Профессиональный Дед Мороз рассказал о трудностях своей работы

Профессиональный Дед Мороз рассказал о трудностях своей работы
Практически весь декабрь вся страна готовится к празднику. Но только не артисты, играющие роль сказочных персонажей. Владимир Жуков, Дед Мороз с пятнадцатилетним стажем, рассказал нам о том, как пройти кастинг на роль, как переодеться, чтобы не разрушить чудо, и что отвечать на предложение выпить.

– Как давно вы играете роль Деда Мороза?

– Я занимаюсь этим уже пятнадцать лет. В первый раз это произошло совершенно случайно – пришел фотографировать жену на новогоднем мероприятии, а местный актер не смог прийти. Сказали: будешь заменять. Выучил половину стихотворения, остальное за меня сделали Снегурочка и Баба-яга. Я просто присел и был кем-то вроде статиста. И вот настолько втянулся, что уже больше десяти лет в сфере.

Когда заканчивается праздничный период, я занимаюсь фото- и видеосъемкой. У нас в агентстве кто-то работает в театре, кто-то – учитель, кто-то – вообще монтажник-высотник. Как приближается декабрь, я беру отпуск на две-четыре недели, чтобы не разрываться между двумя разными сферами.

– Вам приходилось быть Дедом Морозом для детей своих знакомых? Они узнавали вас?

– Первые годы я и для своих детей работал так же. Когда моей дочери было три года, она меня еще не узнала, но потом начала понимать. Теперь мы просим кого-то другого это сделать. Мои дети знают, чем я занимаюсь. Но, чтобы не ломать праздник, обычно называюсь помощником Деда Мороза, а не самим Дедом. Для знакомых тоже приходилось выступать. 

– Как считаете, с какого возраста стоит рассказывать детям ту самую правду?

– Дети сами так или иначе узнают. Думаю, об этом можно вообще не рассказывать. Где-то в глубине души я даже сам в него верю. Можно помягче говорить, что аниматор не Дед Мороз, а его помощник. Дед-то один, а детей много. 

– Бывали ли у вас на выступлениях курьезные случаи? 

– Пригласили на вызов, там мальчик двух лет. Он меня испугался, заплакал, и все двадцать минут просидел на руках у родных. Так вот и водили хороводы за руку с взрослыми.

– В работе вы каждый раз следуете определенному сценарию или импровизируете по ходу? 

– Почти каждый раз – импровизация. Сценарию следуем тогда, когда приходим на утренник или корпоратив. У них уже готовая программа, где я просто вставляю свои реплики и провожу нужные конкурсы. Но даже там сценарии надо забыть, когда начинаются интерактивы, игры и конкурсы. 

Подробно расписывать не получается, но в любом случае есть некоторый скелет мероприятия со своей драматургией, по которой сюжет постепенно нарастает по напряжению. А на этот скелет мы сами нанизываем какие-то детали из своего опыта. 

– Случаются в работе нестандартные ситуации? Как с ними справляетесь?

– Очень часто. Если говорить о работе с детьми – они пугаются. Поэтому мы всегда заранее предупреждаем о возможной реакции. Если речь идет о совсем маленьких, полтора-два года, то всегда сначала говорит Снегурочка. А я из дальнего угла наблюдаю, выжидаю момент, когда все ко мне привыкнут. Только тогда выхожу без резких движений, спокойным голосом обращаюсь к ним. Иногда мешают технические осечки: то музыка резко прерывается, то под танец не подходит. Приходится как-то выкручиваться. Бывает, что рассчитываем на один возраст детей, а на деле они взрослее или младше. Из-за этого заготовленные реквизиты или игры вообще не подходят.

«С современными ребятами сложнее, у них есть интернет, они мало занимаются рукоделием и не умеют делать кораблики и самолетики. Для них это иногда вообще в диковинку».

Нас обычно зовут на квартиры всего на пятнадцать-двадцать минут. А тут такой заказ: две девочки по десять лет и их бабушка с дедушкой. И с ними надо прозаниматься час. Естественно, просто играть вдвоем будет неинтересно. Тут уже включается весь дедморозовский арсенал: просим показать, что они умеют делать. Вырезали с ними снежинки, елочки.

– Есть ли какие-то правила работы с детьми и со взрослыми? Есть ли что-то, что Дедам Морозам делать категорически нельзя ни при каких обстоятельствах?

– В нашей работе нельзя делать то, что противоречит человеческой этике в целом. Еще ни в коем случае нельзя снимать костюм и бороду, пока тебя видит ребенок. Ушел со сцены, вышел из квартиры – не важно, садишься в машину так, как пришел. Иначе все волшебство рушится.

«Переодеваемся обычно либо в агентстве, либо в авто перед праздником где-нибудь за углом. Движения уже годами отработанные: одной рукой багажник открываешь, другой – стягиваешь с себя шапку и бороду». 

Когда выступаем на утренниках или корпоративах, то обычно есть комната, где можно сменить костюм. На утренниках тоже, но есть свои нюансы: в обычной одежде я стараюсь менять голос и даже походку. Все это, чтобы никто не заподозрил, что тот дядечка с чемоданом на самом деле пришел их поздравлять.

«Со взрослыми пить нельзя, даже если активно предлагают. Я сам за рулем, поэтому отговорка железная, срабатывает в 95% случаев. Раньше звали выпить гораздо чаще, сейчас это происходит редко. Но если что, говорю, что сани волшебные и дальше меня никуда не повезут. Если совсем не понимают, то лучше подойти к одному человеку и разрушить образ только для него, чем для всех».

Нельзя злиться, ругаться, поучать, наказывать или ругать. Быть обычным, не сказочным человеком.

– Можете вспомнить самый необычный заказ? 

– Запоминается чаще всего самый последний заказ в череде событий. Могу вспомнить еще свое самое первое выступление, когда без репетиций работал с артистами. Удалось еще как-то попасть на корпоратив сотрудников с моей основной работы. Меня, конечно, узнали, но не все и не сразу. 

Случаются еще психологически тяжелые выезды. Например, мы как-то поздравляли ребят в онкоцентре и лежачих больных. Такое сложно через себя пропустить.

– Какие есть плюсы и минусы в вашей работе? 

– Из плюсов – море позитива от детей. Ты видишь, как у них горят глаза, как они бегут обниматься, как считают тебя самым настоящим Дедом Морозом. 

У взрослых это проявляется в селфи. Если они остались довольны, то после работы часто подходят сфотографироваться. Это всегда приятно. Весело бывает, когда едешь с заказа, не успев снять весь костюм, а прохожие улыбаются, снимают на телефоны, водители сигналят, когда видят. 

Из минусов – этот месяц работать приходится 24/7. Утром дети, вечером – взрослые. Наши дети не знают, что такое Новый год в кругу семьи. Новогодняя ночь – самая пиковая. 

– Как вы относитесь к Новому году? Верите в чудо?

– В чудо верится. Новый год ассоциируется со снегом, но последние несколько лет не располагает. А вообще у нас есть внутренняя шутка, что старый Новый год – это Новый год для аниматоров, потому что ночь с 31-го на 1-е – постоянно рабочая. Ты встречаешь бой курантов либо в дороге с заказа на заказ, либо на площадке, когда всех поздравляешь после президента. Во втором случае настроение появляется сразу. Сезон у нас начинается с середины декабря, когда уже заканчиваются репетиции, наносится боевой раскрас и можно идти в бой.

– Что нужно для того, чтобы стать Дедом Морозом? Есть ли для этого какой-то особый кастинг?

– Нужно очень любить детей. Когда я прихожу на заказ к детям, я не просто артист, играющий сказочного героя, я и есть сказочный герой. Надо быть таким добрым дедушкой. В нашем агентстве мы работаем сами и обучаем людей для этой роли. Самое главное, что требуется, – умение сделать низким голос и хоть немного актерских данных. Если человек умеет перевоплотиться, то для него все двери открыты в этой сфере. 

Читайте Волгоградская правда.ру в:

Поделиться в соцсетях

нет


Добавить комментарий