"Отстроим тебя, родной Сталинград!"

  • "Отстроим тебя, родной Сталинград!"
  • "Отстроим тебя, родной Сталинград!"
  • "Отстроим тебя, родной Сталинград!"
  • "Отстроим тебя, родной Сталинград!"
Только сила духа и особый характер жителей позволили городу возрождиться из пепла, как птице Феникс

Страшную картину представлял наш город сразу после Сталинградской битвы. Скелеты сожженных зданий с черными глазницами, горы перепаханной взрывами земли, обломки рухнувших домов, тысячи трупов… В те дни мало кто верил, что Сталинград когда-нибудь вновь станет обычным городом. Но он не просто вернулся к жизни – стал красивейшим на Волге. Это был трудовой подвиг обычных людей, вполне сравнимый с победой в Сталинградской битве. Среди тех, кто его совершил, – работница детского сада Александра Черкасова, ставшая основательницей целого движения. Как черкасовцы подняли родной город из руин, как жил и возрождался Сталинград в первое десятилетие после Победы? Об этом узнала, листая подшики главной газеты региона, наш спецкор Ольга ПОПЛАВСКАЯ.

Водовод построили за один день

Официальной датой зарождения черкасовского движения считается 13 июня 1943 года: в этот день 19 девушек вышли на восстановление Дома Павлова – они приступили к расчистке завалов и лестничных клеток.

После окончания работ в этот же день состоялся митинг, на котором собравшиеся обратились с призывом к сталинградцам поддержать их почин, последовать их примеру и внести вклад в восстановление города.

Именно на этом митинге простая работница детского сада Александра Черкасова была избрана бригадиром.

Кстати, знаете ли вы, что в знаменитую надпись на Доме Павлова «ОтстРоим тебя, родной Сталинград» букву «р» добавила именно она. Этот призыв стал девизом черкасовского движения.

Однако черкасовцы не только разбирали завалы разрушенных вражеской авиацией и снарядами зданий, но и провели новый водовод на Спартановку.

Вот как пишет об этом событии корреспондент «Сталинградской правды» К. Румянцев:

«...На трассе водовода предстояло вырыть свыше восемнадцати тысяч кубометров земли, а в траншеи заложить водоводные трубы.

И все же темпы прокладки нового водовода были недостаточны. Для более широкого разворота работ не хватало людей.

И вот в один из воскресных мартовских дней этого года ранним утром на трассу пришли черкасовцы Тракторозаводского района. Многие из них принесли с собой ломы, кирки и лопаты.

После отбоя черкасовцы потянулись на сборный пункт. Производители работ уже подсчитали выработку каждой черкасовской бригады. Когда все были в сборе, объявили результаты: задание выполнено от 100 процентов и выше.

Тревогу вызывали лишь темпы работ слесарей. Они не успевали сшивать трубы во вновь проложенных траншеях.

Так черкасовцы помогли строителям...»

«Он будет краше прежнего!»

Черкасовцы брались за выполнение самых трудоемких дел – расчистку площадок для строителей, земляные работы, разбор завалов, ремонт домов. В бригады приходили письма с фронта. Бойцы желали успеха в работе, благодарили за заботу о маленьких ребятишках и надеялись, что отстроенный Сталинград будет краше прежнего.

Вот генерал армии Андрей Еременко, бывший командующий Сталинградским фронтом, передает послание всем жителям города через «Сталинградскую правду»:

«...Горячо желаю, чтобы возрожденный Сталинград был самым прекрасным городом Советской Отчизны, величественным памятником грандиозной легендарной битве, достойным нашей социалистической Родины и светлого имени великого Сталина!»

Ему вторит маршал артиллерии Николай Воронов:

«...Сталинград – город-герой, город славных боевых традиций – успешно восстанавливает свою былую мощь, залечивает раны, нанесенные врагом…»

Читатели шлют в главную газету области свои отклики:

«...Сталинград должен быть самым красивым, самым благоустроенным городом нашей Родины!»

На страницах нашей газеты впервые печатается рисунок-проект будущего памятника Хользунову. В том самом виде, в каком сегодня каждый желающий может видеть этот памятник легендарному летчику на набережной.

А лучший каменщик Сталинграда Иван Артемьевич Щербаков снова встал на стахановскую вахту и за день уложил 6400 кирпичей, выполнив норму на 450%!

В городе не было игрушек…

Однако есть в газете место и для критических материалов, и для обоснованных жалоб читателей. Так, сталинградцы неоднократно указывают на плохое качество хлеба: то он мокрый внутри, то черствый, то хлеба вообще не хватает, и за ним выстраиваются огромные очереди.

Читательница Валентина Соловьева прислала в редакцию «Сталинградки» открытое письмо:

«...Я обещала своей маленькой дочке купить куклу. Мне казалось, что не так трудно доставить ребенку это удовольствие.

В магазине КОГИЗа не оказалось ничего, кроме кукольных головок. Уплатив 31 рубль, я понесла игрушку домой, прикидывая в уме, как девочка с увлечением займется шитьем нарядов для куклы.

Девочка, едва взглянув на подарок, с негодованием отвергла его. – Какая некрасивая, – сказала она. – И разве ею уже кто-нибудь играл? Почему она такая шершавая?

Через день я несла домой мягкую игрушку, купленную в ларьке на рынке. Продавец называл ее мишкой, хотя она с таким же успехом могла сойти и за свинку.

Но не в этом дело, а в том, что через несколько минут игрушка превратилась в бесформенный комочек тряпья…»

…и детских горок

Согласен с рассерженной мамой и корреспондент «Сталинградки» Петр Ульев, который делал репортаж с открытия городского парка культуры. Он не преминул заметить, что «сюда были приглашены дети со всех концов города: от Тракторного до Красноармейска». Но пока чиновники произносили торжественные речи и позировали перед фотокамерами, журналист прошелся по парку, после чего обрушился с критикой на управляющего трестом зеленого хозяйства товарища Сорокина:

«...Вот деревянная горка. Она сделана из плохо обструганных досок. Барьеров нет. И ребенок, пожелавший скатиться с горки, рискует упасть с нее.

Рядом с горкой – «песочница». Это небольшой котлован с замусоренным песком. Кое-где виднеются герои любимых детских сказок, но исполнены они исключительно плохо.

Вот и все. Нигде нет ни одной скамейки, ни одной точки с прохладительными напитками. А ведь можно было бы приготовить действительно замечательный подарок детям, если бы управляющий трестом зеленого хозяйства товарищ Сорокин, которому было поручено оборудование парка, отнесся к этому делу с должным вниманием и ответственностью!..»

Как трофейная немецкая фотобумага спасла редакцию «Сталинградки» от репрессий

О сталинских репрессиях, возобновившихся в послевоенные годы, тогда, понятное дело, не писала ни одна газета. Но…

«Вспоминаю выборы в Верховный Совет СССР, – пишет в своих мемуарах легендарный фотокорреспондент «Сталинградской правды» Василий Сметанников. – Мне было поручено сделать снимок в Тракторозаводском избирательном округе. Определил участок и зашел в зал вместе с первыми избирателями. Осмотрелся, понаблюдал, как народ голосует, и решил сфотографировать наблюдателей на фоне большого портрета И.В. Сталина.

Сделал снимок и помчался в редакцию, которая тогда располагалась в Бекетовке. Проявил пленку и… ужас! Пленка оказалась почти прозрачной. На негативе просматривались лишь слабые контуры. Меня бросило в жар. Что делать?

Пошел к редактору Александру Филиппову. Говорю ему о своей неудаче. Он за голову схватился. Ведь в те годы моя промашка могла стоить ему дорого.

И вдруг я вспомнил, что у меня в запасе осталась трофейная фотобумага немецкого производства, очень тонкая по структуре и с низкой чувствительностью. Побежал в лабораторию, начал «колдовать» и все-таки вытянул несколько фотографий. О чем тут же было сообщено редактору.

Филиппов пригласил художника-ретушера В.М. Петинова.

– Подтяни еще, Виктор Михайлович, – попросил шеф.

Ну тот тоже постарался.

Всю ночь я провел в редакции, ждал, чтобы посмотреть, что получится на газетном листе. И получилось! Сталин в газете выглядел хорошо, четко. Чувствовалось, что цинкография и полиграфисты тоже постарались.

Утром возвращался домой, на «Красный Октябрь». В вагоне пригородного поезда пассажиры уже держали в руках «Сталинградскую правду», останавливали взгляд на портрете И.В. Сталина. А я думал: «Дорогие мои люди, знали бы вы, какой переполох был с этим снимком!»