Экстрасенсы ведут расследование

  • Экстрасенсы ведут расследование
  • Экстрасенсы ведут расследование
  • Экстрасенсы ведут расследование
  • Экстрасенсы ведут расследование
  • Экстрасенсы ведут расследование
Как маги и ведьмы помогают волгоградским следователям раскрывать убийства

Несколько лет назад сонное село в Быковском районе Волгоградской области облетела страшная весть – в одном из домов нашли тело убитого мужчины. Кто?то вдоволь поиздевался над жертвой: несчастного связали, затем пытали, а потом отрубили голову. Следователи, осматривавшие место происшествия, не сдерживали эмоций – преступления, совершенного с такой жестокостью, они еще не видели.

«Глухарь»

Но дело это, обещавшее стать громким, неожиданно попало в разряд «глухарей». На поиски подозреваемого были брошены лучшие силы оперативников уголовного розыска.

Сыщики провели гигантскую работу: нашли и встретились со всеми, кто знал убитого, допросили даже тех, кто был знаком с погибшим лишь шапочно, на всякий случай проверили алиби всех жителей небольшого сельца и даже людей, которые были всего лишь знакомыми приятелей убитого.

Спустя год круг замкнулся – у силовиков по?прежнему не было ни одного подозреваемого. И опергруппа отправилась к Аглае (фамилии этой странной женщины, как и ее возраста, никто никогда не знал), о которой в Быковском районе ходили легенды.

Видела будущее

Эта женщина жила словно между двумя мирами. Говорили, что она видит прошлое и будущее, что дар этот к ней перешел по наследству от бабки.

Молодые девчонки бегали к Аглае за советами как удержать любимого, а бабы, давно замужние, дотошно выспрашивали у нее рецепты снадобий, помогающих укрепить супружеские отношения.

Как бы то ни было, но визиту нескольких мужиков, смущенно топтавшихся в крохотной кухоньке, Аглая как будто не удивилась. Один из членов оперативно-следственной группы Владимир Суров вспоминает: складывалось ощущение, что Аглая ждала их прихода. Иначе, наверное, и быть не могло: она ведь была самым настоящим экстрасенсом. Или, как ее еще называли, «белой ведьмой», колдуньей.

– Женщина с каким?то почти царственным достоинством пригласила нас войти, – вспоминает Суров. – А потом спокойно спросила: «Вы принесли фотографию?» Мы действительно взяли с собой фотографию убитого год назад мужчины. Фото было сделано еще при жизни, нам его дала гражданская жена погибшего. Ее мы, разумеется, проверили в первую очередь, но женщина, что называется, была чиста.

Нашла по фото

Все, что происходило потом в этой затемненной, наполненной пряными ароматами кухне, Сурову запомнилось навсегда. Аглая села за стол, жестом пригласив присесть и посетителей. Положила ладони на фото, закрыла глаза, а потом резко распахнула их:

– Этот человек мертв! Убит! – воскликнула она.

Сыщики подтвердили, а потом попросили описать то, что она видит, глядя на фото.

– Тогда Аглая рассказала нам, что видит рядом с погибшим молодого человека, светлого (значит, светловолосого), – вспоминает Владимир Суров. – И настойчиво повторяла, что именно он был убийцей. А еще – что погибший сам подпустил его к себе, ибо слишком хорошо знал своего мучителя.

И все это она произносила, не отрывая от фотографии ладоней, словно там, на кончиках пальцев, помещалась та нить, которая связывала ее с человеком с того света.

Светлое пятно

Следователи терялись в догадках. Досконально изучив дело, они знали: в окружении убитого не было ни одного блондина мужского пола.

Перетряхнув материалы допросов и осмотров, сыщики приняли решение вновь встретиться с каждым из тех, кто когда?то давал показания. Только чтобы попросить их об одном – вспомнить, входил ли в число знакомых убитого светловолосый молодой человек?

Еще несколько недель бесконечных допросов, визитов, протоколов. Слова Аглаи уже казались выдумкой, но однажды…

– Мы беседовали с одной из подруг гражданской жены погибшего, – припоминает Владимир Суров. – На вопрос о светловолосом человеке она решительно ответила: «Не знаю таких». Спустя час женщина попрощалась, но уже выходя из кабинета, вдруг остановилась: «А знаете, пожалуй, это Санька, сын ее, ведь он всегда был светленьким. Потом, правда, я его до-о-олго не видела, но Любка как?то удивлялась еще, что сын волосы на голове перекрасил…»

Пасынок погибшего, тот самый Санька, исчез из поля зрения следователей почти сразу – после первой волны допросов. Но тот факт, что он поменял цвет волос, уже говорил о многом – быть может, права была Аглая?

Дальнейшее оказалось делом техники. Саньку разыскали. Разыграли небольшую сценку, попросту называемую блефом. Перед лицом «неопровержимых доказательств» парень сознался в убийстве отчима – поводом стала обычная пьяная ссора.

А раскрыть дело помогли слова местной колдуньи…

Невский экспресс

На самом деле тех, кто действительно обладает экстрасенсорным даром, крайне мало, а тех, кому можно доверять – скорее, даже верить, – и вовсе единицы. Да и люди эти не стремятся навязать свои «услуги» следствию: они?то знают, что рано или поздно сыщики сами придут к ним за помощью.

Так, во время расследования обстоятельств подрыва поезда «Невский экспресс» руководитель СК России Александр Бастрыкин прямо заявил, что к раскрытию дела привлекались гипнотизеры. Люди с паранормальными способностями, по словам Бастрыкина, работали с очевидцами трагедии, осторожно заставляя их вспоминать то, чему они, возможно, не придали значения в разговоре со следователями.

Такое сенсационное признание представители российских спецслужб сделали впервые. Однако уже доподлинно известно, что силовики активно, хоть и негласно, сотрудничают с людьми, обладающими гипнотическими и экстрасенсорными возможностями, уже с начала XX века.

К слову, говорят, что тот же самый Бастрыкин после публичного признания об участии в некоторых следственных действиях экстрасенсов и гипнотизеров позже оговорился: мол, зачем нам тогда нужны блестящие криминалисты – логичнее набрать в штат гадалок и потомственных ведьм!

Нет законодательной базы

Однако сотрудничество с необычными экспертами силовики особо не афишируют, опасаясь развала дела в суде. Ведь адвокаты преступников с легкостью могут изъять из уголовных дел доказательства, добытые с помощью парапсихологов, как несерьезные.

Проблема в том, что до сих пор для этой практики не существует законодательной базы. Более того, как пишет кандидат юридических наук Николай Китаев, «российское законодательство содержит прямой запрет использования гипноза и парапсихологии в любых целях, кроме медицинских».

Добытая таким путем информация оформляется как сведения, полученные оперативным путем. И не может являться доказательством по делу хотя бы потому, что показания ясновидящего могут быть ошибочными: бывают люди, которые берут на себя чужие преступления ради славы. Факт, однако, остается фактом: в самых запутанных делах сыщики обращаются за помощью к людям с паранормальными способностями.

Фото vpravda.ru

Поделиться в соцсетях