Почему цари не сумели наладить в наших краях шелковый промысел?

Почему цари не сумели наладить в наших краях шелковый промысел?
А ведь пытались, и не раз. Родоначальником производства шелка в наших краях, как считают некоторые историки, был сам Петр Первый, велевший переписать тутовые деревья все до единого, и не где-нибудь, а в нашем Среднеахтубинском районе, и подыскать новые места для больших садов. Впрочем, краеведы до сих пор спорят, кому из первых лиц государства Российского пришла идея производства шелка-сырца, а вот почему не вышло – знают наверняка. Деликатное дело было поручено… простым крестьянам. «Заводы» по производству шелка были обычными деревенскими избами. Иногда со зла крестьяне даже травили червей и под всяким предлогом отказывались от этой работы. Подробности «тонкого дела» рассказала волжский краевед Тамара Башлыкова, которая занималась исследованием этого малоизвестного фрагмента нашей истории.

Петр I не первый?

Тамара Башлыкова рассказывает, что в советские годы историки подсуетились и объявили Среднеахтубинский район первопроходцем шелкового пути в России. А зря… Башлыкова полностью согласна с мнением своего земляка – волжского краеведа Андрея Клушина в том, что промысел зародился в Астрахани.

Дальше их мнение тоже сходится: первому идея производства шелка на Руси пришла в голову государю Алексею Михайловичу, которого в народе называли Тишайшим – именно он собирался выращивать тутовые деревья под Москвой и в Симбирске и даже достиг в этом кое‑каких успехов.

Но масштабным планам помешала смерть правителя.

После этого до начала XVIII века государи как-то подутратили интерес к разведению тутовых садов и производству шелка в  Московском государстве.  Почин отца продолжил Петр I.

Но свой взор он обратил в сторону Астрахани, где под страхом смертной казни запретил вырубать посаженные при Алексее Михайловиче тутовые деревья.

Мало того, своим указом велел воеводе переписать эти деревья все до единого и подыскать новые места для больших садов.

Одним из таких мест оказался нынешний Среднеахтубинский район Волгоградской области – тутовники к тому времени здесь уже росли, требовалось лишь расширить посадки до промышленных масштабов.

Именно поэтому Тамара Башлыкова считает родоначальником шелкового дела у нас в стране Петра Первого. В этом отношении ей приходится спорить с краеведом Андреем Клушиным, утверждающим, что реальным зачинателем нового производства в наших местах была царица Елизавета.

– Если бы не Петр Первый и не его идея разводить на нашей земле тутовые деревья,  – возражает коллеге Тамара Башлыкова, – то ни Елизавета, ни Екатерина II этим не занимались бы! Все от Петра идет, просто он умер рано, в 53 года, и не успел. Но очень хотел завести заводы на Ахтубе.

Гладко было на бумаге

И тут начинается самое интересное. При слове «завод» мы думаем о печах, трубах и прочей атрибутике производства. Только ничего этого ни при Петре, ни долго после не наблюдалось. Это придумали потом и поместили подходящие иллюстрации в книги и очерки о шелководстве в России.

Башлыкова перерыла все архивы и не нашла ни одного свидетельства того, что на территории села Безродного – теперь на его месте город Волжский, а тогда к нему были приписаны Средняя Ахтуба, села Заплавное и Погромное – вплоть до конца XVIII века построили бы хоть один настоящий завод.

Правда, мысли об этом у чиновников были, но дальше больших сараев с полатями вдоль стен, где плодятся и мотают шелковую нить черви, дело не пошло. Но и это, говорит Башлыкова, не продлилось долго.

Причина, по ее мнению, банальна – воровство. Деньги из казны крали нещадно, да и попробуй проверь на окраине империи, сколько там деревьев и как выводится шелкопряд.

Краевед приводит в пример директора шелковых заводов Николая Рычкова.

– В документах я нашла его отчет, – рассказывает Башлыкова. –  Так вот, словесно все выглядело хорошо, но расходы, судя по всему, были завышены, поэтому прибыли никакой, вместо этого Рычков просил как можно больше денег на развитие. Заводы так и остались на бумаге, зато дом директор в Безродном выстроил себе знатный и так же неплохо 13 лет кормился на этом месте.

Конвейер на полатях

Но за чем же смотрело начальство, если заводов в нашем понимании на Ахтубе долго не было? Тамаре Башлыковой удалось распутать и этот клубок с помощью архивов. Как таковое производство все‑таки было, но «заводы» были обычными крестьянскими избами. В них жили, в них же и работали.

– В каждом доме на полатях,  – описывает картину тех времен исследователь, – лежали тутовые листья и личинки, из которых выползали черви. Крестьянам приходилось постоянно добывать молодые листья и подкладывать их, потому что черви ели постоянно в течение 30 дней. И пожирая тутовые листья, выделяли серицин – при взаимодействии с воздухом получалась шелковая нить.

Некоторые местные крестьяне сдавали шелковую нить прямо в сыром виде, другие вываривали коконы, как и положено по технологии: бросали их в котел с кипящей водой, нить разматывалась – надо было ухватить ее за кончик и обмотать вокруг себя.

Наверное, китаянкам с их тонкими пальчиками было легче, да и опыт в пять тысяч лет имелся. Но у нас этот промысел не прижился.

Предприимчивые крестьяне предпочитали покупать готовый шелк в Кизляре или Астрахани, где к тому времени его было уже много, и сдавать в казну. Без этого нельзя – заводскими людьми становились только те крестьяне, которым государство предоставляло червей вместе с землей и давало деньги на производство.  

Иногда со зла наши крестьяне травили червей и под всяким предлогом отказывались от этой работы. Но власти стояли на своем, тем более что астраханский губернатор Никита Бекетов все равно построил в районе села Безродного производство – в виде большого сарая – и даже отправил в наши края заводчика с большим опытом и кладками яиц, от которых получался высококачественный шелк – лучше астраханского.

Мало кто знает, но именно наша, ахтубинская продукция успешно участвовала в парижской выставке 1848 года. Приезжий заводчик выучил местных крестьян, и дело пошло. Губернатор сделал вывод, что в год здесь можно получать до 80 пудов чистого шелка.

После смерти Екатерины II интерес пропал, производство шелка в Безродном затухло – но не насовсем.

Его хотели возродить уже в советское время, шелковичных червей пытались разводить в колхозах Среднеахтубинского района нашей области. 

В архивах есть отчеты о сдаче шелка государству, и об этом писала наша газета, тогда она называлась «Сталинградская правда». Но опять ничего не вышло. Советские люди тутовых червей тоже невзлюбили. Так и не стала наша область конкуретном Китаю.

Читайте Волгоградская правда.ру в:

Поделиться в соцсетях

нет


Добавить комментарий