Лекарство для «серебряного возраста»

Лекарство для «серебряного возраста»
Кто и как будет лечить пожилых людей. Еще совсем недавно самыми дефицитными врачебными специальностями были патологоанатом и неонатолог. Сегодня же быстрее всего не только в России, но и во всем мире растет потребность во врачах-гериатрах. Почему? Об этом обозреватель «ВП» Ольга СУРАГИНА побеседовала с главным внештатным специалистом по гериатрии Минздрава РФ, доктором медицинских наук Ольгой ТКАЧЕВОЙ, побывавшей в Волгограде на презентации федерального пилотного проекта «Территория заботы».


Возраст с "нагрузкой"

– Ольга Николаевна, почему ВОЗ считает, что нужно предпринимать экстренные меры по развитию гериатрии?

– Потому что проблема назрела. Сегодняшнюю демографическую ситуацию специалисты красиво называют «серебряным цунами». Население Земли стареет и в скором времени уже на одну треть будет состоять из лиц пожилого возраста. За последние полвека средняя продолжительность жизни выросла на 20 лет, сейчас во многих странах она составляет уже 85–86 лет и в ближайшее десятилетие, думаю, приблизится к 100 годам. Но у этой медали есть и оборотная сторона – рост так называемых возраст-ассоциированных заболеваний, которые возникают у долгожителей. Это сердечно-сосудистые, онкологические заболевания, заболевания костно-мышечной системы, сахарный диабет, деменция – и связанные с этим социальные проблемы. Людям пожилого возраста нужна не просто медицинская помощь, а особая медицинская и социальная помощь. Именно этим занимается гериатрия.

– Но разве это актуально для России? Мы ведь не относимся к странам с высокой продолжительностью жизни.

– Да, в нашей стране она не самая большая в мире. Но ситуация меняется. В 2016 году мы достигли исторического максимума – ожидаемая продолжительность жизни составила 71,4 года. Даже в Москве средняя продолжительность жизни – 76 лет, и уже 4000 москвичей старше 100 лет. В Волгоградской области тоже очень много пожилых людей и людей старческого возраста. Поэтому развитие гериатрии сегодня актуально для всех стран и всех регионов. Гериатрия – это инвестиции в наше будущее.


Не зри в паспорт!

– А почему пожилым нужен свой доктор? Разве их не могут лечить обычный участковый терапевт и «узкие» специалисты?

– Лечат и будут лечить. Но проблема в том, что люди стареют по-разному – кто-то быстро, кто-то медленно. Один человек в 80 лет бегает, плавает и даже собирается жениться, а другой плохо видит, ничего не слышит, почти не ходит и не может себя обслуживать. Эту вторую категорию пациентов мы называем «хрупкими», и именно им в первую очередь нужен гериатр. Он смотрит на сохранность пациента, определяет его биологический возраст, который далеко не всегда совпадает с тем, который указан в паспорте, – и в зависимости от этого формирует стратегию помощи.

– И в чем эта помощь заключается? Ведь у пожилого пациента, как правило, целый «букет» различных заболеваний.

– Мы не можем лечить все, чем болеет пожилой человек, когда у него шесть-семь заболеваний. Гериатр должен определить самую важную проблему, которая ухудшает качество жизни пациента и обусловливает его зависимость от посторонней помощи. Зависимость начинается, когда ухудшается зрение, наступает слабость мышц, развивается страх падений и возникают когнитивные нарушения. А когда главная проблема определена, начинаем целеориентированную терапию, которая означает, что очень осторожно используются лекарства и делается акцент на социальную помощь.

– Таблетки не главное?

– Хрупкость, синдром старческой астении нельзя лечить только таблетками, так же, как синдром одиночества. Это как в педиатрии – врачи должны работать не только с ребенком, но и с его родителями, семьей. Надо выяснить, с кем живет пациент, в каких условиях, какие у него финансовые возможности и т. д. Поэтому мы говорим о необходимости открывать в поликлиниках гериатрические кабинеты, где будут работать не только врач-гериатр, но и гериатрическая медицинская сестра со специальной подготовкой, и социальный работник.


Года как богатство?

– В чем заключается социальная помощь?

– Эту работу ведут не те социальные работники, которые помогают пожилым людям умываться, убирают в квартире и покупают им продукты. Это, скорее, социальные юристы, которые информирует пожилого человека о том, что у него есть льготы, что его можно определить на социальный патронаж, включить в какие-то социальные программы или обеспечить пребывание в социальном стационаре, если человек одинок. В Москве из всех людей пожилого возраста, обращающихся в поликлиники, 60–70% одиноки. Колоссальный процент! Мало сказать пожилому одинокому человеку: вот это эффективное лекарство, купите его и лечитесь. А как? Кто ему лекарства купит? Кто будет контролировать их прием? Кто ему будет готовить пищу? Кто поможет дома не упасть, а, если упал, поднимет? Мы должны обеспечить таким людям помощь. Это тоже задача гериатрии.

– Учитывая темпы старения россиян, сколько же сегодня нужно гериатров?

– По нормативам – один на 20 тыс. пожилого населения. Понимаю ваше удивление. В США, например, где гериатрия уже получила широкое развитие, норматив 1 на 10 тыс. человек, и то они считают, что этого недостаточно.

– Правда, что у нас пока такие врачи в дефиците?

– Да, принятый норматив не выполняется. Сейчас идет усиленная подготовка гериатров. Однако надо понимать, что основное бремя оказания помощи пожилым пациентам все равно ляжет на врачей первичного звена. Особо хочу подчеркнуть: медицинская помощь должна оказываться пожилому человеку в любом медучреждении!

– Но нередко мы сталкиваемся с тем, что в госпитализации именно в силу возраста отказывают!

– Такого быть не должно. Да, старость не лечат. Но даже долгожители должны получить самую современную помощь! Можно оперировать, менять суставы, устанавливать стимуляторы и стенты не только людям пожилого, старческого возраста, но и даже 100-летним. Такой опыт у нас есть, и он должен транслироваться по всей стране.

– Что даст развитие гериатрии?

– Системы гериатрической помощи выстроены в Великобритании, Испании, Израиле, США, в других развитых странах. Системы разные, но все они доказали свою целесообразность. Они выгодны государству и обществу, поскольку способствуют уменьшению числа госпитализаций, случаев инвалидности, снижается необходимость в домах престарелых. И даже меньше становится смертность среди людей пожилого и старческого возраста. Мы надеемся на такие же результаты.

Кстати

Что такое «территория заботы»?

В Волгоградской области с января 2017 года реализуется пилотный проект Минздрава «Территория заботы» и предполагается открыть 35 гериатрических кабинетов. Предусмотрено три уровня гериатрической помощи.

ПЕРВЫЙ – амбулаторный, те самые гериатрические кабинеты.

ВТОРОЙ – стационарный. Это организация гериатрических отделений для долечивания и обследования пациентов, которым трудно это делать в амбулаторных условиях.

ТРЕТИЙ – гериатрические центры в субъектах Федерации. В Волгоградской области функцию гериатрического центра берет на себя областной клинический госпиталь ветеранов войн. И федеральный научный центр геронтологии и гериатрии – Российский геронтологический научно-клинический центр при РНИМУ им. Пирогова.

Нужен ли вам гериатр?

Существует ряд признаков, по которым человек или его семья могут понять, что необходимо обратиться за помощью к гериатру:

- изменение походки;

- тревога, депрессия;

- ощущение слабости, истощение;

- нарушение памяти, мышления;

- немотивированное похудение более чем на 4,5 кг в течение года.

DNG

Поделиться в соцсетях