«Для вьетнамцев было за счастье попасть в нашу тюрьму»

  • «Для вьетнамцев было за счастье попасть в нашу тюрьму»
  • «Для вьетнамцев было за счастье попасть в нашу тюрьму»
  • «Для вьетнамцев было за счастье попасть в нашу тюрьму»
Волжский врач-анестезиолог – о работе в бухте Камрань, изучении Корана за деньги и свободе слова как двигателе прогресса

Несколько дней назад российские и иностранные СМИ облетела новость – Вьетнам пригласил Россию вернуться в Камрань. Напомним, в 1979 году Вьетнам отдал эту глубоководную бухту и ее сооружения Советскому Союзу на 25 лет в безвозмездную аренду. В 2001 году было принято решение досрочно эвакуировать базу – последние российские военные и медики покинули базу в мае 2002?го. Среди них – врач-анестезиолог из Волжского Виктор Видуков. Своими воспоминаниями о тех временах доктор поделился с корреспондентом «ВП» Анатолием Любименко.

О престиже страны и отношении к россиянам

О том, как оказался в Камрани, доктор Видуков вспоминает с юмором.

– В военкомате полторы тысячи долларов в месяц обещали – деньжища! Это в то время, когда у нас зарплату по полгода не выдавали, – объясняет Виктор Видуков. – Правда, на деле стали платить всего 210. Почему такая разница – не ко мне вопрос, терапевт, кстати, вообще только 130 получал. Себе я оставлял

15, остальные отправлял семье. У нас же еще паек был, так что хватало.

А вообще, говорит врач, грустное было время для Камрани. База доживала последние месяцы, платили скверно…

– Лучше всех жилось мусорщику, он среди нас самым богатым считался, – продолжает Видуков. – Только тележку с хламом за пределы зоны выкатит, его уже целая орава местных дожидается. Все в ход шло. Помните, как «Русские витязи» разбились в Камрани? Наши СМИ передавали, что самолеты никак не могут найти, а местные уже на третий день расчески из переплавленного металла на рынке продавали.

О ценности человеческой жизни

По словам доктора Видукова, отношение к россиянам в то время у вьетнамцев было неоднозначным. Они очень обижались, что потеряли возможность ездить в Союз на работу, считали, что Советы их бросили, как Кубу.

– Впрочем, в целом отношения с вьетнамцами были неплохие, весь полуостров Камрань лечился у нас, – вспоминает Видуков. – Мы же, к примеру, в Ханой только под их конвоем отправиться могли, как за железным занавесом жили. А вот тюрьмы наши вьетнамцы любили, считали за счастье туда попасть. Ну, попинает тебя наш солдат, зато три раза накормит. Вьетнамский цугундер выглядит иначе. Это плац, а посреди яма четыре на четыре, которая решеткой закрыта. У нас?то жизнь человеческая не сильно ценится, а у них и вовсе. Как и в любой юго-восточной стране.

Или другая история. Северные вьетнамцы, когда в гражданской войне победили, всех женщин, что с американцами якшались, собрали и на остров отправили, что в 17 морских милях от берега. А на острове камень голый. Хочешь жить – плыви! Французы в такой же ситуации своих женщин наголо брили, но то Европа!

О Коране и профессии врача

В 2006 году доктор Видуков оказался в Йемене – ехал устраиваться на работу по контракту на два года, но жизнь внесла коррективы.

– Познакомился с работодателем, им оказался бизнесмен из Саудовской Аравии, который создал частный гос-питаль, – говорит волжанин. – Контракт поменялся на глазах: не 1300, как говорилось прежде, а 600.

Поработал Видуков месяц-другой – не впечатляет. Система координат такая: «я начальник – ты дурак». И как только он решил эту страницу в биографии перевернуть, поступило предложение поехать в Саудовскую Аравию на полгода Коран учить.

– И заплатят мне за это обучение 50 тыс. долларов. Не я, а мне! – восклицает доктор. – И тут же эту священную книгу на русском языке вручают. Не глянулось мне это предложение, отказался.

К слову, немцу в том же Йемене нужен дом, прислуга, оборудование, какое он затребует. А русский врач самый бедный, ему и платить меньше всех можно. Анестезиолог американский без всех своих причиндалов работать не сможет. А русских жизнь заставила обходиться самым малым, необходимым.

– Правда, в Йемене, если врач берет за визит мало, значит, плохой врач, – объясняет Видуков. – Мне предлагали остаться, но я, как узнал, что в тех местах температура до 46 доходит, отказался.

Зато взял и устроил себе царскую жизнь на целый месяц. Только в море купался, загорал и отдыхал.

О свободе слова

– А вот во Вьетнаме я бы остался жить, – признается Видуков. – Климат великолепный, затрат на одежду почти никаких: шорты и шлепанцы. Религия терпимая, народ улыбчивый, доброжелательный. За два года всего раз видел, как вьетнамцы ругаются. Они же через считанные годы после гражданской войны смогли замириться.

Еда, говорит доктор, копеечная – на 50 центов выше крыши наешься.

– Я там всю ползающую фауну перепробовал – лягушки, змеи, – смеется доктор. – С Йеменом – как небо и земля. Страна здесь быстро поднялась и главное – свобода слова. А все остальные свободы к ней сами прикла­дываются.

В эту гавань заходили корабли

В начале 80?х годов в Камрани была создана крупнейшая советская военная база за рубежом. Скромно называвшаяся ПМТО ВМФ, она представляла собой мощную военно-морскую базу 17?й оперативной эскадры.

Здесь одновременно находилось восемь – десять надводных кораблей, от четырех до восьми подлодок и суда обеспечения. Кроме того, разрешалось одновременное пребывание на аэродроме 16 самолетов-ракетоносцев.

По согласованию количество кораблей и самолетов могло увеличиться. База в Камрани позволяла Тихоокеанскому флоту контролировать южную часть Тихого и весь Индийский океан. Кстати, Камрань вообще не стала бы советской базой, если бы не вторжение Китая во Вьетнам в 1979 году.

Пекин возмутил факт поддержки Вьетнамом свержения режима Пол Пота в Камбодже. В мае того же года было подписано соглашение о передаче Камрани в бесплатную аренду СССР на 25 лет. Очевидно, что Вьетнам рассматривал базу как гарантию от повторения китайской агрессии.

Дьявол кроется в деталях?

И если теперь вьетнамцы снова зовут нас обратно, считают политологи, то опять?таки с той же целью – сдерживать Китай.

С одной стороны, разговоры о возвращении РФ в Камрань – пока только риторика, с другой – это хорошая возможность вернуть стране статус великой державы за сравнительно небольшие деньги.

Но, как говорится, дьявол кроется в деталях: в любом случае за аренду придется платить, и одно дело, если вьетнамцы потребуют десятки миллионов долларов, а другое – если будет заключено бартерное соглашение.

На данный момент России достаточно и свободного захода в Камрань – соответствующее соглашение подписано и действует.

Хотя, безусловно, наличие военного объекта в АТР (Азиатско-Тихоокеанский регион) упрощает выполнение задач стратегической авиации и кораблям боевой службы ТОФ, которые идут в Индийский океан для борьбы с пиратством или на учения с ВМС Индии.

Поделиться в соцсетях