Мать двух детей из Волгограда стала волонтером, чтобы помогать беженцам

Волгоградская правда
Наши добровольцы вернулись из Таганрога, где работали с беженцами, вынужденными покинуть свои дома в Мариуполе. Таких в Ростовскую область привезли очень много, социальные службы и местные волонтеры не справлялись, нужна была помощь. Волгоградка Елена Баранова волонтерской работой занимается давно, и, хотя у нее есть своя семья – муж и дети, девушка старается окружить заботой и вниманием совсем чужих для нее людей, оказавшихся в трудной ситуации.

«Иначе поступить не могла»

Елена, 37‑летняя мама двух детей дошкольного возраста, всегда была активной и неравнодушной к чужим проблемам. Ее дом в Краснослободске Среднеахтубинского района всегда открыт для гостей.

Когда Лена объявила мужу, что собирается ехать волонтером в Таганрог, тот возражать не стал и заменил детям маму на 10 долгих для него дней.

– Я просто не могла поступить иначе, – объясняет свой поступок Елена Баранова. – Эти люди терпят нужду, испытывают жуткий стресс, теряют близких. Их нужно обогреть своим теплом, чтобы в мире стало больше добра. Я человек верующий и считаю, что эта маленькая частичка добра обязательно даст плоды.

У волгоградки появились единомышленники. Вместе они добрались до Таганрога, поселились в квартире общей знакомой и сразу же поспешили туда, где находились беженцы.

«Сначала был шок»

Мариупольцев разместили в двух залах местного Дворца спорта, в каждом из которых установили по 300 коек. Здесь же складировали чудом спасенные вещи беженцев.

Впрочем, далеко не всем удалось что‑то взять с собой – дома покидали в спешке. Возраст беженцев – от младенцев до 90‑летних стариков. Некоторые из них в инвалидных колясках.

Все престарелые нуждались в посторонней помощи. Их нужно было отводить в душ, туалет, столовую, обмывать и перестилать постель.

– Мы вошли к ним с улыбками, но внутри у меня все дрожало, – вспоминает Елена. – Очень переживала: а вдруг не справимся? С каждым нужно было обходиться бережно, чтобы не навредить ни телу, ни психике.

Специалисты центра медицины катастроф дали волгоградским волонтерам рекомендации, как вести себя, когда человек проявляет агрессию, истерит или, наоборот, замыкается в себе.

Особое внимание просили обратить на тех, кто говорит: «Не хочу жить». Таких людей нужно было срочно направлять к психологам.

– Больше всего меня удивило, когда нам рекомендовали не успокаивать беженцев, если они плачут, – вспоминает Елена. – Но, как выяснилось, слезы – это выход стресса наружу, только выплакавшись, человек может смириться с ситуацией, сообразить, как ему поступать и куда идти дальше.

Волгоградским волонтерам пришлось выполнять ежедневную рутинную работу, в том числе быть сиделками для лежачих людей.

– Ухаживать пришлось не за одним человеком, помогали, конечно, социальные работники – самое тяжелое они брали на себя, – рассказывает Елена. – Мы же не только ухаживали за лежачими, но и ходили для них в аптеку, магазины, банк. Люди нам доверяли. У некоторых беженцев были только гривны, и мы иногда на свои деньги покупали для них самое необходимое.

«Я твоя тетя!»

У каждого из беженцев, вспоминает Елена, была своя история.

Так, например, одна из жительниц Мариуполя вместе со своими близкими неделю просидела в подвале и, покидая родной дом, успела взять с собой только воду и сухарики.

– Из подвала они не выходили вообще, очень боялись, – пересказывает исповедь беженцев Елена. – Когда открыли гуманитарный коридор, они были в числе первых, кто направился в Россию. Очень благодарны, что россияне их так приняли, говорили, что им даже не верится, что все страхи уже позади.

Теперь эта семья из Мариуполя решила поехать на Дальний Восток – мечтали об этом, хотя не думали, что исполнится при таких жутких обстоятельствах…

Волонтеры старались создать позитивную обстановку – делали стенгазету о буднях беженцев, кто‑то привез с собой гитару и пел песни, а самым маленьким беженцам на ночь рассказывали сказки. Одна из малышек заставила Елену плакать. 

Девочка совсем маленькая, ни с кем не общалась, никто не слышал, как она вообще разговаривает, с ней долго психологи работали, но все безрезультатно.

– И вдруг я вижу, – вспоминает Елена, – как она несется ко мне через весь зал и кричит: «Ты же моя тетя, ты на моего папу похожа! Я тебя знаю!» У меня слезы брызнули, и я, конечно, сразу согласилась, что я ее тетя, рассказала, что у меня тоже есть детки. Малышка сразу повеселела и попросила с ней поиграть. Мама ее, вся черная от горя, тоже вроде приободрилась и стала меня благодарить. За что?!

Дети быстро подружились со стариками – своими земляками, и уставшие от одиночества бабушки с удовольствием дарили им свою ласку.

– Да, были и те, кто агрессию проявлял, – рассказывает Елена. – Однажды пожилой мужчина очень больно сжал мне предплечье, резко начал выговаривать, как неудобно ему на кровати. Я предложила ее поменять. Притащили кровать вдвоем, я ему постелила, успокоила. А через два дня он подошел, обнял меня, извинился и сказал: «Вы лучшее, что произошло со мной за последние два месяца».

Многие из переселенцев боялись выйти на улицу. Им казалось, что вот-вот начнется обстрел.

– Одна женщина даже в душ не ходила, так боялась за свою сумку, ее единственное имущество, – говорит Елена. – Пришлось пойти с ней и постоянно держать сумку у нее на виду. Когда она вышла из душа, я удивилась. Уходила вся красная, волосы в саже, а вышла симпатичной блондинкой…

После дежурств волонтеры буквально падали с ног, но никто не бросил работу.

Вернувшись домой, Елена Баранова организовала сбор гуманитарной помощи для беженцев и уже отправила груз по назначению.

Читайте Волгоградская правда.ру в:

Поделиться в соцсетях

нет

Добавить комментарий