминать, куда она ведет?

Прав ли богатый повеса Джек, ближайший сосед, постоянно вмешивающийся в жизнь Ричарда и Дженни? «Деньги ненасытные, берегите свою бедность…» – пытается он спьяну острить и не находит понимания ни у кого. Игорь Мишин-Джек с его иронией и харизмой в этой постановке отвечал за философские смыслы. Его лаконичные монологи отлично дополняли стихию абсурда.

Московский художник Нана Абдрашитова для небольшой сцены Молодежного театра придумала уютную деревянную веранду, которая может крутануться вокруг своей оси, так же, как резко перевернулась жизнь героев. Во втором акте персонажи вышли в костюмах с ярчайшими флоральными принтами. Это словно пародия на мечту о прекрасном саде, а ее завершающий аккорд – погребальный визг газонокосилки.

Белая гвардия, черные стены

«Дни Турбиных»… Эта булгаковская пьеса связана в нашей памяти с таким количеством легендарных сценических воплощений, что Казачий театр шел истинно на риск, замахнувшись на ее постановку.

Теперь уже можно сказать: у театралов были сомнения, удастся ли «казакам» передать «белую музыку революций», когда надо играть людей благородной крови, воплощать типажи, которых больше не существует. Самое интересное, что живыми и обаятельными у постановщика Владимира Тихонравова получились именно сцены в доме Турбиных – последнем оплоте офицеров белой гвардии и примкнувшего к ним Лариосика.

О чудо! – обращения «штабс-капитан», «поручик» и «господа, к столу» звучали органично, знаменитые романсы – вовсе великолепно. Мы видели и мужское братство, и рыцарственность по отношению к прекрасной даме – рыжей Елене. Несмотря на явственный привкус надвигающейся катастрофы, каждый из персонажей продолжал вести себя в соответствии с понятиями чести офицерской, мужской. В момент истины за эти идеалы шли под пули, как это сделал старший Турбин.

Хорош был этот мужской актерский ансамбль: Алексей – Юрий Морозов, Николка – Александр Рыжманов, Мышлаевский – Сергей Чвокин, Шервинский – Вадим Мирошников (голос у него прекрасный, как и требует роль!), Студзинский – Андрей Григорьев, Лариосик – Александр Кривич. У каждого было точное попадание в образ – и текст Булгакова им в том подмога и опора. Нет, все же прекрасно, когда театр берет к постановке проверенную временем русскую классику!

Там, где постановщик следовал традициям русской психологической драмы, зрители безоговорочно следовали за ним, вместе вспоминая трагедию российской истории, когда лучшие люди Отечества были брошены в бойню Гражданской войны и сгинули. А спаслись другие – менее принципиальные и верные присяге, убежавшие «крысьей побежкой» от опасности. Настроение нарастающей, пульсирующей тревоги было передано музыкой «Болеро» Равеля.

К сожалению, не такими щемящими и пронзительными получились сцены сна Алексея, которые вышли уж слишком крикливыми и суматошными. Как и сцены в штабе, где Гетман больше впечатлил своим ставропольско-горбачевским говорком, чем сатирическим изображением предательства.

Крах дома Турбиных с его хрестоматийными «кремовыми шторами» неминуем. Правда, повесить эти шторы в наглухо затянутой черной тканью сцене сценограф почему?то не захотел…

Фото Владимир Матюшенко.